Избыть соблазн войны!
Пусть мир — глашатай счастья —
Стучит в любую дверь.
Какой он послан властью,
Мы поняли теперь.
Встречать его не выйдем,
В родство не вступим с ним —
Самих себя обидим,
Самих себя казним.
И подлым равнодушьем
Уже на сотни лет
Бессмысленно потушим
Любви и правды свет.
Ужель все было даром?
Стенанья наших вдов,
Объятые пожаром
Руины городов,
Разрушенные башни
Святых монастырей,
И выжженные пашни,
И пепел пустырей,
И рвы глухие эти —
Там, где погребены
Родные наши дети,
Любимые сыны?
Так оглянись, подумай,
Горючих слез не прячь.
Нет! Свой удел угрюмый
Безропотно оплачь!
Мы над судьбой, над богом
Глумились с давних пор.
Он в испытанье строгом
Нам вынес приговор,
Но изменил, прощая,
Тот приговор крутой,
К добру нас приобщая
Своею добротой.
Очнемся, пробудимся,
Переживем беду,
Навеки предадимся
Достойному труду.
Умолкни, глас гордыни!
Стремясь к иной судьбе,
Великий мир, отныне
Мы отданы — тебе!
Раскрой свои объятья
И страстно призови:
«Живите в мире, братья,
В покое и любви!»
ИОГАНН РИСТ{27}
НА ПРИХОД ХОЛОДНОЙ ЗИМНЕЙ ПОРЫ
Зима суровая настала,
Промчалась летняя пора.
Седая вьюга разостлала
Подобье белого ковра.
Застыли сосны перелеска,
Мой бедный сад в снегах увяз.
От металлического блеска
Полян замерзших режет глаз.
Что ж, коли так, необходимо
Дров наколоть, огонь разжечь,
Чтоб из трубы — побольше дыма,
Чуть уголька подбросить в печь.
Опустошая погреб винный,
Поймешь, сколь сладко в час ночной 
