Anthony Saimski – Где-то во времени. Часть вторая. (страница 23)

Хлопнул второй выстрел и тут же раздался мерзкий звон. Что-то со свистом пронеслось над головой, щелкнув по борту ЛиАЗа.

— Мезенцев, чтоб тебя! — что было сил заорал я. — Рикошет! Он броню опустил, не стреляй!

Спина отозвалась настырной болью, но я полз вперед, оглядываясь по сторонам. Вован с незнакомцем кричали и размахивали руками. Судя по матерной брани и редким инструкциям, Бабах призывал Мезенцева подогнать ко мне Боливар. В следующее мгновение раздался надрывный рев двигателя буханки. Задрав голову, я увидел стремительно приближающееся оранжевое пятно, буквально впритирку протискивавшееся между ржавыми остовами машин.

— Его надо подманить! — пытался втолковать незнакомец. — Подманить и вот этим! Иначе никак!

— Иди ты к чёрту, — прохрипел я, усиленно перебирая руками и ногами в сторону спасительного пятна.

Но подняться на ноги не получалось. Во-первых, меня несло вперед по инерции, подобно бешеному крабу. А во-вторых, я всё же сильно ударился спиной, и любая попытка подняться отзывалась резкой болью. Впрочем, если руки и ноги слушались, значит, травма несерьезная. Скорее, просто сильный ушиб. Во всяком случае, мне хотелось так думать.

Боливар со скрипом остановился в метре от меня. Открытая дверь по инерции со всей дури хлопнула по борту.

— Внутрь, Палыч, быстрей! — закричал Гарик через салон. — «Сайгу» хватай!

Похоже, план Мезенцева был более чем очевиден, и мне это нравилось. Особенно тем, что можно было заскочить внутрь уазика и убраться с колючего ковра пыльной травы, которая на самом деле могла оказаться замаскированным люком ловчего.

Я уже вытянул руку хватаясь за приступку Боливара, когда за спиной раздался резкий звук обломившейся стали. В эту же секунду что-то массивное со скрежетом сползло по днищу опрокинутой машины и стало стремительно приближаться.

— Колесо не выдержало, — нервно пискнул я, втягивая себя в открытую дверь салона.

Лязганье челюстей-капканов приближалось. Гарик нервно газовал и активно подгонял меня матом. Ствол его автомата, от которого все еще поднимался сизый дымок, торчал из-за кожуха моторного отделения.

— Гони-гони! — заорал я, ухватившись второй рукой за крепление пассажирских кресел.

Мезенцев не заставил себя долго упрашивать, и буханка тут же рванула с места.

Я не знал, как подобный трюк выполняли герои боевиков, но на практике это оказалось очень больно. Руки дернуло с такой силой, что я буквально услышал, как захрустели суставы и затрещали растянувшиеся сухожилия.

Но, не успела машина проехать и одного метра, как в борт со всей силы ударил обезумевший ловчий. Челюсти вцепились в распахнутую дверцу, мгновенно промяв тонкий металл. Боковое стекло лопнуло, осыпавшись градом сверкающих осколков. Механическая тварь уперлась всеми лапами в землю и, похоже, даже зацепилась за нее хвостом, превратившись в самый настоящий якорь.

По ушам ударила резкая какофония, состоящая из грохота металла, лязга и визга механизмов. Воздух тут же заполнился незабываемым запахом горящего сцепления. Взвыли гусеницы. Гарик разразился отборным матом. Боливар резко изменил направление движения и с грохотом врезался правой передней фарой в корпус ржавой машины. Пассажирскую дверцу вырвало из креплений, и она чуть не прибила меня, промелькнув в нескольких сантиметрах над головой. Монстра отбросило назад, но он оказался к этому готовым, быстро стабилизировав себя мельтешением механических лап.

Всё произошло за считанные секунды. Ловчий мгновенно растерзал оторванную дверцу мощными челюстями. После удара об легковушку буханку довернуло так, что задняя часть уперлась в противоположную машину. Гарик неистово крутил руль и дергал рычаг переключения передач, пытаясь вырвать Боливара из ловушки, в которую тот угодил.

Тем временем кхуман отбросил в сторону измятую дверцу и помчался вперед. Страшно даже представить, в какой кровавый фарш я бы превратился, не ударь Гарик по газам и не подставь под челюсти монстра дверцу буханки.

«Не успею до „Сайги“ добраться», — промелькнуло в голове.

И тут взгляд упал на полиэтиленовый пакет, который так и лежал под крайним пассажирским сиденьем.

— Находит по запаху! — воскликнул я и тут же схватил сверток, переворачиваясь на спину.

Вцепившись пальцами в теплый полиэтилен, я со всей силы рванул руки в разные стороны, разрывая пакет. Пальцы заскользили по тягучему материалу, пока грязные ногти не проковыряли глубокие борозды.

В нос тут же ударил резкий запах протухшей на жаре мочи, словно я снова оказался в туалете плацкартного вагона времён перестройки. Недолго думая метнул сверток прямо в надвигающегося монстра.

Ловчего отделяла от меня всего пара метров, когда летящий пакет угодил прямиком в лязгающие челюсти. В воздух тут же полетели ошметки полиэтилена и обрывки джинсов. Я сам не знал, на что рассчитывал, но атака возымела ошеломляющий результат.

Уже спустя секунду кхуман остановился и неистово закружился на месте. Капканы замерли, а единственный манипулятор бестолково заскреб по корпусу, пытаясь нащупать и скинуть все прилипшие обрывки протухших портков. Кажется, большая часть содержимого пакета попала на те самые решетки, через которые тварь засасывала окружающий воздух.

— Отлично! — долетели хриплые крики радости и грохот крыши автобуса, на которой прыгали незнакомец с Вишняковым. — Ты его ослепил! Надо добить, давай сюда!

— Тохан, сюда смотри! — крикнул Вишняков.

Я задрал голову. Вовка указывал на предмет, зажатый в руке смуглого парня. Я не мог толком разглядеть, что это, но решил полностью довериться другу.

— Давай сюда, Тохан, быстрей! — не унимался Вишняков, прыгая на самом краю крыши автобуса. — Быстрей, чтоб тебя! Пока тварь не очухалась!

Других вариантов всё равно не было. Даже если я успею забраться в салон и схватить Вовкин автоматический дробовик, это всё равно не даст гарантии уничтожения ловчего. Ведь тот попросту свернется в бронированный клубок или и вовсе спрячется в своих тоннелях, а я только впустую сожгу драгоценные патроны.

— Лезь на крышу! На землю не наступай! — бросил я Мезенцеву и, наконец-то, поднялся на ноги.

Боль тут же дала о себе знать, прострелив электрическими импульсами от поясницы до пяток. Я невольно выругался и заковылял в сторону автобуса.

— Сейчас я его грохну!

Гарик бросил руль и схватил автомат, изворачиваясь на сидении так, чтобы было удобно стрелять сквозь проём вырванной дверцы.

— Не надо! — я отмахнулся. — Лезь на крышу! Патроны береги! У Бабаха есть план!

— Какой, к чёрту, план?!

— Бабахский!

Я быстро обогнул ржавый автомобиль. Тем временем ловчий перестал кружиться и замер на одном месте. Активный манипулятор продолжал выдергивать из капканов обрывки вонючих ошметков. Судя по всему, протухшие на жаре миазмы оказались особенно едкими. Монстр явно улавливал мои шаги, но вот навестись как следует уже не мог.

Загудели механизмы, и жуткая тварь стала стремительно приближаться, петляя из стороны в сторону. Я сдавленно выругался и, пересиливая боль, заковылял к автобусу.

Восприятие времени снова растянулось. Я что было сил переставлял ноги, но вечерний воздух сопротивлялся движениям, словно превратившись в густой кисель. В то же время меня не покидало странное, находящееся где-то на краешке восприятия чувство, что чего-то не хватает.

Толком не успев затормозить, я с грохотом врезался в борт пыльного ЛиАЗа.

— Давай, бросай ему! — Вовка хлопнул незнакомца по спине и тот быстро разжал пальцы.

— Закинь под него! — продолжал кричать Вишняков, выпучив глаза. — Бросай и прыгай, мы подхватим!

Я вытянул руки и поймал знакомый зеленый цилиндр. Никакой ошибки быть не могло. Грязные пальцы сжимали самую настоящую РГД-5. Вид такой штуковины нисколько меня не смутил, так как однажды наш препод по ОБЖ всё же снизошел до того, чтобы действительно провести несколько более-менее внятных уроков. И на одном из них как раз и рассказывал об устройстве гранаты, даже дав покрутить в руках учебные образцы.

Часть 14

Ловчий стремительно приближался. Лязгали челюсти, гудели механизмы. Ослепляющее действие протухших портков сходило на нет, и монстра всё меньше и меньше бросало по сторонам.

Вишняков и незнакомец разразились отборной матерной бранью. Вовка с грохотом плюхнулся на живот и свесил руку с крыши автобуса. Я только и успел, что развернуться и прижаться спиной к обшарпанному борту.

Все мысли куда-то исчезли. Осталась лишь тупая боль в спине и руках, а также ноющие ощущения в области почек из-за чрезмерного выброса адреналина. Я прижал спусковой рычаг и потянул за кольцо. Сделать это не так-то просто, реальные усики чеки оказались намного крепче учебных, но всё же поддались. Я опустил руку с зажатой гранатой и, переступив с ноги на ногу, приготовился к тому, чтобы метнуть ее как можно точнее. Впрочем, метнуть – слишком громкое слово.

Ловчий, поднимая пыль, летел вперед. Лапы вырывали комья земли вместе с травой. Надрывно гудели моторчики и приводы. Отключившийся манипулятор бестолково волочился по земле, а второй продолжал скрести по корпусу в поисках прилипших обрывков. Я отвел руку назад и легко махнул навстречу кхуману, разжав пальцы.

Сквозь окружающий шум было хорошо слышно, как со стальным звоном отлетел спусковой рычаг. Граната, практически не вращаясь, медленно устремилась к механическому монстру. Я тут же развернулся и, подпрыгнув, схватил Вовку за руку. Боковым зрением я успел заметить, как РГД-5 скрылась из виду, затерявшись среди темных очертаний корпуса монстра.