Anthony Saimski – Где-то во времени. Часть вторая. (страница 18)

Это было очень иронично. Еще вчера я мечтал сорвать эту железку с груди и закинуть далеко в траву, чтобы ощутить некую свободу. Свободу самому выбрать направление и двигаться туда, куда мне будет угодно… И вот этот момент настал.

И что?

Молчаливое чувство беспомощности медленно поднималось откуда-то из области живота и буквально обволакивало внутренне убранство салона. А следом за ним выбиралось маленькое, назойливое насекомое настырного беспокойства, не позволяющее сосредоточиться хоть на чём-нибудь, кроме мрачных мыслей.

«Интересно, — подумал я. — А будет где-нибудь мир, чтобы там всё было хорошо? Просто и понятно? Должно же быть такое по логике вещей? Впрочем, первый мир с Гариковским гаражом, по сути, оказался вполне себе спокойным. Просто без нас. Чёрт, не нравится мне всё это. Надо выждать еще минут десять, и еще раз с парнями поговорить. Не дело это вслепую двигаться, не имея точной цели…»

Но так долго ждать не пришлось. Стоило Боливару взобраться на очередной подъем, как Гарик резко затормозил. Скрипнули колодки, и нас тут же настигло облако пыли, нами же и поднятое.

— Что случилось? — встрепенулся Вишняков, отрываясь от возни с чехлом и ремнями.

— Пока ничего, — сосредоточенно отозвался Игорь. — Ну что, парни. Пункт первый: наблюдение. Приступаем, что я еще могу сказать.

Мы с Вованом быстро переглянулись и поднялись со своих мест.

— Наблюдайте, — хмыкнул Гарик, указывая рукой в нужную сторону.

Я подскочил к Мезенцеву и, уперевшись ногами в сидения пассажирских кресел, перегнулся через спинки.

Боливар замер на вершине небольшого холма. Пыльная колея игривой змейкой спускалась по пологому склону, огибала еще одно земляное препятствие и устремлялась к линии горизонта. А прямо на обочине выстроилась колонна машин. Дорога в этом месте брала небольшой изгиб, и получалось так, что неподвижные транспортные средства оказались расположенными к нам полубоком. Вечернее солнце отражалось в стеклах, вспыхивая редкими бликами в зеркалах заднего вида. Никакого пыльного следа вокруг колонны не видно. Впрочем, и без этого понятно, что она никуда не движется. Хотя поднимающийся над травой теплый воздух искажал видимую картинку, создавая иллюзию легкого покачивания машин.

— Сколько до них, как думаешь? — спросил я.

— Метров двести, — ответил Гарик.

— Ого, это что, пазики? — живо продолжил Вишняков. — Да, точно. Два автобуса в середине точно пазики! А перед ними жигуль. Самый настоящий. Смотри, Гарик, у тебя же у бати семерка была. Похоже ведь?

— Очертаниями похожа, — подтвердил Мезенцев и заглушил двигатель, после чего открыл дверцу и высунулся на улицу.

— Чего там? — не унимался Вишняков.

— Подожди, — Гарик махнул на него рукой. — Послушайте…

— Сейчас…

Бабах спрыгнул с кресел и щелкнул замком пассажирской двери. Я последовал за ним, и мы высунулись из машины. Ничего не происходило. Стрекотали насекомые. Порыв теплого ветра шуршал пыльной травой. Никаких звуков со стороны колонны не доносилось.

— Я ничего не слышу, — тихо прошептал Вовка.

Я согласно кивнул.

— Да, оптика нужна, — заключил Мезенцев, опускаясь на место.

— Я уже добавил этот момент в устав, — отозвался я.

— Ну, что делать будем? — спросил Вовка, умудрившись на удивление тихо закрыть дверцу, словно боялся кого-то спугнуть.

— Подъедем, посмотрим… — кивнул Гарик, возвращаясь на место.

— А как же наблюдение? — Вишняков выпучил глаза, многозначительно подняв вверх указательный палец.

— Понаблюдали уже, — протянул Мезенцев, нащупывая ключ зажигания и не отводя взгляда от неподвижных машин. — Без бинокля всё равно ничего не разберешь. Лично я движения не вижу.

— Да, похоже, что там и нет никого, — согласился Вован.

Я положил руку на медальон, но тот ожидаемо не проявлял никакой активности.

— Согласен, — бросил Игорь, поворачивая ключ. — Только вот интересно, зачем они машины посреди дороги бросили…

— Бензин кончился, — заключил Вовка. — Пешком пошли.

— А вот этого как раз бы и не хотелось. Бензин нам лишним не будет…

Игорь плавно нажал на газ, и буханка медленно покатилась вперед.

— Что там дальше по уставу положено? — деловито поинтересовался Вован.

Часть 11

— Блин, Володь, я как-то не думал, что мы нарвемся на брошенные машины, — я честно признался, подхватывая со стола разгрузочный жилет. — Если вокруг никого нет, думаю, можно просто посмотреть, что к чему. «Сайгу» возьми на всякий случай, и пойдем.

Вовка, быстро смотав непонятную конструкцию из ремней и чехла, достал из зажима свой дробовик.

Я защелкнул клипсу-фиксатор «лифчика» и накинул на плечо ремень калаша. Мы медленно скатывались на холостых оборотах по пологому спуску. Несмотря на то, что колонна привлекала всё внимание, я всё же пересилил любопытство и внимательно осмотрел прилегающую территорию по обеим сторонам от дороги, но не заметил ничего подозрительного.

Нас окружали ставшие уже привычными, застывшие серо-зеленые волны мелкой травы. Окружающее пространство хорошо просматривалось, и единственным способом укрыться могло стать только рытье глубокой замаскированной ямы. Но такой вариант мне казался абсолютно неуместным, потому что тяжело представить, сколько времени потенциальному злоумышленнику пришлось бы в ней сидеть. Особенно учитывая тот факт, что, кроме нас, эти холмы никто не пересекал. К тому же медальон по-прежнему молчал.

Спуск окончился, и Гарик притопил педаль газа. Мы медленно подбирались к неподвижным автомобилям, застывшим по правой стороне колеи. Я не очень хорошо разбирался в отечественном автопроме, до сих пор удивляясь тому, как парни умудряются различать пятерку и семерку. Для меня обе этих модели выглядели как кирпич, поставленный на колёса. Тем не менее Вовка оказался прав. Машины действительно были очень похожи на привычные «Жигули» и автобусы ПАЗ.

Я вытянул из кармашка разгрузки магазин и примкнул к оружию, но патрон досылать не стал. Вовка перегнулся через спинки сидений, разглядывая медленно проплывающую за окном пыльную легковушку. Я ощутил легкое волнение, присущее встрече с чем-то любопытным и выделяющимся на общем фоне.

При ближайшем рассмотрении стало очевидно, что колонна стояла здесь не первый год. Первый же жигуль светло-кофейного цвета покрылся толстым слоем пыли. Все колёса спущены, а покрышки успели рассохнуться и потрескаться. Вдоль нижней части корпуса краска вздулась и начала отслаиваться, обнажая ржавый зазубренный металл.

Сразу же за легковушкой стоял пазик. Во всяком случае, микроавтобус был максимально на него похож. Сквозь пыльные стёкла можно было рассмотреть пустые ряды пассажирских сидений. Одно переднее колесо до сих пор держало форму, в то время как остальные давно спустили, отчего левый передний край автобуса был задран выше остальных. Следом стоял еще один такой же. Низ машины давно подвергся воздействию коррозии, но желтая краска кузова пока еще держалась, не собираясь сдаваться без боя.

— А нормальный пазик, — тихо заключил Вишняков, словно боялся спугнуть чьё-то незримое присутствие. — Его помыть, колёса поменять, и будет как новый. У нас в Челябе куда более убитые на маршрутах катаются…

— Главное, чтобы движок живой был… — отозвался Игорь, останавливая Боливара.

Вовка тут же аккуратно открыл пассажирскую дверцу, словно боялся резким звуком потревожить покой застывших автомобилей, и резво вышагнул на обочину, держа «Сайгу» наготове.

— Пойдем, Палыч, глянем, что здесь случилось… — Игорь подхватил автомат, который стоял рядом с ним всё это время.

— Почему ты думаешь, что обязательно случилось?

— Потому что никто просто так машины посреди степи не бросит…

Я не спорил и, не отрывая глаз от пыльных стекол желтого пазика, сделал шаг вперед. Грязный кроссовок тут же зацепился за лямки шуршащего пакета, вытянув его из-под сидений.

Услышав характерный шорох, Бабах тут же обернулся и недовольно на меня посмотрел.

— Это что? — вполголоса спросил я, согнувшись, чтобы снять зацепившуюся лямку.

— Портки твои. Испорченные…

— Чего? — я взял пакет, прощупывая сквозь него всё еще мокрую ткань джинсов, и смутно припоминая, что видел этот сверток валяющимся на траве рядом с машиной, пока Вовка наводил в салоне чистоту. — Хочешь сказать, они всё это время на солнце валялись?

Вишняков согласно кивнул.

— Блин, ты представляешь, во что они превратились?

— А что мне с ними делать? — пожал плечами Вован. — Они же хорошо завернуты. Не пахнут. И вообще-то твои джинсы, ты и решай. Не мог же я их выкинуть?

— Сказал бы, я бы их хоть с «Крапивушкой» прополоскал, пока время было.

— Я забыл.

— Парни, вы закончили? — поинтересовался Мезенцев, обходя буханку. — Давайте в тишине осмотримся.

— Почему именно в тишине? — спросил Бабах.

— Чтобы слышать, что вокруг происходит. Медальоны ничего не подсказывают, так что вся надежда только на себя.

Вишняков понимающе кивнул и резко припал к земле, заглядывая под днище автобуса. Я не думал, что там может кто-то прятаться, особенно учитывая то, что машина практически стояла на ободах.

«Гарик тоже начинает нервничать, — прикинул я, оставив шуршащий пакет у двери. — Он, может, внешне и виду не подает, но явно недоумевает, почему побрякушки молчат. Опасности, может, и нет, но раньше они постоянно хотя бы путь указывали. Ненавязчиво, но ощутимо. А теперь вообще никаких признаков активности».