Анри Волохонский – Том 3. Переводы и комментарии (страница 63)

И Иеса спросил юношу, как его зовут.

Тот ответил:

— Абба (то есть «отец»).

Иеса сказал ему:

— Тебе следовало бы быть «отцом» и по мудрости, и по годам.

ВЫ ЖЕ ПЛОДИТЕСЬ И РАЗМНОЖАЙТЕСЬ.

Казалось бы, в это благословение не включены женщины, ибо оно обращено лишь к Ною и его сыновьям. Шимон, однако, сказал, что выражение «вы же» включает как мужской, так и женский пол. Именно потому, что благословение касалось также и женщин, Бог сказал: «плодитесь и размножайтесь». По этому случаю Святой Благословенный дал им семь предписаний Учения — им и их потомкам, пока Израиль не встал у горы Синай, и они получили все предписания Учения в одной книге.

И СКАЗАЛ БОГ НОЮ И СЫНАМ ЕГО С НИМ: <…> ВОТ ЗНАМЕНИЕ ЗАВЕТА, КОТОРЫЙ Я ПОСТАВЛЯЮ МЕЖДУ МНОЮ И МЕЖДУ ВАМИ. <…> Я ПОЛОЖИЛ РАДУГУ МОЮ В ОБЛАКЕ. Прошедшее время в выражении «Я положил» указывает, что радуга уже там была. В связи с этим отрывком Шимон рассуждал о стихе: «А над сводом, который над головами их, было подобие трона, по виду как бы из камня сапфира» (Иез., гл. 1, ст. 26).

— Перед этим стихом, — сказал он, — мы обнаруживаем слова: «И когда они шли, я слышал шум крыльев их, как бы шум многих вод, как бы глас Всемогущего» (там же, ст. 24). Это четыре мощных святых создания, называемые «Животные», которые поддерживают твердь и чьи крылья обычно сложены, чтобы прикрывать тела. Когда же они раскрывают крылья, раздается звучание, и они начинают петь хвалы «словно глас Всемогущего», который не умолкает никогда, о чем написано: «Да славит Тебя душа моя и не умолкает» (Пс. 29, ст. 13). Далее говорится: «Сильный шум, как бы шум в воинском стане» (Иез., гл. 1, ст. 24), то есть словно шум в станах святых, когда собираются все армии в высях. Что же они объявляют? «Свят, свят, свят Господь Саваоф! Вся земля полна славы Его!» (Ис., гл. 6, ст. 3). Они поворачиваются к югу и говорят «свят», к северу — и говорят «свят», к востоку — и говорят «свят», к западу — и говорят «благословен». И твердь на их головах, и куда бы они ни поворачивались, лица их поворачиваются также. Они смотрят по четырем направлениям и совершают круг. Твердь запечатлена в углах четвероугольника четырьмя образами: льва, орла, быка и человека, причем лицо человека прослеживается в каждом, так что лик льва — человеческий, лик орла — человеческий и лик быка — человеческий, и все они представлены в человеке. Поэтому написано: «Подобие лиц их — лице человека» (Иез., гл. 1, ст. 10). Далее, твердь с четырьмя углами содержит полноту всех цветов. Среди них — четыре выдающихся, начертанных четырьмя прозрачными знаками как вверху, так и внизу. Они же по разложении становятся двенадцатью. Это зеленый, красный, белый и сапфировый, который создан из всех этих цветов. Потому и написано: «В каком виде бывает радуга на облаках во время дождя, такой вид имело это сияние кругом. Таково было видение подобия славы Господней» (там же, ст. 28), содержавшее все оттенки всех цветов. Сюда же относится и текст: Я УСТАНОВИЛ МОЙ РАДУЖНЫЙ ЛУК В ОБЛАКЕ. «Лук» здесь тот же, что и в стихе: «Но тверд остался лук его» (Быт., гл. 49, ст. 24), ибо завет с Иосифом, который был праведником, имел своим символом этот лук, радугу, ибо радуга связана с заветом, а завет и праведный — это одно. А так как Ной был праведным, то и знаком завета с ним стала радуга. Потому и глазеть на радугу, появляющуюся на небесах, непозволительно, ибо этим выражается неуважение к Сути, а оттенки радуги здесь, внизу, являются отражением вида высший красоты, которая не для человеческого взгляда. Так вот, когда земля увидела радугу как святой завет, он был еще раз твердо установлен, и поэтому Бог сказал: ВОТ ЗНАМЕНИЕ ЗАВЕТА, КОТОРЫЙ Я ПОСТАВИЛ и т. д. Три первичных цвета, о которых было выше упомянуто, и один, возникший из их сочетаний, составляют единый символ, видимый в облаке. «А над твердью над головами их было подобие престола, по виду как бы из камня сапфира» (Иез., гл. 1, ст. 26). Это указывает на «краеугольный камень», находящийся в центре мира и на котором стоит святая святых. «Подобие престола» указывает на небесный трон с четырьмя опорами, обозначающий устный Закон. «А над подобием престола было как бы подобие человека вверху на нем» (там же), которое обозначает письменный Закон. Отсюда узнаем, что письменный Закон должен располагаться поверх устного, но не наоборот, ибо этот последний является для первого троном. А «подобие человека» означает Иакова, который на нем восседает.

Иуда однажды, будучи в гостинице в Мата-Мехасии, поднялся в полночь, чтобы заняться Писанием. А там был какой-то путешествующий иудей, который вез два тюка одежд. Иуда начал рассуждать о стихе: «А этот камень, который я поставил памятником, будет домом Божиим» (Быт., гл. 28, ст. 22).

— Этот камень, — сказал он, — был тем краеугольным камнем, из которого произошел мир и на котором был построен Храм.

Иудей поднял голову и произнес:

— Как это возможно? Краеугольный камень был создан до сотворения мира, чтобы мир из него произошел, а ты говоришь, что о нем сказано в стихе «А этот камень…», указывающем на Иакова, который его поставил, причем это тот же камень, о котором сказано: «И взял камень, который он положил себе изголовьем» (там же, ст. 18). А вторая трудность, что Иаков был в Вефиле, а краеугольный камень находится в Иерусалиме.

Не повернув головы, Иуда привел слова:

— «Приготовься к сретению Бога твоего, Израиль!» (Ам., гл. 4, ст. 12), а также «Внимай и слушай, Израиль!» (Втор., гл. 27, ст. 9). Из этого мы узнаем, — так он сказал, — что следует подготавливать к изучению Писания не только разум, но также и тело.

Тогда иудей поднялся, облачился в свои одеяния и, сев рядом с Иудой, сказал:

— Счастливы вы, праведники, предающиеся изучению Закона день и ночь.

Сказал ему Иуда:

— Теперь, когда ты себя подготовил, скажи, что хочешь сказать, дабы мы соединились, ибо изучение Закона требует сходных одежд и внимательного рассудка. Иначе я тоже мог бы размышлять, лежа в постели. Но нас учили, что даже если человек изучает Закон в одиночестве, Суть составляет его общество. А как Суть могла бы прийти сюда, если бы я лежал в постели? Кроме того, слова Закона нужно произносить ясно. Более того. Человек поднимается для занятий в полночь, в то время, когда Святой Благословенный приходит повеселиться к праведникам в Райский сад, и все они прислушиваются к словам, исходящим из уст того человека. А раз это так, и Святой Благословенный и все праведники испытывают наслаждение, слушая слова завета, то как я могу оставаться в постели? А теперь говори, что имеешь сказать, — так заявил ему Иуда.

Иудей отвечал:

— Касаясь твоего замечания, будто бы камень Иакова был краеугольным камнем, я спросил тебя сначала, как это может быть. Ведь краеугольный камень был создан до сотворения мира, чтобы мир на нем покоился, а тот свой камень Иаков «положил» на место, как и написано: «камень, который я положил», а также: «И он взял камень, который он положил себе под голову». И во-вторых, как можно объединить эти два камня, если Иаков был в Вефиле, а камень — в Иерусалиме?

Иуда отвечал:

— Вся земля Израилева была перед Иаковом сложена таким образом, что этот камень под ним и оказался.

Иудей вновь повторил свой вопрос, приводя выражения «который он положил» и «камень, который я положил». Сказал ему Иуда:

— Знаешь ответ лучше — ты и скажи.

Иудей принялся рассуждать так.

— Написано: «А я в правде буду взирать на лице Твое; пробудившись, буду насыщаться образом Твоим» (Пс. 16, ст. 15). Царь Давид восхищался этим камнем, о нем он сказал: «Камень, который отвергли строители, сделался главою угла» (Пс. 117, ст. 22). Когда бы ни захотелось Давиду поглядеть на отражение славы своего Наставника, он сначала брал в руку камень, а затем входил, ибо всякий, кто желает появиться перед Наставником, может сделать это посредством того камня, как написано: «Вот с чем должен входить Аарон во святилище» (Лев., гл. 16, ст. 3). Давид похвалялся тем, что «созерцает подобие лика Божьего в праведности», и он всячески старался появиться перед Ним в высях в правильном облике посредством этого камня. Теперь, Авраам установил утреннюю молитву и сделал это время для нее благоприятным. Исаак установил полуденную молитву и научил тому, что существует верховный Судия, который может или осудить мир, или простить его. Иаков установил вечернюю молитву. И в связи с этим он сказал, похваляясь: «Этот камень, который я установил как столп», ибо до того времени никто камней таким образом не устанавливал. Он также возлил масло на верхнюю часть его, делая более чем кто бы то ни было для возвышения этого камня.

Тут Иуда обнял иудея, говоря:

— Ты все это знаешь, а занимаешься торговлей, пренебрегая тем, что делает жизнь вечной!

Иудей отвечал:

— Времени нет, а у меня двое сыновей ходят в школу. Мне надо работать, чтобы было чем их кормить и платить за обучение, а они могли прилежно изучать Закон.

Затем он возобновил рассуждения, взяв текст: «И сел Соломон на престоле Давида, отца своего, и царствование его было очень твердо» (3 Цар., гл. 2, ст. 12).

Он сказал:

— Какое великое достижение приписывается здесь Соломону? Истина же состоит в том, что он приготовил краеугольный камень и поместил на нем святая святых, почему и царство его было установлено прочно.