Анри Волохонский – Том 3. Переводы и комментарии (страница 147)

До смерти — формула мессианского свидетельства. Победа произошла «кровью Агнца», но войском ангелов предводительствовал Михаил, покровитель еврейского народа и вождь его армии как воинства Господня (см. книгу Иисуса Навина, 5:13–15).

¹² Итак веселитесь, небеса и обитающие на них! Горе живущим на земле и на море! потому что к вам сошел диавол в сильной ярости, зная, что немного ему остается времени.

В сильной ярости — указание на Иудейскую войну: Дракон свирепствует против народа Божия, потому что свергнут с неба на землю и бессилен вредить святым*, пребывающим на небесах.

Горе — стоит в связи с троекратным «Горе!» в главе 8, следующим за эпизодом, относящимся к разрушению храма.

Не много времени — возможно, подразумеваются те же «пол-срока», три с половиной символических года или другого периода.

¹³ Когда же дракон увидел, что низвержен на землю, начал преследовать жену, которая родила младенца мужеского пола.

Жена — здесь, как и выше, символический Иерусалим, общество святых Израиля, мать и невеста Мессии.

¹⁴ И даны были жене два крыла большого орла, чтобы она летела в пустыню в свое место от лица змия и там питалась в продолжение времени, времен и полвремени.

В пустыню — напоминает о ессейских мессианских сектах, действительно находивших убежища в пустыне.

Время, времена и пол-времени — все те же три с половиной срока.

¹⁵ И пустил змий из пасти своей вслед жены воду как реку, дабы увлечь ее рекою.

Воду как реку — перипетии бегства жены выглядят сказочными, однако именно в них хотят видеть намек на бегство первохристианской общины из Иерусалима в Пеллу. Если это так, то вода обозначает войско, какой-то военный отряд, посланный вдогонку за христианами.

¹⁶ Но земля помогла жене, и разверзла земля уста свои, и поглотила реку, которую пустил дракон из пасти своей. ¹⁷ И рассвирепел дракон на жену, и пошел, чтобы вступить в брань с прочими от семени ее, сохраняющими заповеди Божии и имеющими свидетельство Иисуса Христа.

Продолжение последнего стиха — в начале главы 13.

ГЛАВА 13

¹ И стал я на песке морском, и увидел выходящего из моря зверя с семью головами и десятью рогами: на рогах его было десять диадим, а на головах его имена богохульные.

И стал (я) на песке морском — сейчас общепринято, что эти слова относятся не к Иоанну, а служат продолжением последнего стиха главы 12: «И рассвирепел дракон на жену и пошел… и стал на песке морском».

Песок морской — граница моря и суши. Сюда на помощь павшему с неба астральному Дракону выходят морской Левиафан и сухопутный Бегемот.

Вышедший из моря зверь — тот же, что и «зверь, выходящий из бездны», который убил двух свидетелей в главе 11.

Семь голов, десять рогов — те же атрибуты, что у Дракона. Семь голов было у ханаанского морского змея Лотана, тождественного Левиафану.

Десять диадим — на рогах у зверя, в отличие от семи диадим на головах у Дракона. Дракон правит семью духами (звездами), Левиафан — десятью народами, населяющими Римскую империю.

Имена богохульные — зверь символизирует Римскую империю, головы — ее правителей, имена — их официальную титулатуру (см. комментарии к гл. 17).

² Зверь, которого я видел, был подобен барсу; ноги у него — как у медведя, а пасть у него — как пасть у льва; и дал ему дракон силу свою и престол свой и великую власть.

Образ Левиафана контаминируется чертами трех зверей из апокалипсиса Даниила, 7:1–8, также выходящих из моря. Зверь Откровения — вариант четвертого зверя из книги Даниила с признаками трех первых, но с более значительной эсхатологической ролью.

Дал ему дракон — Это выражение следует понимать, учитывая, что Дракон, бог Римской империи, представляет космический аспект вражды к Богу Израиля, в то время как первый зверь — политический. Империя получила политическую власть как часть космической власти Дракона.

³ И видел я, что одна из голов его как бы смертельно была ранена, но эта смертельная рана исцелела. И дивилась вся земля, следя за зверем, и поклонились дракону, который дал власть зверю,

Головы зверя означают также «семь холмов», на которых расположен город Рим. На одном из этих холмов, на Капитолии, что и означает «голова», стоял храм высших божеств Рима: Юпитера, Юноны и Ромы. В декабре 69-го года (за полгода до взятия Иерусалима, в разгар Иудейской войны) этот храм был сожжен при стычке между сторонниками Флавиев и Вителлия. «Как бы смертельно раненная голова» является намеком на это обстоятельство. Случай трактуется расширительно ввиду четырехлетней гражданской войны, так называемой «революции четырех императоров»* и фактического распада Римской империи.

⁴ и поклонились зверю, говоря: кто подобен зверю сему? и кто может сразиться с ним?

Формула пародирует славословие Яхве.

⁵ И даны были ему уста, говорящие гордо и богохульно, и дана ему власть действовать сорок два месяца.

Сорок два месяца — три с половиной года, эсхатологические пол-срока. Возможно, здесь символическая хронология соприкасается с исторической: сорок два года прошло от распятия Иисуса Христа в 29-ом году до Пасхи 71-года, вероятной даты Откровения.

⁶ И отверз он уста свои для хулы на Бога, чтобы хулить имя Его, и жилище Его, и живущих на небе.

Формула, означающая богоборчество. Кощунством является сам факт вражды к Израилю и к Обществу Святых.

⁷ И дано было ему вести войну со святыми и победить их; и дана была ему власть над всяким коленом и народом, и языком и племенем.

Война со святыми — Иудейская война.

Власть над всяким народом — прямое указание на Римскую империю.

⁸ И поклонятся ему все живущие на земле, которых имена не написаны в книге жизни у Агнца, закланного от создания мира.

Выпад против тех иудеев, которые пытались после поражения восстания найти какой-то общий язык с победителями.

⁹ Кто имеет ухо, да слышит.

Обращение к оставшимся верными, которое употреблялось и в посланиях церквам (гл. 1–3).

¹⁰ Кто ведет в плен, тот сам пойдет в плен; кто мечом убивает, тому самому надлежит быть убиту мечом. Здесь терпение и вера святых.

Утешение для побежденных, надежда на возмездие.

¹¹ И увидел я другого зверя, выходящего из земли; он имел два рога, подобные агнчим, и говорил как дракон.

Зверь, выходящий из земли — скот (по-еврейски «бехема») или Бегемот, первое из созданий Шестого дня творения, подобно тому, как Левиафан (первое из «чудищ» — евр. «таниним») — Пятого. Явления Левиафана и Бегемота — эсхатологические знамения.

Два рога, подобные агнчим — атрибут овна из книги Даниила (7:3–4), вышедшего с востока, как и второй зверь Откровения вышел «из земли», то есть с востока. Бегемот получил эти признаки по аналогии с тем, как Левиафан приобрел черты зверей из той же книги Даниила. Вряд ли «агнчи рога» указуют на какие-либо моральные импликации вроде «волк в овечьей шкуре», вопреки мнению многих церковных экзегетов и В. Соловьева, которые хотят видеть в этом атрибуте сходство с Агнцем. Бараньи рога на Ближнем Востоке может носить любой сакральный персонаж, независимо от его взаимоотношений с еврейским народом или христианской церковью.

¹² Он действует перед ним со всею властью первого зверя и заставляет всю землю и живущих на ней поклоняться первому зверю, у которого смертельная рана исцелела;

Второй зверь символизирует человеческий (в связи с Шестым днем) аспект Римской империи: функцию императора в культе имперских божеств (как правило, император был и великим понтификом, верховным жрецом Юпитера) и его самого как объект культа. Поэтому второй зверь чуть ниже будет назван «лже-пророк».

¹³ и творит великие знамения, так что и огонь низводит с неба на землю перед людьми.

Здесь, вероятно, имеется в виду космическая функция Юпитера-громовержца, осуществлявшаяся, хотя чисто символически, его жрецами, в том числе императором.

¹⁴ И чудесами, которые дано было ему творить перед зверем, он обольщает живущих на земле, говоря живущим на земле, чтобы они сделали образ зверя, который имеет рану от меча и жив.

Чудотворные способности приписывались Веспасиану, о чем сообщают Флавий, Тацит и Светоний. К нему же прилагалось пророчество о владыке мира (то есть, с точки зрения евреев, о мессии), который должен прийти из Иудеи.

¹⁵ И дано ему было вложить дух в образ зверя, чтобы образ зверя и говорил и действовал так, чтобы убиваем был всякий, кто не будет поклоняться образу зверя.

Возможно, эта фраза относится к функциональной, полицейской стороне императорского культа: потенциального участника мессианской группы (если он не платил дидрахму, то есть не был в глазах властей лояльным иудеем) заставляли принять участие в культе имперского божества — Юпитера или обожествленного императора. Если он отказывался, следовала смертная казнь.

¹⁶ И он сделает то, что всем, малым и великим, богатым и нищим, свободным и рабам, положено будет начертание на правую руку их или на чело их,

Начертание — некий официальный знак, печать.

На правую руку — вероятно, справка об уплате дидрахмы на Капитолийский храм. Этим налогом облагались после 70-го года все иудеи.

На чело — знак участия в имперском культе. Такие знаки чертили освященным маслом или пеплом от жертвоприношений. Давали также документы. Справки обоих родов дошли до нашего времени.

¹⁷ и что никому нельзя будет ни покупать, ни продавать, кроме того, кто имеет это начертание, или имя зверя, или число имени его.