Бежать не летит он, он смело шагает,
Решительно двигается большими шагами.
Его шагание обещает многое,
Рук ног полагание возвещает убогое.
Вдруг слышит: шипят. Неужели уже?
Но говорить? Не с кем. С ними — ниже́.
320_ Тут всё же к нему обращается словно бы кто-то:
Стой! Отставить шагать! Эх, ты — пехота!
И пока он раздумывал про этот шип,
Послушаем, что Уж Ужасный прошиб.
А придумал он нижеследующее:
Оставляя в стороне природу последующего,
Змеям до́лжно шипеть.
Хором всем зашипеть,
Едва лишь Урал в их страну пришагает.
К шагу этому змеи всегда прибегают:
330_ При подозрениях,
В страхе, в затруднительных положениях
От них исходит одно лишь шипение.
Можно было лишиться ума
от кошмарного звука шипения этого:
Всё шипит, а на вид вроде нет никого,
Все попрятались: эфы, кобры, гадюки,
Жарараки, питоны попрятали ноги и руки,
Сами — в дыры и в норы, не видно и пят,
Вроде нет никого, а слышишь — шипят.
Только ш-ш-ш-ш-ш раздается, и слышно
340_ Только это ш-ш-ш, а другого не слышно.
И тогда Урал
Как сверкающая молния — нет, не заорал,
А засвистал!
Свист объял всю змеиную территорию,
Где жили они, повторяя историю.
Руки-ноги у них поотсохли,
Уши у них пооглохли —
Всё от Уралова свиста.
Как белая чистая истина
350_ Этот свист над ними летал,
Когда Урал свистал.
Сам Ужасный Уж
Тут же лег на дно одной из луж —
Той, в которой он раньше сидел,
Раньше сидел, а теперь — не у дел.
Он оттуда шипит и булькает:
Может я для тебя отпущу ль кого?
Подавай мне знатную пленницу! —
Говорит свистящий герой, —
360_ А попробуешь подсунуть перечницу или пепельницу,
Я тотчас издам тут же свист второй!
Эй, Ложноногие Змеи, ведите ее мне сюда!
И ведут они ее к нему туда.
Вот подводят пленницу знатную,
Внешне, надо сказать, презанятную:
Видом де́вица, а двоится,
Но четыре ноги у девицы,
Вместо ног рук у ней тоже четверка,
А там, где у иной твари хвоста отвертка,
370_ Раздувается голубой сарафан
И волнуется словно седой океан.
И предстала она пред Уралом,
Свистом змей оглушившим, удалым.
Говорит она: Ну, садись,
Да верхом наверху держись,
Да сожми меня коленками покрепче,
А там — полетим, благо есть реп чем!
