Анри Ренье – Яшмовая трость (страница 101)

В садах божественных ряд ликов не блистал,

Не пели родники в траве, на шелк похожей,

Ни эха звучного не знала в глуби зал,

Ни статуй-стражников не видела в прихожей,

И под балконами ей не журчал каскад

Роптаний пламенных и жалобных томлений,

Когда ложилась спать, ей не тревожил взгляд

На пышном потолке ряды немых сплетений.

Нет, комната мала, та, где Люцинда спит,

В окно виднеется лишь неба гладь пустая,

Без золоченых рам тут зеркальце висит,

Невинное лицо так просто отражая.

Зачем ей это все? Чего недостает?

Опира жемчугов и пестрых тканей Инда,

Когда простой цветок при ней вдвойне цветет,

Когда и без прикрас она всегда Люцинда?

Ведь утро светлое, колени преклонив.

Приветствует ее — владичицу — зарею, —

Заулыбается ли, тело обнажив,

Весь воздух вкруг нее уж напоен весною.

АЛЬБЕРТА С МИЛЫМ ЛИКОМ

Задумаюсь о вас, Альберта с милым ликом, —

И где бы ни был я, в дни лета, иль зимы,

Все представляется тогда в мечтаньи диком,

Как будто узник я, бежавший из тюрьмы.

Завесу смутную внезапно раздирая,

Вдруг небо с птицами открыто предо мной,

Дышу я, упоен, и в воздухе, вдыхая,

Я слышу чувственно какой-то вкус иной.

Я слышу, как звенят певучие каскады,

Не высыхающий бежит во мне ручей,

Что не теряет ввек предутренней прохлады

От полдня ярого неистовых лучей.

И кажется, иду к вам Азиатским садом,

Неувядающих цветов струит бальзам

И выше все ведет (так снится) ряд за рядом

Порфирных ступеней меня невольно к вам.

Потом молчание и сердце мирозданья,

Где все в божественном готово потонуть,

И только алых роз немое опаданье

Все выше, все вперед, указывает путь.

А улица меж тем вокруг меня бормочет

Иль в комнате смотрю на закопченный свод,

Да ливень слушаю, что мне окошко мочит,

Да медленных часов однообразный ход.

Но чтоб возник во мне весь этот мир великий,

И розы, и сады, ручьи и сладкий сон, —

Подумать стоит мне о вашем милом лике,

Чьим взором навсегда мой взор был ослеплен.

ЭЛЬВИРА, ЧТО ОПУСКАЕТ ВЗГЛЯД

Когда колени страсть вдруг разомкнет у вас,

И привлекаете к устам рукою гибкой,

Как изменяется взгляд ваших светлых глаз,

Всегда опущенных с невинною улыбкой!

То умилялися над розой молодой

И верную звезду среди листвы искали, —

И вот подернулись внезапной чернотой

И сумрачней грозы, темнее ночи стали.

По новому в любви Эльвира хороша,

Грудь напряженную вздымает ей волненье,

С блаженством на лице, прерывисто дыша,

Желала б длительней и слаще наслажденья.

Напрасно на ногу надет тугой чулок,

До бедер стянуто упругим шелком тело

И крепкий стан ее закрытый лиф облек