АНОНИМYС – Гибель Сатурна (страница 16)
Вероятно, он совершил ошибку, отправив Марию в представительскую квартиру, но вести, которые она принесла, были уж слишком ошеломляющими. Особенно если учесть, что за несколько часов до этого позвонил новый любовник Корзуна – Маттео, и сообщил об исчезновении патрона.
Надо сказать, что Корзун давно уже передоверил Романо всю практическую часть дела, а сам занимался только стратегическим планированием. Бывало, что синьор Тоцци неделями не слышал своего русского шефа, а видел его и того реже. Но согласитесь, одно дело – невидимый шеф и совсем другое – мертвый.
Именно поэтому Романо разогнал от себя мелкую плотву в лице Марии и Маттео, а сам затаился и гадал, с какой стороны будет нанесен первый удар. Гадать, впрочем, времени не было, надо было действовать, и действовать прямо сейчас.
Наскоро решив текущие вопросы, он поехал к Марии. Представительская квартира, куда он ее отправил, находилась недалеко от офиса, до нее вполне можно было бы дойти пешком. Однако Тоцци понимал, что сейчас машина может понадобиться ему в любой момент. Поэтому не стал попусту бить ноги, в просто сел в свой серый «БМВ» и доехал до дома.
На третий этаж Романо поднялся пешком – лифта в доме не имелось. Да это, пожалуй, было и хорошо: у него не было времени на фитнес, так что лифтом он пользовался редко, поддерживая физическую форму ходьбой по лестницам. Подойдя к двери, прислушался. Внутри царила мертвая тишина. Пожалуй, чуть более мертвая, чем ему бы хотелось.
Он несколько раз нажал на кнопку звонка, подавая условный сигнал. Сам же при этом стоял точно напротив видеокамеры, чтобы Марии видно было его лицо и чтобы не напугать ее ненароком. Однако дверь никто не открыл. Романо позвонил еще раз, потом еще – все было тихо. Видимо, барышня принимала душ. Барышень, известно, хлебом не корми, дай только под душем понежиться. Увы, времени ждать у него нет, придется войти самому.
Он вытащил из кармана запасной ключ, который всегда носил с собой, и сунул в замочную скважину. Сложные цилиндры, охранявшие приватность убежища, повернулись без единого звука.
Тоцци закрыл дверь за собой, послышался щелчок запираемого замка. Романо стоял в просторной, почти пустой прихожей. Справа от него было зеркало, слева стояла пустая вешалка. Шума воды из ванной слышно не было.
– Мария, – сказал он негромко, – Мария, это я.
Ответом ему была тишина. Романо постоял в задумчивости несколько секунд, потом двинулся осматривать квартиру.
Ближе всего к прихожей была кухня. Романо осторожно заглянул туда – никого. Затем следовала спальня, в ней тоже было пусто. Затем шла гостиная – ни единой живой души. И, наконец, последним оказался кабинет.
Как уже говорилось, Романо был человек без нервов. Но когда он толкнул дверь кабинета, то все-таки вздрогнул. Белоснежная стена справа от него была заляпана кровью, на столе, где раньше стоял компьютер, зияло горелое черное пятно, а на полу лежало иссеченное осколками тело Марии.
Романо подошел к барышне вплотную, присел на корточки, взял холодную руку, поискал пульс. Пульс не прощупывался, Мария была мертва.
– Предупреждал же, надо быть осторожнее, – сказал Тоцци мертвому телу.
После этого он выпрямился и оглядел комнату. Что ж, одной проблемой меньше. Теперь полицейские едва ли отыщут Марию, а если даже отыщут, вряд ли смогут ее допросить. Возникло, правда, одно неприятное дело – следовало унести и уничтожить труп. И организовать это надо было так, чтобы не осталось никаких следов. На счастье, у Романо имелся человек, способный выполнить даже такую деликатную работу.
Он вытащил телефон и быстро набрал номер на экране. Если бы кто-то попытался заглянуть в список контактов синьора Тоцци, он был бы изумлен – его записная книжка была пуста. Все дело в том, что Романо обладал эйдетической памятью – он не забывал ничего, что когда-либо видел или слышал. Именно поэтому список контактов в его телефоне был пуст, а нужные номера он набирал вручную. Точно так же он запоминал все логины и пароли и тоже всегда вводил их вручную. Это было очень удобно и безопасно: даже если бы смартфон его попал в чужие руки, толку от этого было бы немного.
Вот и сейчас он натыкал нужный номер пальцами. Однако прежде, чем в трубке раздался сигнал соединения, в дверь позвонили.
Романо мгновенно отключил мобильник и прислушался. Нет, уши его не обманули, звонили именно в его дверь. Он вышел из кабинета в прихожую, подошел к экрану домофона. В коридоре топтались трое неизвестных: русая барышня с зелеными глазами, темный шатен ближе к сорока и американский комик Денни де Вито.
Романо не успел удивиться, что забыл на его лестничной клетке звезда фильма «Близнецы», как тот снова нетерпеливо нажал на звонок. Но синьор Тоцци, как легко понять, совершенно не собирался вступать в контакт с незваными гостями. Если подождать чуть-чуть, затаившись, они, вероятно, уйдут сами, и притом – несолоно хлебавши.
Однако назойливые посетители уходить не торопились. Более того, вид у Денни де Вито сделался недовольным, и он что-то прокричал прямо в камеру домофона.
Романо осторожно включил звук.
– Эй, Тоцци, открывай, это полиция! – вопил двойник де Вито. – Мы знаем, что ты тут, у подъезда стоит твой «БМВ». Мы не собираемся тебя арестовывать, нам надо поговорить, просто поговорить!
Однако как не вовремя умерла Мария, подумал Романо. Могло ли все это оказаться случайностью, или было тщательно спланированной операцией врага?
Не дождавшись ответа, де Вито застучал кулаком прямо в дверь. Романо осторожно скользнул прочь, вглубь квартиры, и скрылся в спальне. Окна спальни выходили в закрытый внутренний двор. Спустя мгновение синьор Тоцци, как герой дешевого боевика, уже балансировал на карнизе. Пожарная лестница не так уж далеко, главное – не оступиться…
Глава седьмая
Дом странных детей
Зазвенел звонок, знаменуя долгожданное освобождение.
– Урок окончен, все свободны, – сказала Арина, пытаясь растянуть губы в дежурной улыбке. Сегодня это был последний урок, и улыбнуться можно было бы и от души, однако она так устала, что сил у нее хватило только на сакраментальное: «все свободны».
Впрочем, ее все равно никто не слушал, лицеисты толпой повалили из класса в рекреацию. Только пара девочек вежливо сказали «до свиданья», прежде, чем скрыться за дверями. Проходят века, сменяются поколения, а школяры так же не любят учебу, как их далекие предки. Это не казалось удивительным в советские времена, когда «неуд» могли поставить в четверти, и даже в году. Впрочем, и до революции учиться было не слишком приятно, потому что в обычной гимназии заставляли учить латынь и древнегреческий. Но сейчас, когда информации дают много, и при этом урока никто не спрашивает… Казалось бы, учись да радуйся. Нет, не хотят.
Впрочем, их можно понять. И она точно так же не хотела учиться десять лет назад. Ей хотелось сидеть в кафе, хотелось гулять с мальчиками, а не корпеть над нудными файлами в планшете. Впрочем, в кафе ей хочется до сих пор, и с мальчиками тоже – причем гораздо сильнее, чем раньше. Проблема в том, что мальчики выросли и стали… как бы подобрать правильное с педагогической точки зрения слово? Кем стали мальчики? Может быть, козлами? Нет, это совсем не про бедных мальчиков. Всем известно, что козлы – грязные, вонючие и очень похотливые. Нынешние же мальчики – язык не поворачивается назвать их мужчинами – так вот, нынешние мальчики все чистенькие, умытые, напомаженные и какие-то стерильные. Они, с одной стороны, наглые и самодовольные, а с другой – какие-то запуганные. Влезть без очереди в кафе – пожалуйста, но залезть в постель к женщине – это не про них. Может быть, мы их не понимаем? Может, они ждут, когда женщины сами начнут срывать с них одежду и валить в постель? Женщинам не слабо, конечно, вот только дальше-то что? Мальчик в мужчину не превратится, пусть даже девушка будет его бросать на кровать по три раза на дню.
Почему, почему они такие? Робкие и одновременно наглые, умственно и эмоционально незрелые самовлюбленные нарциссы. Может быть, истории с харрасментом их так напугали? Или круглосуточное сидение в смартфонах начисто подавляет все мужские инстинкты? А может быть, дело в общей инфантильности – спасибо заботливым мамам и всей современной системе воспитания. Что толку в их здоровом образе жизни, если они даже женщину любить не способны?
Эти горькие и нетолерантные мысли она додумывала уже по дороге домой.
Но до дома Арина так и не добралась. На пути у нее оказалась любимая кафешка, она заскочила внутрь, уселась за столик, вытащила смартфон и зависла в соцсетях.
Конечно, бродить по «Одноклассникам» и ставить лайки можно было и дома, благо имелась у нее своя однокомнатная квартира – давний подарок отца. Но квартира стояла пустая, холодная и, если уж говорить честно, почти необжитая. Не то чтобы Арина была неряха, нет, конечно. Просто не для кого было стараться – вот и лежали целыми днями в холодильнике пожаренные, но несъеденные котлеты. Да и кому они нужны, эти котлеты, когда в любой момент можно пойти в кафе или даже в ресторан и вполне прилично там пообедать – пусть бы даже и простым бизнес-ланчем. Зарплаты преподавателя элитного лицея хватало и на жизнь, и на ресторан.