Анни Кос – Стена между нами (страница 26)
По злой иронии судьбы именно на севере остались сильнейшие источники магии. Те крохи силы, что еще имелись у людей, были нужны для выживания. Их не хватило, чтобы восстановить порталы и города, разрушенные во время ожесточенных сражений. Земли же ардере процветали. Несмотря на свою малочисленность, драконам удалось восстановить порядок и вернуться к мирной жизни. Договор об обмене магии на людей, способных к продолжению рода, стал завершающим аккордом этой войны.
Так я думала всё свою жизнь.
Не уверена, что всё действительно было так.
Ведь если ардере отдают нам
— Смотри, смотри! — восторженно шепчет Несса. — Похоже, они заканчивают!
Драконы и впрямь начинают возвращаться в человеческое обличье. Магия, струящаяся от них к киссаэрам, идет на убыль. Одно за другим сотканные из света существа растворяются в мареве, чтобы через секунду ступить на землю обычными людьми. Остаются двое: Дорнан и Грейнн. Похоже, что хрупкая байниан превосходит по силе остальных и может делиться магией дольше обычного.
Наконец изящная драконица склоняет гордую голову, обрывает поток силы и обращается человеком. Грейнн делает шаг и, не удержав равновесия, опускается на колени. К ней тут же подходит один из соарас, помогает встать, приобнимает за талию и уводит в сторону.
— Руки придержи, зубастый, — бурчит Брейди и начинает проталкиваться к краю площади, бросив нам на прощание: — Увидимся вечером, у меня дела.
Несса прикрывает усмешку ладошкой.
— Спеши-спеши, спасай свою госпожу!
Я же не отрываясь смотрю на Дорнана. По его телу пробегают редкие сполохи пламени, из толпы долетает тревожный шепот:
— И зачем он так старается? Уже и так отдал вдвое больше положенного.
— Видимо, есть причина.
— Выгорит ведь. И ради кого?
— Уймись. Такого не опустошить.
Алти-ардере вдруг переступает с ноги на ногу и шумно выдыхает. Вихрь вокруг него гаснет, сжимается и втягивается обратно. Золотистое марево окутывает его фигуру, но сполохи огня не спешат исчезать. Миг — и перед нами снова стоит мужчина, вот только полы его плаща объяты пламенем.
Толпа испуганно ахает, но Дорнан одним движением срывает с себя тяжелый бархат и затаптывает огонь. Сехеди чуть качает головой, видно, ему тоже не по вкусу происходящее. Однако Дорнан улыбается, он так же собран, тверд и спокоен, как и в начале церемонии. Кажется, владыка доволен. Он обводит взглядом киссаэров, все, включая Риана, склоняются.
Вздыхаю облегчённо, разжимаю онемевшие пальцы. Оказывается, я успела вцепиться в веревки ограждения мёртвой хваткой и даже не заметила этого. Торопливо убираю руки, незачем показывать, как сильно меня взволновало увиденное. Несса рядом едва в ладоши не хлопает:
— Это так красиво! Я и не думала, что магия может быть настолько завораживающей.
— Да, — отвечаю больше своим мыслям, чем ей. — И я не думала… прежде.
Много о чём не думала, к слову, а, похоже, стоило бы. О том, откуда взялись рассказы о жизни за Стеной, об источниках силы, условиях договора и том, почему они именно такие. Риан без сомнения найдет объяснение, но не пора ли выслушать и другую сторону?
Айоней дважды хлопает в ладони — церемония окончена. Киссаэры неспешно покидают площадь, унося с собой сияющие сгустки магии. За ними по пятам следуют пятеро соарас, но мне не до них сейчас.
— Ты куда? — удивляется Несса, заметив, что я начинаю пробираться в сторону ардере. — Не положено ведь!
— Попробую. Всего пара минут, — бросаю торопливо, стараясь не упустить из виду высокую фигуру Дорнана.
Стража, к удивлению, расступается и пропускает меня без единого вопроса. Краем глаза замечаю, что чуть поодаль в тени навеса сидят Грейнн и Брейди. Байниан всё еще бледна, но падать без сознания, похоже, больше не собирается. Она даже улыбается к вящему удовольствию своего избранного, стерегущего её с видом грозной хищной птицы.
— Любопытство всё-таки оказалось сильнее осторожности? — Дорнан оборачивается ко мне, одаривая внимательным взглядом.
— Благодарность.
Дракон вопросительно вздергивает бровь, а я поясняю:
— Не любопытство, а благодарность. За то, что вы сегодня сделали для всех людей к югу от Стены. И насчет осторожности я бы тоже поспорила: вряд ли мне что-то угрожает подле вас.
— Ого! — владыка скрещивает на груди руки, и во взгляде его появляются лукавые смешинки. — Кажется, ты больше не жжешься морозом, Огонёк?
— Похоже на то, — я возвращаю ему улыбку. И плевать, кто и что скажет о моем воспитании, манерах и почтительности. — Вы в порядке? Тот огонь не причинил вам вреда?
Теперь, когда я стою в шаге от владыки, мне хорошо видны разводы копоти на белой ткани его рубашки, подпалины и несколько дыр на рукавах.
— Мне? Воплощенному пламени?
Киваю.
— Волнуешься? — он склоняет голову набок.
— Что в этом неправильного? — осторожно делаю шаг к нему, касаюсь пальцами обугленного манжета, но владыка тут же перехватывает мою руку. Подносит к губам, целует тыльную сторону ладони. Задерживаю дыхание, чтобы не спугнуть момент.
— Это того стоило, — он понижает голос, шепот становится волнующе хриплым, — теперь я знаю, что кто-то обо мне по-настоящему беспокоится.
— Не я одна: люди в толпе и ваша стража… — пытаюсь осторожно высвободиться, но Дорнан не пускает, хоть и видит, что мы привлекли немалое внимание.
— Они не ты. Так что спасибо за откровенность, Лиан.
Владыка шутливо кланяется, из расстегнутого ворота рубашки выскальзывает цепочка, на которой висит небольшая металлическая пластинка, украшенная рунами. Мелочь, не стоящая внимания, но мой взгляд невольно цепляется за мерцающие знаки, проступающие на металле. Выглядит до боли знакомо: такие подвески получил каждый избранный в день прибытия.
— Что тут написано?
— Где? — удивленно переспрашивает Дорнан, проследив направление моего взгляда. — Моё имя. А почему ты спрашиваешь?
— Не знала, что вы тоже носите подобный знак. Думала, они нужны только нам, избранным.
— Нет, конечно, — совсем по-простецки фыркает алти-ардере. — Что за глупости?
— Для чего он?
— Нечто вроде опознавательной метки, документа, если угодно. Он отличает законного жителя наших земель от случайных гостей или тех, кто вне закона. Детям людей часто добавляют охранные руны, юным ардере — сдерживающие трансформацию заклятия, а избранным в первые недели жизни на севере — запрет на пребывание вне стен города. Сбежите и потеряетесь — ищи вас потом, замерзших и перепуганных, по прибрежным скалам и оврагам.
Невольно хмурюсь: очередная ложь, очередная правда? Я уже действительно не понимаю, чему можно верить.
За спиной алти-ардере тактично покашливает один из лхасси.
— Простите, владыка, но мы уже готовы…
— Конечно. Иду, — бросает через плечо.
— Дорнан, погодите! — теперь уже я удерживаю его руку. — Мне надо поговорить с вами, пожалуйста. У меня так много вопросов!
— Не сейчас, Лиан, — он слегка кивает на замерших в стороне жрецов. — Меня ждут.
— Но…
— Я найду время. Завтра, — обещает он. — Что скажешь, небольшая прогулка к океану — хорошая награда нам обоим? Тебе — за пройденное второе испытание, мне за сегодняшний ритуал.
— Это было бы чудесно, — выдавливаю я, внутренне кривясь от разочарования. Целый день ожидания, еще один день в сомнениях. Сердцем чувствую, Дорнан способен поведать то, о чем Риан говорить не пожелает.
— Отлично. За тобой зайдут.
Он уходит не прощаясь, я остаюсь одна посреди пустого пространства. От досады хочется ногой топнуть, но винить некого, время алти-ардере ему не принадлежит. Натягиваю на себя маску равнодушия и возвращаюсь к ограждению.
— Ну что? Что он тебе сказал? — интересуется Несса.
— Пригласил на прогулку.
— Владыка? Ох, — она прижимает ладошки к щекам. — Даже не знаю, повезло тебе или нет.
— Я тоже, — оглядываюсь назад, но драконы уже скрылись с глаз.
— Расскажешь потом, как пройдет? — просит девушка и торопливо добавляет: — Если захочешь, конечно. Или не рассказывай, если это слишком личное. Неважно. Пойдем во дворец?
— Прости, ты иди, а я хочу еще прогуляться. Мне надо побыть в тишине и подумать, — стараюсь улыбнуться беспечно, но мысленно добавляю: нам со старшим киссаэром точно есть о чём поговорить. Слишком много за последние дни у меня возникло вопросов, ответы на которые уже не кажутся такими очевидными.
Главa 18. Долгожданная встреча
Блуждаю по городу не менее часа, всё равно киссаэрам сейчас не до меня. Заглядываю к Марте, чтобы расплатиться: сегодня утром Лили со смехом вручила мне мешок монет, пояснив, что все эти дни он лежал в шкатулке с украшениями, куда я ни разу не удосужилась заглянуть.