Анни Кос – Сотня свадеб и другие (не) приятности (страница 19)

— Тогда пойдем. Мы недолго, мороз на дворе и правда ощутимый.

Он слегка приобнял меня за талию и решительно потянул к огромным арочным проемам. Каждое второе окно бальной залы доходило до пола и оказалось чем-то вроде двери на широкий балкон.

— Мы что, правда вот так и полетим? — изумилась я. — Я же замерзну.

— Рядом с огнедышащим ящером, неплохо владеющим магией? Сомневаюсь.

— А ветер?

— Прикрою вас защитным пологом, всего-то дела.

— Ноги промочу. Или свалюсь на землю и разобьюсь в лепешку.

— Ага, — поддержал меня Амадо. — А еще вас сожрет ночная нечисть или вы развоплотить в нематериальную тень. Неужели, я не в состоянии позаботиться об одном-единственном наезднике? Звучит почти как оскорбление. Леди Хелен, вы мне доверяете?

— Нет, конечно!

Огромная стеклянная дверь послушно выпустила нас в зимнюю ночь. Колкий синий снег, освещенный луной, мерцал и переливался. Заиндевевшие деревья сплетали тонкое ветвистое кружево на фоне совершенно чернильного неба. Я застыла, пораженная ночной тишиной и величием природы, позабыв, что должна бы начать превращаться в сосульку уже сейчас.

— Тут так красиво, — обернулась я к Амадо — и чуть не взвизгнула от неожиданности.

Дракон, оказывается, успел отойти в сторону и обернуться здоровенным крылатым динозавром. Совсем, как на картинках: черный, чешуйчатый, длинная шея, шипастый хвост, лапы с когтями, голова, увенчанная несколькими видами острых наростов, похожих на рожки, и усеянная зубами пасть.

Амадо осторожно опустил голову, нависнув надо мной. Жутковато, особенно при развитом воображении. Хоть бы не сожрал, мало ли, вдруг в этой ипостаси у него животные инстинкты сильнее разума? Я зажмурилась. Однако чешуйчатая морда слегка коснулась моей макушки и тут же отстранилась.

— Залезайте на крыло, — раздался знакомый баритон в моей голове. — В этом облике мне легче общаться мысленно. Строение гортани иное, а связки слишком грубые — половину дворца рыком разбужу.

— Н-на крыло? А может, ну его? Потом как-нибудь п-полетаем?

Светящийся зеленый глаз резко приблизился, и вся драконья физиономия приобрела весьма укоризненный вид.

— Ла-а-адно! — сдалась я. Дракон опустил крыло к самой земле и я принялась карабкаться вверх. — А как держаться?

— Садитесь на гребень. У основания шеи нет опасных шипов, но зато найдутся удобные углубления, похожие на седло у лошади. По поводу всего остального не беспокойтесь, я прослежу, чтобы вы даже на виражах и в пике не выпали.

— В каком еще пике?

Но было поздно, Амадо прильнул к земле всем телом, широченные крылья ударили воздух — и дракон без разбега прянул ввысь.

Сердце ухнуло в пятки, желудок, наоборот, подскочил к горлу. И хорошо, иначе я бы точно завизжала самым непристойным образом. Земля накренилась, справа внизу мелькнула россыпь дворцовых огней, шпили башенок, ажурные балюстрады внешних галерей и заснеженный сад. Меня с силой вжало в углубление на спине дракона, руки сами собой вцепились в неровности гребня.

Амадо, мерно работая крыльями, широкими кругами набирал высоту.

— Если вы закрыли глаза, то самое время расслабиться и получать удовольствие — очень красиво, — прозвучал его голос в моих мыслях. — Смотрите, вон там летняя терраса, с нее открывается потрясающий вид на долину водопадов. Там высокие обрывы, поэтому многие крылатые обитатели дворца предпочитают именно ее в качестве стартовой площадки.

Мы развернулись и по плавной дуге скользнули в другую сторону.

— Там Аквинк, он дивно хорош, правда? Вот рыночная площадь, чуть выше — здание магистрата. Это — главный городской парк. Вообще-то он и единственный, остальная зелень — больше скверики, но в них мило и уютно.

Я с восторгом и трепетом следила, как темная драконья тень скользит по крышам заснеженных домов, улочкам и площадям. Город переливался огнями несмотря на поздний час. У кого-то свечи теплились в окнах, но по большей части мерцали уличные фонари и цветные лампы рядом с тавернами и постоялыми дворами.

Амадо дал сильный крен и прошел так низко над крышами, что я уловила запах печного дыма, обрывки песен и веселый смех. Кое-кто из ночных гуляк, приметив нас, махал руками и даже хлопал в ладоши.

— Они совсем не боятся, — интересно, Амадо меня расслышит в свисте ветра?

— А зачем? Меня хорошо знают в обоих обличьях. И потом, моя работа сейчас — защита, а не нападение. Хотя, конечно, всякое бывало. И попойки, и драки, и дуэли, и откровенное хулиганство. Молодость-глупость, в общем.

Мы сделали еще несколько кругов над городом, а потом дракон начал решительно набирать высоту.

— Амадо, а куда это мы? — осторожно поинтересовалась я, чуя подвох.

— К небу, — коротко отозвался он.

***

То, что происходило потом, я запомню до конца жизни. Бездонный темный простор, усыпанный звездами величиной с кулак, крохотные обрывки облаков, синие снизу, но сияющие нестерпимой белизной наверху, мелькающие леса, луга и реки. А еще подъемы, спуски, петли, перевороты. Амадо даже позволил себе свалиться в штопор с головокружительной высоты. Но я уже не боялась, с восторгом приняв этот полет целиком и полностью.

В какой-то момент я осмелела настолько, что отпустила руки и, раскинув их в стороны, сама начала ловить ветер. Хорошо-то как! Вот она, свобода. Плыть в небесах, любуясь этим миром так, словно он был искусно вырезанной игрушкой. Только бы не потерять это ощущение! Только бы не забыть, когда вернусь на землю!

Глава 14

Амадо приземлился на той же площадке, с которой мы взлетели, подставил крыло, помогая сойти, потом превратился обратно. Легко и непринужденно, без всяких вспышек и спецэффектов, просто раз —  и уже на снегу стоит человек.

— Ну как ощущения? — поинтересовался он, старательно пряча улыбку.

А я что? Я только руками взмахнула и выдала нечто, состоящее из междометий. У меня весь мир перевернулся с ног на голову, какие уж тут слова?

— Так всегда бывает. Первый полет — это как проверка. Если испугаешься, то уже и не полюбишь небо. А если что-то в душе зацепило, то не сможешь без него жить.

Мы молча вошли в бальную залу, закрыли за собой дверь на улицу, а потом так же безмолвно нырнули в коридоры. Амадо, не спрашивая, взялся меня провожать, я не спорила.

У дверей в спальню дракон остановился.

— Доброй ночи, леди Хелен. Рад, что вам понравилось.

Он осторожно взял мою руку и поцеловал, но не отпустил, как раньше, а наоборот, сжал пальцы. На секунду мне показалось, что он хочет что-то сказать. Но нет, помедлив еще немного, Амадо коротко поклонился и ушел. А я смотрела ему вслед, пока его силуэт не исчез за поворотом.

***

Как ни странно, утром я проснулась бодрая и веселая, давно не чувствовала себя такой живой и полной сил. Бегом искупалась, переоделась, соорудила некое подобие прически и поспешила к коллегам.

— Ты…

— ...сегодня…

— … светишься! — поприветствовали меня сестры Афлуи.

Я поискала глазами свое отражение в отполированной поверхности шкафа. Да нет вроде, все в норме.  

— Не в прямом смысле, — улыбнулась Кассари. — Отдых пошел на пользу?

— Кому это он вредил? — ответила за меня Вирен. — Дамы и господа, не знаю, у кого как, а у меня дел по горло. Увидимся за обедом. Может быть, если повезет.

— А у нас с тобой еще полчаса свободного времени, гости будут к десяти утра, — подала голос Мирабель. Выглядела она невыспавшейся и хмурой.

— Отлично! А ты в порядке?

— Все в пределах нормы. Возрастной, — принцесса отчаянно зевнула, прикрыв рот ладошкой. — У сына зубки режутся, проплакал полночи. К нянькам не хочет, к бабушке не хочет, даже к папе не идет. Только у меня на ручках дремлет, да и то, если его качать постоянно. Боги, у меня спина отваливается, и плечи. И спала я сидя, часа три-четыре в лучшем случае.

— У-у-у. Сложно. А у вас нет каких-то обезболивающих заклятий для малышей?

— Конечно нет, это же дети, у них иммунитет к магии лет до двух, пока говорить не научатся.

— Серьезно?

— Ага. Ничего их не берет: ни проклятья, ни привороты, ни бытовые заклинания. Что-то вроде эволюционного защитного механизма, иначе представляешь, что можно было бы учудить?

Если честно, то не очень, но развивать тему я не стала.

— А на тебя действуют?

— Да, но вот усталость ни одним заклятием не уберешь. Хорошо хоть с примерками и гардеробом заранее разобралась, — Мирабель скользнула взглядом по именам в списке. — А ты? Уже решила, в чем на церемонию открытия идешь?

— Да ну, — я отмахнулась. — Для официальной части у меня вон в гардеробе блузка нарядная лежит, с кружевом, вполне ничего, скромная и неброская. А что до остального… Я же там танцевать не собираюсь, а под стеночкой постоять можно в чем угодно.

Сонливость с Мирабель как ветром сдуло.

— Платье бальное нужно, это факт. У нас мало протокольных мероприятий, но открытие — как раз одно из них.