Анни Кос – Чужой выбор (страница 38)

Знаешь, что она сказала мне? Поблагодарила, что я сохранил жизнь ей и ее сыну. Вот так просто. Не просила ни о чем, не требовала гарантий безопасности, не предлагала верности, ничего не обещала. И все же в ее хрупком сердце оказалось достаточно решительности и благородства, чтобы произнести эти нехитрые слова.

***

Хальвард замолчал, а уходящее за горизонт солнце окрасило все золотисто-алым, расчерчивая небо длинными косыми лучами. Йорунн с замиранием сердца смотрела, как в течение рассказа менялось выражение лица правителя: легкая улыбка уступила место боли, затем ненависть исказила и заострила черты, глаза потемнели и искры в них вспыхнули ярче обычного. Сейчас он был спокоен, но девушке показалось, что раны прошлого все еще кровоточат глубоко в сердце. Меж тем, Хальвард продолжил.

***

Когда я вернулся в Кинна-Тиате, передо мной встал вопрос, как жить дальше. Искусству управления землями я был обучен, воевать научился сам, но что мне делать с магией?

Долгое заточение пошатнуло мою память, отобрав и скрыв за глухой беспросветной пеленой то, чему меня учила мать. Прошедшие годы сделали меня жестоким, бездушным, безжалостным. Я не терпел компромиссов и не прощал слабостей.

С одной стороны, это позволило мне выжить. С другой - изуродовало мою душу. Что хорошо для войны, не всегда годится для мира. Тьма внутри меня поднималась от малейшего раздражения или гнева. Я не привык ее сдерживать или ограничивать, по сути, не управлял ею, позволяя брать верх над разумом и руководить моими поступками через инстинкты хищника.

Подобное положение вещей стоило жизни не только многим врагам, но и соратникам. Дальше так продолжаться не должно было, и, смирив свою гордыню, я пришел к выводу, что мне необходимо возобновить обучение. С трудом, по кусочку, я старался вспомнить все, что говорила мне в свое время герцогиня Ирдришш.

Я проваливался в воспоминания, надеясь найти там какие-то подсказки, тайные знаки, что приведут меня к осознанию того, как управлять силой. В погоне за истиной, просиживал часы и дни в библиотеке, изучая древние фолианты, страницы которых крошились под пальцами. Шаг за шагом, медленно, словно слепец, я открывал для себя то, о чем знал прежде.

Теперь я стал часто уединяться в Теневом Храме, именно он позволил наконец сформировать потоки, взять под контроль сырую мощь, бегущую по венам. Экспериментируя, спотыкаясь и падая, с одной удачей на сотню неудач, я все-таки двигался вперед.

Постепенно рядом со мной начал формироваться круг людей, умеющих выносить приливы моего скверного настроения. Между нами завязалась если не дружба, то некоторое товарищество. Я не опасался, что выйду из себя и потеряю контроль над силой, они не тряслись в ожидании смерти. Понемногу, мы научились жить и работать бок о бок, а во мне снова зашевелилось что-то человеческое. Совесть или остатки души? Не знаю.

И тут мне попалось описание одного интересного ритуала. Он назывался слиянием памяти и был предназначен для того, чтобы проникнуть в мысли другого человека. Относился он именно к магии Тьмы, а не Огня, а потому применялся редко и сведений о его тонкостях было мало. Пришлось потратить немало сил, чтобы понять, как погружаться в свои и чужие воспоминания без причинения кому-либо вреда.

Мне пришлось освоить и концентрацию, и умение полностью останавливать собственный поток мыслей. И тогда начались видения. Я даже не сразу понял, что смутные отголоски странных эмоций, затем фрагменты и целые сцены не являются частью моего прошлого.

В годы заточения, лишенный магии и даже солнечного света, я медленно терял рассудок. Иногда проваливался в бред и видел облака и горы, а не каменную кладку и решетки. Теперь же перед глазами вставали картины выжженных и пустынных земель под странным небом, гор, состоящих из блестящего черного камня, целых морей невероятных оттенков, ядовитых настолько, что даже птицы не решались пролетать над их водами. Иногда - неведомых животных, коим нет места в нашем мире.

Временами я был одним из них, ощущал себя в телах с множеством крыльев и лап, передвигался и в воде, и в воздухе, и по суше. Постепенно появились запахи, звуки, я стал лучше понимать то, что видели мои глаза в телах неведомых существ.

Впрочем, иногда видения были изумительны, полны жизни, красоты. Я любовался тем, как над изумрудными землями восходят сразу семь лун, созвездиями, которых нет у нас. И вот тогда пришло осознание, что мои эксперименты с Тьмой и собственной памятью дали неожиданные результаты.

Расщепив сознание и тело, я получил возможность путешествовать между разными реальностями. Это испугало меня и одновременно озадачило. Ни в одной из книг, что мне попадались, не было ни слова о подобном. До определенного срока поиски мои прекратились, я вернулся к роли правителя, целиком погружаясь во все мелочи и тонкости жизни государства.

Шли годы. В империи царил мир, Недоре наслаждалась покоем. Как раз тогда ко мне обратились жрицы Семиликой богини с просьбой выделить им место в городе. Они хотели основать свой храм.

Это было удивительной наглостью - в Кинна-Тиате никогда не возводили храмов в честь кого-либо из богов. Люди в этих землях испокон веков верили в разных существ, а кто-то не верил вовсе. В деревнях и маленьких городках иногда ставили жертвенники и алтари поклонения местным духам, но храмы - никогда.

Самыми почитаемыми были и оставались места выхода магических жил, которых в наших краях встречалось немало. Идея храма, стоящего на обычной земле внутри городских стен показалась мне странной.

В ответ на мои сомнения главная жрица лишь усмехнулась и спросила, известно ли мне что-то о Семиликой вообще. Пришлось признать свое невежество в этом вопросе и вынужденно выслушать россказни о могуществе и славе их богини. Половина историй была приторно-сладкой, а вторая - абсолютно невероятной. Однако меня зацепила фраза, оброненная жрицей, что Семиликая имеет воплощения во множестве миров. Меня одолели сомнения, не ответив ни “да”, ни “нет”, я отправил женщину, сказав ей вернуться позже.

Жрица действительно ушла и не докучала больше. Однако вскоре до меня добрались слухи, что в городе объявились сильные целительницы. Ставили на ноги почти умерших, спасали рожениц, лечили детей. Не стоило удивляться, что этими умелицами оказались те самые последовательницы Семиликой. Тщательно проверив о них всю доступную информацию и не найдя никаких поводов сомневаться в их искренности, я все-таки позволил им строить свой храм и больницу при нем.

Прошло почти полгода прежде, чем я решился продолжить изучение своих новых возможностей. Меня ждало неприятное открытие - управлять видениями совершенно не получалось, а оставаться пассивным наблюдателем было скучно. И тут я вспомнил о том, что  теперь мне есть с кем обсудить странные идеи разных миров и, быть может, получить недостающие сведения.

Я послал за старшей жрицей, но вместо визита она отправила моего посыльного назад, повелев тому сказать, чтобы я сам явился к ней. Бедный мальчишка дрожал как лист на ветру, передавая ее слова. Мой дурной нрав был известен всем кругом и парень просто боялся, что за подобную наглость я испепелю его на месте. Мне же стало весело и любопытно. Давно никто не разговаривал со мной в таком тоне.

Отпустив мальчишку, который, казалось, не верит своему счастью, я направился в храм. Настоятельница встретила меня на пороге. Строгая, с гордой осанкой, высокая, по-своему очень красивая, статная женщина, она совсем не боялась могущества герцога сумеречных земель.

В тот вечер мы много разговаривали, в основном я задавал вопросы, а она отвечала. По ее словам выходило, что богиня явилась ей в одном из своих воплощений и велела идти сюда, в Кинна-Тиате. Мол, скоро тут понадобятся ее знания и сила. Какие именно - она не сказала, но ослушаться Селиликую никто и не подумал.

Я спрашивал жрицу о разных мирах и внимательно слушал все, что она могла мне рассказать. Несколько дней я пропадал в храмовой библиотеке, изучая старинные истории, написанные сказочно и образно, но все же скрывающие зерна истины. И это дало мне толчок к пониманию, как научиться управлять своими видениями. Полученные знания тут же прошли практическую проверку, и у меня, наконец, вышло - теперь я мог контролировать свой разум настолько, чтобы попробовать шагнуть в новые миры осознанно.

В тот вечер я отправился в Теневой Храм. Вокруг было выставлено столько защитных контуров, что войти внутрь не смогла бы даже вражеская армия. Это погружение стало поистине волшебным, миры ложились под мои ноги, как листья, упавшие с деревьев. Я видел точки переходов так же ясно, как обычный человек - двери в комнате. Окрыленный успехом я рвался вперед, с жадностью впитывая новые эмоции и впечатления.

Поглощенный своими переживаниями, я не сразу почувствовал чужое присутствие. Оно не было пугающим, но удивление незнакомца ощущалось почти как физическое прикосновение. В поисках источника я остановился, внимательно рассматривая все вокруг. И вот тогда увидел ее - она мягкой полупрозрачной тенью отделилась от скалистого выступа, двинулась ко мне.

Это была моя мать, Ирдришш.

36. Ирдришш