Аннетт Мари – Трилогия алой зимы (страница 100)

– Проверим?

Эми поспешно протолкалась между ними и отступила на шаг, вынуждая Широ сдвинуться вместе с ней.

– Прекратите оба! Этим вы ничего не добьетесь. Он ничего не вспомнит только потому, что нам так нужно. Единственный выход – снять онэнджу.

Извивающиеся тени растворились, Юмэй усмирил свою силу.

– Сначала тебе необходим отдых.

Эми сумела кивнуть, радуясь тому, что опирается на Широ. Она была так измождена, что еле стояла на ногах.

– Отдых бы пригодился.

– Мы вернемся в Аджисай.

Юмэй отправился за Сусаноо и Бьякко, а Эми привалилась к Широ. Он обхватил ее талию руками, придерживая так, чтобы облегчить ношу ее усталых ног.

– Думаешь, ты сможешь их снять? – тихо спросил он.

Эми закрыла глаза.

– Я сниму. Я же обещала, верно?

Широ не ответил. Наверное, не хотел высказывать вслух сомнения – те же, что не хотела раскрывать и она.

Она обещала – и не могла подвести.

Глава 19

Как они вернулись на постоялый двор ёкаев, Эми не помнила. Она задремала еще до того, как они покинули храм, и четко помнила лишь то, как ее опустили на мягкую постель и укрыли одеялом.

Она проснулась поздно вечером и поняла, что, судя по всему, спала в одной комнате с четверкой непомерно могущественных ёкаев, не ладивших между собой. Напряжение казалось физически ощутимым даже в просторном помещении. Бьякко снял для них отдельный домик, который обычно использовали для праздников и собраний. Однако в нем можно было и жить, а что самое главное – они держались в стороне от остальных постояльцев.

Теперь Эми сидела за столом и заставляла себя есть. Блюда были восхитительными, и она наверняка действительно насладилась бы ими, если бы не пронизывающая воздух вражда. Широ сидел за ее спиной, почти как телохранитель. Юмэй застыл у ведущих в небольшой сад дверей. Сусаноо, скрестив руки на груди, прислонился к дальней стене; на его лице плясали отсветы лампы. Он был значительно чище, чем в прошлый раз, когда Эми его видела, ведь он смыл с себя грязь и пыль пещер. Эми еле сдержала досаду от того, что сама она выглядела не такой чистой.

Бьякко покинул их, как только доставил поднос с едой. Может, ему тоже не нравилась царящая тут тягостная атмосфера едва сдерживаемого гнева. Эми хотелось отчитать Юмэя и Сусаноо за такое ужасное поведение, но она понимала, что ничего этим не добьется. Тысячелетний принц теней и бессмертный куницуками бури не станут слушать человеческую девчонку, выговаривающую им за то, что они ведут себя как малые дети.

Подняв палочками кусочек жареной рыбы, Эми немного откусила. Сусаноо пестовал свой гнев целую сотню лет, поэтому, наверное, можно было понять, почему он с трудом держит себя в руках. А вот враждебность Юмэя ужасно ее огорчала – Широ ведь не виноват, что утратил память.

Она повозила остаток рыбы по тарелке. Широ на самом деле не Широ, повторила она себе. Он – Инари, куницуками с амнезией, лишенный большей части сил, но все же куницуками. Ей нужно было перестать думать о нем, как о лукавом Широ, которого она знала, однако она не могла заставить себя называть его Инари даже мысленно. От мыслей о его истинной сущности, о неизмеримой пропасти между знакомым ей ёкаем и куницуками, о котором она только слышала, нутро тошнотворно сжималось.

Эми отодвинула тарелку. Все три ёкая тут же на нее уставились – рубиновыми, серебряными и сапфировыми глазами.

Поднявшись, она повернулась к Широ.

– Готов?

– А ты? – спросил он.

Эми кивнула. Юмэй сдвинул стол в сторону и занял место рядом с Сусаноо. Широ, оставшись с Эми посреди комнаты, всмотрелся в ее глаза.

Она неуверенно улыбнулась.

– Пора снять с тебя эти четки.

– Будь осторожна, – пробормотал кицунэ, протягивая правое запястье.

Взявшись за его руку повыше бусин, Эми осмотрела оставшиеся витки. Предыдущий высвободил три его огненных хвоста. Чем больше хвостов у кицунэ, тем они сильнее. Следующий мог дать ему еще три, и тогда их станет уже шесть. И Эми заранее знала, какой облик откроет последний виток. Он снился ей почти каждую ночь на протяжении двух недель: чудовищный девятихвостый дух огня, кьюби-но-кицунэ.

В ее снах девятихвостый лис всегда поглощал треххвостого Широ. Раньше Эми не представляла, что это означает, но теперь невольно задавалась вопросом: что, если она все же догадывалась, кем Широ окажется? Еще с тех пор, как впервые увидела его сотканные из пламени хвосты и сияющие отметины на лице? В любом случае сейчас она наконец поняла значение сна и свой ночной страх – что рано или поздно Инари поглотит Широ, уничтожит его навеки.

Эми стиснула его руку крепче. Она должна высвободить его силы – высвободить память Инари, чтобы он вновь стал собой. Даже если это означает, что Широ, которого она знала, исчезнет… Эми с трудом сглотнула.

И, взглянув кицунэ в глаза, увидела в них тот же страх.

Она обхватила нижний виток четок свободной ладонью. Сила коснулась ее пальцев, поползла вверх по руке, покалывая кожу. Эми сосредоточилась, воззвала к теплой ки, дремлющей внутри. Метка камигакари вспыхнула жаром.

Эми потянула за виток.

Сила пронеслась по ее руке разрядом молнии, ворвалась в грудь. Две силы переплелись, а потом ринулись обратно и ударили по чарам онэнджу. Бусины упрямо цеплялись за запястье Широ, и Эми изо всех сил пыталась сдвинуть их хоть на волосок. Метка камигакари стала еще горячее, а вокруг Эми взметнулся яростный ветер.

Она, стиснув зубы, дернула бусины вниз. По ним пробежал свет, и ветер взвыл громче. Тело Эми разрывал поток невыносимой энергии, проклятие неслось по венам, сплетаясь с ее ки.

Сила все крепла, нарастала… а потом взорвалась.

Бусины вырвались из руки Эми; ее со страшной силой отбросило назад. Рядом что-то мелькнуло, и она врезалась в Сусаноо. Он влетел спиной в стену, приняв большую часть удара на себя. Впрочем, от столкновения у Эми все равно вышибло из легких весь воздух, и она обмякла, сотрясаясь от мощи магии, пронизывавшей ее считаные мгновения назад.

– Ранена? – спросил Сусаноо, поставив Эми на ноги.

Она покачала головой, хватая воздух ртом. Оглянувшись, она увидела, как Юмэй поднимает Широ из обломков противоположной стены. Кицунэ не реагировал, безжизненно обмякнув. Юмэй уложил его на пол и навис над ним, опустившись на колени.

– Не дышит, – Тэнгу глянул в сторону Эми и Сусаноо.

У нее оборвалось сердце. Она ринулась к Широ и, рухнув рядом, прижала к его лицу ладонь. Его щека была обжигающей. Он источал жар, словно под его кожей горел огонь.

– Широ! – Эми беспомощно похлопала его по щеке. – Широ, дыши!

Сзади подошел Сусаноо. Он посмотрел на кицунэ сверху вниз – а потом занес ногу и с силой опустил ее ему на грудь.

Широ охнул, распахнув глаза, и согнулся пополам в приступе ужасного кашля.

– Похоже, он жив, – сухо заметил куницуками и опустился рядом на корточки. – Впечатляющее проклятие. Можно?

Эми, не ожидавшая от Сусаноо столь спокойного тона, удивленно моргнула. Грудь Широ тяжело вздымалась, и он, переведя дух, неохотно протянул правую руку. Куницуками взял его за запястье и легонько коснулся онэнджу.

– Сколько раз она тщетно пыталась их снять? – спросил он.

– Это второй, – пробормотала Эми и поникла, стыдясь своих неудач.

– Третий, – поправил ее Юмэй. – Ты пробовала снять виток по моему приказу. Я также пытался дважды.

– Ах, да. – Эми невольно прижала руку к шее, вспомнив, как в нее впивались когти Тэнгу. – Значит, пять раз.

– И с каждым разом проклятие сопротивлялось значительно сильнее?

Широ сел, морщась и потирая затылок.

– Да. В этот – особенно.

Сусаноо отпустил его руку.

– Задумано так было или нет, но всякая новая попытка делает ответный удар лишь сильнее. Следующая может тебя убить.

Эми застыла, охваченная тревогой.

– Но… но я не знаю наверняка, смогу ли их снять…

– Ты поставишь на кон его жизнь. – Сусаноо окинул Широ внимательным взглядом. – Если Аматэрасу права и без тебя против Изанами не выстоять, рисковать мы не должны.

Широ стиснул зубы.

– Если я ничего не вспомню, мы не найдем твой меч. А я не могу вспомнить, пока она не снимет онэнджу.

Сусаноо вздохнул, и его гнев наконец утих. Впервые с тех пор, как они покинули пещеры, перед Эми вновь предстал тот сдержанный, непреклонный куницуками, велевший ей взять меч и сражаться.

– Изанами так поразительно хитра или же ей омерзительно везет? – тихо произнес он. – Ты украл мой меч, лишил меня былой мощи, но прежде, чем я успел возвернуть Муракумо, она сковала твою силу и память. Одним метким ударом избавилась от нас обоих.

– Зачем мне вообще красть твой меч? – пробормотал Широ, потирая лицо ладонью.