Аннетт Мари – Истребление монстров. Для слабаков (страница 52)
Дядя Джек сжимал ружье, его руки ходили ходуном. Рядом с ним стояла Амалия с ужасом и недоверием на лице.
Все еще улыбаясь, Василий наклонился ко мне.
–
Из висевшего на шее артефакта вырвался серебристый свет. Купол мгновенно раскрылся, отбросив Василия вместе с двумя кухонными стульями и другими вампирами. Диван с глухим стуком перевернулся вверх ножками. Не пострадал лишь Зуилас, которого я обняла обеими руками.
Трое вампиров с грохотом рухнули, зато Василий, не обращая внимания на дыру в груди, аккуратно приземлился на ноги. Он погладил гримуар, словно желая убедиться, что книга не повреждена, и повернулся к окну. Легко перешагнув через подоконник – лишь скрипнуло под его ботинками разбитое стекло, – он вышел в снежную пелену.
А к нам, сверкая голодными глазами, приближались его приспешники. Им, видимо, полагалось завершить грязную работу, пока хозяин уносил драгоценный гримуар.
Драгоценный гримуар, который я собственноручно ему отдала. Кто мог предвидеть, что это чудовище переживет выстрел в сердце?
Я потрясла Зуиласа за плечи, но он не шевелился. Вампиры подобрались ближе, по их подбородкам текла слюна – они с вожделением смотрели на беспомощного демона, предвкушая, как будут пить его пьянящую кровь.
Раздался громкий металлический щелчок. Вампиры подняли глаза.
Дядя Джек передернул затвор и нажал на спусковой крючок. Грохот оглушил меня – а пуля пронзила двух вампиров, уничтожив обоих одним выстрелом. Как только они упали на пол, дядя Джек отбросил ружье и схватился за свой инферно. Размахивая мощными руками, его демон неуклюже двинулся вперед. Выживший вампир, обнажив клыки, осторожно попятился.
Но он был не последним. Давя осколки стекла, в окно забирались те вампиры, которые до сих пор прятались снаружи. Их было четверо – жуткие глаза метались по комнате, рты нетерпеливо кривились. При виде нашей беспомощной компании один из них расхохотался.
Меня охватило отчаяние.
«
Дядя Джек послал своего демона в атаку. А сам, вместе с Амалией, попятился к двери, знаками подзывая и меня. Но я понимала, что это бессмысленно. Тварей было слишком много, и они были намного быстрее.
Я перевернула Зуиласа на спину. Темные глаза были пустыми, но его грудь поднималась и опускалась, он дышал. Укус Василия ввел демона в состояние, похожее на кому.
Трое вампиров разом бросились на массивного, но медленного демона дяди Джека, а двое других атаковали отца и дочь. Амалия выхватила артефакт, активизирующий магию, и выкрикнула заклинание. Но чары не задержали вампиров даже ненадолго. Дядя Джек сжал свой инферно. Его демон обернулся на зов хозяина, но три вампира удержали его на месте.
– Зуилас, – прошептала я, прижав ладонь к его лицу. – Очнись, пожалуйста!
Где-то в глубине его глаз мелькнула искра.
Демон дяди Джека с грохотом рухнул, и трое вампиров прижали его к полу, пытаясь прокусить толстую чешуйчатую кожу.
Я наклонилась и уперлась лбом в лоб Зуиласа, крепко зажмурив глаза и содрогаясь от ужаса.
«
Амалия что-то крикнула так пронзительно, что у меня заложило уши.
Из горла Зуиласа вырвался тихий хрип. Его холодные пальцы нащупали мое запястье и крепко сомкнулись. Все еще прижимаясь в нему лбом, я заглянула в темные глаза демона.
«
Перед глазами всплыл яркий образ. Многоугольные красные руны, пересекающиеся линии и круги. В памяти вспыхнуло заклинание сияющей демонической магии. Я узнала его – это было заклинание взрыва, которое он использовал в подвале башни. Пальцы Зуиласа сильнее сжали мое запястье, он поднял мою руку высоко вверх.
Не отдавая себе отчета, я широко развела пальцы.
Кончики пальцев покалывало. В пальцах, в руке, в груди разгорался жар. Образ заклинания так раскалился, что опалил мозг. Все вокруг погрузилось во тьму. Стало прохладнее.
«
Я закрыла глаза, прижавшись лицом к демону. Снова стало невыносимо жарко, грудь пылала. Огонь горел в моей руке, в моей кисти. Заклинание было в моей голове, но и снаружи тоже. Оно сверкало над нами светящимися линиями, демоническими рунами и смертоносными спиралями силы. Воздух потрескивая, шипел.
Вампиры приближались к нам. Подкрадывались, готовые напасть с обнаженными клыками, алые кольца в глазах светились от ярости и жажды.
Как я могла видеть это с закрытыми глазами?
Ладонь Зуиласа лежала на моей щеке, другой рукой он обхватил сзади мою шею, частое дыхание демона согревало мне кожу.
Я чувствовала его прикосновения, физически ощущала его близость – но было и нечто большее. Я чувствовала
«
Мои глаза мгновенно распахнулись, и я увидела свою руку – она светилась алой магией, извилистые потоки поднимались по руке вверх, мерцая сквозь рукав.
Я видела заклинание, изогнувшееся над нами дугой, и вампиров, устремившихся к нему с протянутыми когтистыми руками.
–
Это крикнула я, одновременно услышав в голове голос демона, повторивший те же незнакомые слова. По моему телу прокатился палящий жар – и комната взорвалась.
Зуилас притянул меня к себе, обеими руками обхватив мою голову и прижав мое лицо к своей шее.
И все равно вспышка света проникла сквозь веки, рев и грохот оглушили меня, порыв ледяного ветра пронзил кожу арктическим холодом. И почти сразу прогремел второй взрыв.
Из кухни вырвался огненный шар. Зуилас перевернулся и, прижав меня к полу, накрыл своим телом. Полыхнуло адское пламя, но волна холода поглотила его. Жар и свет исчезли в теле Зуиласа. Он втянул магию в себя.
По нам, слабея, прокатилась огненная волна – и исчезла. В носу защекотало от едкого запаха горелого пластика.
По-прежнему прижимая меня к полу, Зуилас приподнял голову. Наши взгляды встретились – между нашими лицами была лишь пара дюймов. В его глазах светилась яркая горячая сила, усиленная пламенем.
Ничего не понимая, я лежала с широко открытыми глазами, удивленно приоткрыв рот. Не помню, чтобы я шевелила рукой, но каким-то образом пальцы касались его скулы.
И я продолжала его
– Что… – выдохнула я и, испугавшись, замолчала.
– Ты всегда могла меня слышать,
Мое замешательство нарушил хриплый вой.
Зуилас приподнялся и, оседлав мои бедра, осмотрел комнату. От мебели остались лишь обломки дерева и рваная обивка. Кухня была уничтожена и догорала, а газовая плита превратилась в груду железа. Посреди разрушенного дома неподвижно стоял дядин демон, а на полу валялись пять мертвых вампиров.
– Папа, – просипела Амалия из-за тяжелого обеденного стола, опрокинутого набок и испещренного следами осколков. Я вытянула из-под Зуиласа ноги и с трудом поднялась. Тяжело дыша, как будто только что пробежала целую милю, я поплелась к столу. Ощущение присутствия Зуиласа в голове почти исчезло.
За опрокинутым столом, опустившись на колени рядом с отцом, Амалия прижимала ладони к его животу. Дядя Джек лежал на спине с перекошенным от боли и ужаса лицом. Между пальцев Амалии лилась кровь, на пол уже натекла лужа. Дядин живот был изодран когтями вампиров.
– Папочка, – задыхаясь, повторяла Амалия. – Держись, папочка.
У меня подкосились ноги, и я сползла на пол, хватаясь за край перевернутой столешницы. Дядя Джек, тяжело дыша, слабо сжимал руку Амалии. По ее щекам текли слезы, лицо было искажено страданием.
– Не бросай меня, папа, – шептала она. – Пожалуйста. Пожалуйста, не надо.
Я едва не задохнулась от боли. В груди, щемяще и пронзительно, проснулась неутихающая скорбь по моим погибшим родителям и свежая, из-за Амалии, которая вот-вот потеряет единственного остававшегося у нее родителя.
В последней попытке остановить кровотечение Амалия прижала ладони к животу дяди Джека. Все ее тело сотрясалось от мучительных рыданий.
Послышались тихие шаги, и рядом со мной появился Зуилас. Он смотрел на умирающего, ничем не выдавая своего отношения к происходящему. Я опустила голову и отвернулась, чтобы не смотреть. От жалости к Амалии у меня разрывалось сердце.
Что-то мазнуло меня по руке. Приподняв голову, я увидела, как Зуилас перешагнул через стол. Он помедлил пару секунд и присел рядом с дядей Джеком. Прищурившись, он рассматривал своего призывателя – человека, который лишил его дома, заключил в тюрьму и пытался поработить.
Взгляд демона переместился на залитое слезами лицо Амалии, потом на меня и вернулся к дяде Джеку.
–
Демон положил ладонь дяде Джеку на грудь, и по его руке побежала алая магия.
Глава 26
Магия Зуиласа постепенно гасла. Когда светящееся заклинание окончательно померкло, демон убрал руку с груди дяди Джека. Сморщив нос, он вытер окровавленную ладонь о дядину штанину.
Дядя Джек вздохнул всей грудью и выдохнул. Амалия схватила отца за руку, но ее недоверчивый взгляд был обращен на Зуиласа.
– Ты исцелил его, – охрипшим голосом прошептала она.