Аннетт Мари – Истребление монстров. Для слабаков (страница 38)

– Это не твоя вина. В той ситуации мы все равно не могли бы убежать. – Я взглянула на свой стол, где лежали страница гримуара и наполовину записанный перевод. – Какой это демон?

– Dh’irath. Второй дом. Он очень силен.

– Ты его знаешь?

– Нет, но все Dh’irath могущественны. В бою он будет сражаться, как Тахеш.

Меня охватило ощущение безысходности, голова шла кругом от сомнений. Сумеем ли мы найти дядю Джека раньше, чем его обнаружат Клод или вампиры? Верну ли я когда-нибудь гримуар? Возможно, я и без него сумею отправить Зуиласа домой, но какие еще опасные тайны хранила эта книга?

– Что ж, – сдавленным голосом сказала я, – все важные документы, собранные вампирами, в руках Клода и его демона, а остальное было уничтожено. У нас ничего нет.

– У нас не меньше, чем было до сегодняшнего дня, drādah.

Я обдумала это. Зуилас был прав. Мы ничего не добились, но ничего и не потеряли. Все могло быть хуже.

Взгляд упал на следы укусов на шее Зуиласа. Все могло быть намного, намного хуже.

Глава 19

Я проснулась в своей постели рядом с демоном.

Секунды через три после того, как я поняла, что вчера, видимо, заснула под боком у Зуиласа, от которого меня отделяло только тонкое одеяло, меня, как ветром, вынесло из кровати и из спальни.

Может, когда-нибудь в следующей жизни я, наконец, разучусь краснеть.

Зуилас видел, как я опрометью выскочила из комнаты, но никак не отреагировал. Незаметно было, чтобы его смутила эта ситуация. При красноватом оттенке его кожи краску стыда на щеках демона было бы сложно заметить. И я еще ни разу не замечала, чтобы он испытывал неловкость. Возможно, он просто не умел смущаться.

Эта мысль пришла мне в голову внезапно, когда, десять минут спустя, я сидела в кухне, да так и замерла, не донеся до рта ложку йогурта. Я отдала бы что угодно, лишь бы никогда больше не стесняться. Огорченно тряхнув головой, я вернулась к своему завтраку.

Через полчаса проснулась Амалия, и мы стали обсуждать, что нам делать дальше. Как мы ни старались, у нас не было никаких следов, никаких существенных зацепок. Всю информацию захватил Клод со своим демоном, а мы не знали, где и как их найти.

К тому же если Зуилас прав насчет того, что демон Клода был из могущественного Второго Дома Dh’irath, сталкиваться с ним не очень хотелось.

Хотя меньше всего на свете я хотела еще раз встретиться с вампирами, выбирать не приходилось: нам предстояло возвращение в башню.

Пока Амалия возилась с заговоренными талисманами, которые должны были нас защитить (не соваться же снова безоружными в гнездо вампиров), я быстро приняла душ. Высушив волосы феном, вставив контактные линзы и натянув одежду, я, морщась, поплелась в свою комнату. Надежды на то, что душ облегчит боль в спине после ночной встречи со стеной, не оправдались. Синяки давали о себе знать при каждом движении.

В комнате полыхал алый свет. Зуилас, уже в доспехах, лежал на полу. Его тело было опутано магией: извилистые линии и угловатые руны складывались в пересекающиеся круги внутри непривычно вытянутого шестиугольника. Свечение погасло, и заклинание стало невидимым. Зуилас сел и сосредоточенно осмотрел запястье. Следы укусов вампиров исчезли.

– Ты и потерю крови компенсировал? – спросила я, неловко пробираясь мимо него.

– Var. – Он расправил плечи. – На этот раз они не получат мою кровь.

Взяв с прикроватной тумбочки инферно, я повесила его на шею. Медальон неплохо смотрелся на теплой удобной толстовке из бледно-зеленого хлопка, с логотипом моего любимого книжного фестиваля. У мамы тоже была такая.

Волосы на затылке шевельнулись от теплого дыхания.

Взвизгнув, я попятилась, ударилась о стол и чуть не опрокинула лампу.

Видя мою реакцию, Зуилас нахмурился. Но почему? Ведь я не заметила, как он встал, да еще и подкрался сзади.

– Двигайся вбок, drādah.

– Ты что, решил мне проверку устроить? Вот прямо сейчас? – задохнулась я, прижав руку к бьющемуся сердцу и мечтая, чтобы он отошел. – Сейчас не время для…

Демон положил мне на шею горячие ладони, а большими пальцами уперся в щеки. Я замерла под его пристальным взглядом. По его рукам, с тихим шипением, заструилась прохладная магическая энергия, овевавшая мою кожу. Щеки и шею покалывало.

Отпустив шею, он взял меня за руку и вытащил на середину комнаты. От растерянности и возмущения я заворчала, но он толкнул меня на пол и присел рядом, не отводя сосредоточенного взгляда от моего лица.

– Зуилас, что ты…

– Когда ты напугана, ты тратишь дыхание на ненужный шум.

– Что?

Он толкнул меня в грудь, и в следующее мгновение я лежала на ковре навзничь, глядя в потолок. Зуилас прижал кончики пальцев, светящихся изнутри кроваво-красной магией, к моим ключицам.

– Ты производишь слишком много шума, – тихо повторил он. По обе стороны от меня по полу протянулись алые линии. – Drādah ahktallis молчит, когда рядом охотники.

– Я же не нарочно, – пробормотала я, отвлекаясь на звук проникающей в меня магии. – Это получается само собой.

– Шум не помогает избежать опасности.

– Я знаю, но… Зуилас, что ты делаешь?

Его взгляд стал сосредоточенным, и текущая сквозь мое тело прохладная магия вмиг стала горячей. Ярко вспыхнул круг заклинаний, позвоночник обожгла резкая боль. Я замерла, потом выгнулась дугой, но демон прижал меня к полу. Через минуту мучительная боль утихла.

– Ты ранена. Я тебя лечу.

Да, теперь мне и самой стало ясно.

– Ты не обязан… но спасибо.

Я попыталась сесть, но он снова прижал меня к полу, кольнув когтями через толстовку. Круг заклинаний начал вращаться, одни руны исчезали, новые появлялись по мере того, как Зуилас подправлял его форму.

– Я еще не закончил, – сказал он. – Твоя спина все еще повреждена… синяки.

Безвольно лежа на полу, я видела, как он сосредоточенно сжимает губы, как на скулах от напряжения ходят желваки.

– Зуилас… спасибо. Я правда тебе благодарна.

– Ты двигалась слишком медленно.

От этих слов я испытала короткий, но неприятный укол разочарования.

– Ты помогаешь мне, чтобы в стычке с вампирами я не была такой медлительной?

– Почему же еще?

Всю мою растроганность как рукой сняло. Зато разочарование усилилось. Я решила больше не заводить разговоров и молча следила, как он подправляет непостижимо сложное заклинание, необходимое для исцеления моей поврежденной спины. Но меня хватило ненадолго.

– Зуилас, – я протяжно вздохнула. – Ты ведь чувствуешь боль, да? Когда ты ранен, тебе больно?

– Na? Конечно, drādah. – Он не добавил «zh’ūltis», но все и так было понятно по его презрительному тону. – Но, возможно, мои раны болят не так сильно, как такие же раны у hh’ainun. Я не знаю.

Я, в общем-то, была почти уверена, что он чувствует боль, но хотела знать наверняка.

– А если бы нам сегодня не предстояла встреча с вампирами, ты бы стал меня лечить?

– Нет.

Он ответил без раздумий и сомнений, ни на секунду не отводя взгляда от своей исцеляющей магии.

Почувствовав ком в горле, я сглотнула.

– Хотя тебе известно, что такое боль… и ты знал, что мне очень больно… ты бы мне не помог?

Он поднял голову. Багровые глаза внимательно смотрели на меня, между бровями пролегла легкая морщинка.

– Понятно, – тихо сказала я, чуть не плача. Не то чтобы он отказывался мне помогать. Ему просто в голову не приходила мысль облегчить мои страдания.

Морщинка между его бровями стала глубже. Окинув меня внимательным взглядом с головы до ног, он снова перевел взгляд на мое лицо. Углы рта опустились, но это не было обычной гримасой раздражения из-за человеческой глупости.

– Это часть защиты? Я должен исцелять всю твою боль?

– Нет… это была бы одна из тех необязательных «приятных вещей», о которых я тебе все время рассказываю. – И я успокаивающе улыбнулась ему, скрывая тупую, но невыносимую боль в груди. – Все в порядке, Зуилас. Не беспокойся об этом.

Он наклонил голову, хмурясь, почти… сбитый с толку.