Анне-Катарина Вестли – Уле-Александр идёт в школу (страница 12)

В доме было слишком тихо, В животе невкусно. «Эх, добраться б до стола, – Размечталась Кроха, – Я бы время провела На столе неплохо!» Стол высокий, словно горка, Но весёлая скатёрка Со стола спустила край: – За меня держись давай И вставай… Ай! Захотелось и скатёрке Погулять, бедняжке. На скатёрке едут с горки Блюдечки и чашки, Колбаса, и сыр, и джем, И в тарелке каша… Интересно стало всем: Где же Кроха наша? Под весёленькой скатёркой С очень миленькой оборкой. Мы пошли на крик и вой И нашли её живой, Вот такой… Ой!

Кроха смеялась до икоты. Мама принесла манеж и посадила в него Кроху. Она немедленно снова заплакала, потому что ей хотелось играть со всеми на пианино, а не сидеть одной в манеже. Но мама сказала:

– Фрёкен, ведите себя тихо, пожалуйста.

– Будьте так любезны, – сказал Уле-Александр.

– Зны, – повторила за ним Кроха и разразилась длинной речью, из которой ни мама, ни Уле-Александр не поняли ничего.

Уле-Александр тем временем собрал всё, что разлетелось по комнате, мама принесла веник и совок, и в четыре руки они быстро навели чистоту и порядок.

Уле-Александр взял флейту, свой прекрасный рождественский подарок, и собрался уходить.

– Я уже могу идти?

– Да, – ответила мама. – Ты берёшь флейту с собой?

– Ага. Я играю на ней каждый раз, как в магазин входит покупатель, – объяснил Уле-Александр и сыграл несколько нот. Это он сделал напрасно, потому что теперь примчался Пуф и стал скакать – просить, чтобы Уле-Александр взял его с собой.

– Я никак не могу, – оправдывался Уле-Александр, – ты нам весь магазин разломаешь.

– Лучше я попозже выпущу его погулять, – сказала мама. – Пока!

«Зато дальше день пойдёт, как я рассчитывал», – сказал себе Уле-Александр, спускаясь по лестнице. Он позвонил в дверь Иды.

– Собирайся скорее, – с порога заторопил он Иду. – Идём к Монсу, ты опять будешь продавщица.

– Я не могу, – сказала она, – мне надо гулять с коляской. Детям необходим свежий воздух.

Иде подарили на Рождество кукольную коляску, и она уже сложила в неё всех своих пупсов и куколок.

– И незачем так важничать только потому, что у тебя есть какая-то замурзанная коляска.

– Я не важничаю, а коляска не замурзанная, как ты говоришь, а мамина. Она играла в неё в детстве, теперь тётя Петра её заново покрасила и расписала, и колясочка как новенькая.

– Ладно, ладно, бери её с собой. Но мы должны играть сегодня в магазин, мы Монсу вчера обещали.

Но дверь им открыла его мама.

– Нет, нет, Монс сегодня гулять не выйдет, он простужен и болеет, – сказала она. – Вчера пришёл с прогулки закоченевший, он очень долго стоял на одном месте без движения.

– Да, – кивнул Уле-Александр. – Монс вчера был кассой, а они целый день стоят на прилавке без движения.

– Я передам Монсу привет от вас, – сказала его мама, – но, пожалуйста, не играйте сегодня у нас под окнами, а то Монс выскочит из кровати и побежит на вас смотреть. А ему надо лежать, иначе он долго не поправится.

– Ну вот, – сказал Уле-Александр Иде. – Что же нам делать? Обидно получилось.

– Мы пойдём на прогулку, – ответила Ида, толкая перед собой коляску в сторону ворот.

– Прогулку, прогулку, – сердито бубнил себе под нос Уле-Александр. Он шёл далеко позади Иды, заложив руки за спину, чтобы выглядеть ещё более сердитым. Шагал широко, но медленно и степенно, как ходят взрослые мужчины. И он уже придумал, во что бы поиграть.

– Ты почему отстаёшь? – спросила Ида.

– Я кое-что придумал, – сообщил Уле-Александр. – Давай играть, что я полицейский, а ты спрашиваешь у меня дорогу.

– Хорошо, – кивнула Ида, – я пошла.

Она быстро покатила вперёд коляску, а Уле-Александр неспешно двинулся в обход квартала. Проходя мимо магазинов, он ненароком рассматривал своё отражение в витрине. Вылитый полицейский, ничего не скажешь.

Вдруг он уткнулся в мужчину, спешившего ему навстречу.

– Молодой человек, ты, похоже, спишь на ходу. Надо же смотреть, куда идёшь.

– Простите, – ответил Уле-Александр. – Я задумался.

Мужчина пробормотал что-то неразборчивое и торопливо зашагал дальше.

– Он, видно, не понял, что перед ним полицейский, а то бы говорил со мной не так сердито, – вздохнул Уле-Александр.

Ида стояла на углу и ждала его.

– Господин полицейский, вы не подскажете – как пройти в парк? На улице такой шум, что дети не могут заснуть.

– Я вас с удовольствием провожу, – ответил Уле-Александр. – Нам по пути, я тоже собирался в парк. Хочу проверить, всё ли там в порядке.

Уле-Александр больше не ходил в прогулочную группу, но ему захотелось зайти поздороваться с прогулочной няней.

– Я поднимусь вон на тот холм, – сказала Ида.

– Сейчас тебя догоню, – пообещал ей Уле-Александр. – Только проверю, как там ребята гуляют.

Прогулочная няня очень обрадовалась Уле-Александру, и многие из ребят тоже подошли поздороваться.