Anne Dar – АтакА & Исключительная (страница 35)

Тихо постучавшись костяшками пальцев в дверь, я как будто не вошла, а проскользнула в спальню гостей. В этот момент Лесли кормила малыша грудью, комната освещалась всего одной свечой, толстой и потрескивающей, созданной из натурального пчелиного воска, отчего в пространстве витал необычный, пряный аромат дикой природы. Скользнув взглядом по занавешенным пледами окнам и убедившись в безопасности обстановки, я встретилась взглядом с кормилицей. Она сразу же неловко заулыбалась и заговорила первой, как я и думала:

– Большое спасибо за то, что разрешили нам остановиться под крышей вашего дома. Это уже слишком много, а вы ещё и позволили нам помыться, и накормили… Не знаю, как возможно отблагодарить вас за вашу щедрость.

“Ой, да не так уж и сложно – просто скажи, почему твой ребёнок не реагирует на Атаки” – мысленно немного слицимерила я, потому что вслух произнесла совсем другие слова:

– Не переживай, всё в порядке.

– Скоро собираетесь просить нас уйти? – неловко улыбнулась моя собеседница, при этом как будто чуть сильнее прижав к своей груди младенца, неотрывно лакающего из её бледной груди питательное молоко.

– Пока что не собираемся, можешь расслабиться, – спрятав руки в задних карманах джинсов, ответила правду я и, поджав губы, не зная, что сказать еще, но так и не приблизившись к своей цели, решила продолжать ходить вокруг да около: – Уже решили, как назовёте сына?

– Джошуа. В честь отца Джуда. Мне с ним так повезло, ты не представляешь… Я ведь забеременела не от него, а он испытывал ко мне чувства и поэтому сделал мне предложение руки и сердца, когда узнал, что отец моего ребенка решил сбежать от ответственности.

– Джуд уже рассказал нам об этом, – сразу же решила сообщить я, как бы показывая своей собеседнице, что её мужчина уже пооткровенничал с нами, значит, и ей со своей стороны тоже можно распахнуться для откровенности. – Получается, Джошуа овен по знаку зодиака. Он такой спокойный, буквально пару раз плакал за последние сутки, а во время Атак вообще не издал ни звука.

Как я и думала, простушка сразу же, с незатейливой лёгкостью, открылась нараспашку:

– Понимаю, о чём ты. Мы видели страдающих от Атак младенцев, некоторые из них недолго продержались… Видимо, Джошуа Исключительный, а это ещё хуже, чем быть Неуязвимым.

Моё сердце ёкнуло – я сразу же хотела спросить, что значит “Исключительный”, но от беспокойства задала совершенно другой вопрос:

– Почему Исключительным быть хуже, чем Неуязвимым?

Она ответила на этот вопрос, и это выдало в ней не простоту, но самую настоящую глупость, которую, быть может, можно связать не столько с природными наклонностями её натуры, сколько с послеродовым стрессом, хотя я не уверена наверняка:

– Уязвимым быть плохо, потому что Уязвимые страдают от Атак; Неуязвимым быть плохо, потому что на Неуязвимых охотится абсолютное большинство выживших Уязвимых; быть Исключительным хуже всего, потому что на Исключительных объявлена охота с двух сторон. Исключительных так мало, что их, кажется, никто и в глаза-то не видел, только слухи ходят, будто есть какой-то очень маленький процент людей, которые не являются воздушными знаками зодиака, но при этом совершенно не страдают от Атак. Учёные считают, будто если найти хотя бы одного Исключительного и изучить его костную ткань, то есть буквально препарировать его, тогда появится шанс найти действенное противодействие Атакам. Поэтому на Исключительных открыли охоту и Уязвимые, и Неуязвимые. Вознаграждение: безопасное укрытие с пропитанием и, в случае, если ты уязвим, ты попадешь в список тех, кто первым получит антидот от Атак, выведенный из Исключительного…

Она бы продолжала бездумно расточать опасную информацию, даже не наблюдая за моим выдающим страх лицом, лишь всецело сосредоточившись на своем младенце, если бы в эту самую секунду позади меня не раздался испуганный мужской возглас, заставивший её моментально умолкнуть:

– Лесли!

Обернувшись, я увидела Джуда. Обычно суровый на выражение лица, сейчас он был напуган так, будто увидел в моих руках нож, занесенный над его женщиной и ребенком.

– Успокойся, мы никому не расскажем! – максимально искренним тоном, на какой только была способна, уверяла я Джуда, стоя в коридоре рядом с закрытой дверью, ведущей в спальню для гостей.

Джуд не верил мне, чему наверняка способствовал и тот факт, что в этот момент над ним возвышался Маршал, вдвое превосходящий его в габаритах. Парень находился на взводе, потому как он намного умнее Лесли:

– Мы уходим! Сейчас же…

– И куда вы пойдёте? – вмешался Маршал, при этом скрестив руки на груди. – Ладно ты, но твоя спутница только сутки назад родила, твой старший сын только что заснул прямо на собаке, а младшему ребёнку всего день от роду. Так куда же ты их потащишь? Напрямую в руки трапперов?

Быть может, Маршал говорил бы иначе, планируй мы остаться на ферме, но у нас совсем другие планы, так что и спасти за свой счёт несколько жизней нам сейчас кажется совсем не накладным делом.

– Зачем она вынюхивала об исключительности? – с этими словами Джуд эмоционально и даже с вызовом ткнул указательным пальцем в мою сторону, при этом смотря прямо в глаза Маршала.

– Потише, парень, моя женщина ничего не вынюхивала, ясно тебе? Лесли сама всё выболтала, – при этом замечании из груди Маршала вырвался глубокий вздох, как будто он сказал не совсем то, что хотел, после чего последовало менее эмоциональное высказывание: – Я ведь уважаю твою женщину, и ты мой гость – только эти два фактора говорят о том, что ты обязан проявлять не меньшее уважение ко всем членам моей семьи и особенно к Диандре.

– Мы не причиним вам вреда, – едва уловимо приподняла руки вверх я. – Честно.

– Почему я должен вам верить? Почему я должен поверить в то, что вы не попытаетесь отнять у нас ребёнка, с целью выкупить себе вакцину от Атаки у чокнутых учёных?

– Да потому что от Атак нет и не будет никаких вакцин, это совершенно иного рода явление.

– Что это значит? – парень вцепился в меня пылающим взглядом, но я не собиралась продолжать говорить на эту тему, так что в разговор снова вступил Маршал. Он, как всегда в самый опасный момент, успешно перевёл диалог в безопасное русло:

– Мы хотели обсудить это позже, но раз уж страсти раскипелись сейчас, что ж… Мы собираемся уезжать. Дорога дальняя, и нет никаких гарантий на то, что мы сможем или захотим вернуться обратно. Мы с Диандрой думали предложить вам остаться на ферме, чтобы вы присматривали за домом и хозяйством, что включает в себя пользование всеми здешними благами, или же вы можете поехать с нами…

Парень был немного ошарашен услышанным:

– Поехать с вами? Но куда вы едете?

– Пока что путь по Канаде, дальше, быть может, за стену.

– За стену? Но это сумасшествие!

– Думаешь, оставаться внутри захлопнувшейся ловушки – лучший вариант? – подала голос я.

– Речь идёт о выборе из двух зол, – чётко подметил парень. – Внутри границ стены можно спрятаться на какой-нибудь безопасной ферме, уйти в глухие леса, но там, за стеной, всё намного хуже. Там Сталь, и это совершенно другая реальность. Я знаю, потому что семья моего кузена осталась за стеной: мы связывались за сутки перед Атакой, они свидетельствовали о том, что весь мир в последние часы перед своим падением начал покрываться Сталью – такого кошмара земля прежде не порождала… Кадры, которые я видел собственными глазами, были похожи на вырезки из фильмов ужасов: пораженные Сталью люди звереют и буквально загрызают до смерти незараженных людей! С учётом того, что мы не знаем, как распространяется этот вирус, за стену соваться сродни самоубийству. Вдруг Сталь распространяется воздушно-капельным путем? Один посторонний чих, и либо ты уже кого-то грызешь, либо тебя съедают без анестезии. Нет, бежать от Атак, чтобы столкнуться со Сталью, я точно не буду и никому не посоветую.

Парень говорил искренне, страстно – он мог бы наоборот уговаривать нас уехать, ведь мы оставляли ему и ферму, и продукты, но он напротив пытался нас отговорить… Он верил в Сталь, как в нее верили все мы, хотя мы и видели неоднозначные обрывки информации о ней только через канувший в Лету интернет. Надо же: парень даже из хитрости не попытался поддержать нас – он желал отплатить нам добром за добро. Вот только переход через стену не является нашей основной целью, так что слушали мы его лишь вполуха. И не только я с Маршалом. Дверь в комнату Томирис резко распахнулась, и в коридор вдруг выглянула сестра. Она не собиралась вступать с нами в диалог – лишь своим видом дала знать, что она всё прекрасно слышала, и что нам пора бы прекратить шуметь. Стоило ей снова скрыться в своей комнате, как я, тяжело вздохнув, последовала за ней, оставив Маршала наедине с Джудом. Наши гости нервные, что неудивительно, с учётом того, что им пришлось пережить за все эти тяжелые месяцы и через что они прошли только в последние пару суток, однако мне не хотелось заражаться этой нервозностью и позволять этому симптому распространяться на моих близких. Я должна была раньше поговорить с Томирис, да и в принципе мы с Маршалом должны были оповестить о своих планах всех остальных в момент, когда кадиллак впервые завёлся. Терпеть не могу недосказанность, и вот, сама же недосказала.