Аннабель Стедман – Похититель единорогов (страница 22)

– Мы хотели спросить: хочешь быть с нами? – робко поинтересовалась Фло.

Скандара уже накрыла горькая уверенность, что это жестокая шутка, но Фло поспешила добавить:

– Просто… я – земля, Бобби – огонь, а ты…

– …притворяюсь водой, – ошеломлённо договорил Скандар. – Но разве ты не хочешь пригласить кого-то другого? – Ему страшно хотелось в их компанию, но только при условии, что они зовут его не из жалости.

– Не особо, – ответила Фло.

Бобби засмеялась:

– О, Фло как раз завалили приглашениями, за неё можешь не волноваться! Отбиваться от них – вот это был настоящий кошмар. «Пожалуйста, Флоренс Шекони, давай к нам! Это бы так много для нас значило, Фло. Серебряный единорог с нами – это предел мечтаний».

– Перестань, – тихо попросила Фло. – Ненавижу, когда все на меня смотрят.

Скандару всё ещё с трудом верилось, что они на самом деле выбрали его – принадлежащего к нелегальному элементу духа – вместо одного из настоящих водных магов. Его губы так и норовили растянуться в широченной улыбке: ничего подобного на родине с ним не случалось.

– Осталось только найти огненного мага, – деловито заявила Бобби. – Хотя, как вариант, можем подождать и посмотреть, не останемся ли мы втроём. Наездников нечётное число, у всех будет больше места в домике! – обрадовалась она и добавила: – Я храплю, так что это в твоих же интересах, Фло. Сможешь уйти к Скандару, если станет совсем невыносимо. Родители говорят, что я хрюкаю, как жирная свинка.

Скандар засмеялся, мысленно восхищаясь её уверенностью в себе: Бобби, похоже, совершенно всё равно, что о ней могут подумать. Он бы в жизни не признался, что храпит, и уж тем более как «жирная свинка».

– Должен быть ещё один огненный маг, – пробормотала Фло и сощурилась, глядя на ближайшую группу. – Давайте попробуем кого-нибудь пригласить, раз инструктор так сказала.

Бобби закатила глаза:

– Ты всегда делаешь всё, что тебе говорят?

Брови Фло взлетели.

– Да. А ты нет?

– Ну кто ещё это может быть, кроме меня? – вынырнул из тени под деревом Митчелл Хендерсон, ведя за собой Очарование Красной Ночи.

– О, класс, а вот и злодей, думающий, что ты вызовешь конец света, – громко шепнула Скандару Бобби.

– Ты же вроде меня ненавидишь? – вытаращился Скандар.

– Не могу сказать, что готов прыгать от восторга от перспективы делить домик с… с… кем-то вроде тебя, – процедил Митчелл. – Но это единственный логичный вариант. Если к вам присоединится какой-нибудь другой огненный маг – как ты собираешься сохранить в тайне, кто ты? И тогда нас всех бросят за решётку, потому что мы помогли тебе проникнуть в Гнездо.

– Он прав, – признала Бобби. – Как ни печально.

Митчелл демонстративно вздохнул:

– Выбора нет.

Ночь, будто в подтверждение, громко и протяжно пукнула, воспламенила заднее копыто и лягнула им, поджигая выпущенный газ.

Четверо наездников ещё не успели откашляться и с отвращением фыркали, пытаясь продышаться после атаки вонючим дымом, когда к ним подошёл инструктор в красной мантии.

– Ничто так не красит летний вечер, как немного горящих газов, – усмехнулся он. – А, отлично. У нас тут Флоренс – земля, Роберта – воздух, – Бобби скорчила гримасу, – Митчелл – один из моих огненных магов, а Скандар – водный, я правильно понимаю? Все стихии в сборе!

Дым наконец рассеялся, и Скандар обратил внимание на уши инструктора: по их краям плясали маленькие язычки пламени.

– У вас обалденная мутация, инструктор Андерсон, – восхищённо выдохнула Бобби.

На инкубаторских уроках Скандар узнал всё о мутациях наездников. В процессе обучения у каждого наездника менялась какая-то часть тела, становясь более… ну… магической. Скандар думал об этом как о даре единорогов, наделяя своего партнёра такой отметиной стихии, они словно заявляли на весь мир: «Это мой наездник» – ведь, в отличие от связи, возникающей после укрощения, мутации были видимы. Они с Кенной потратили уйму часов, фантазируя на тему, какие преображения их могут ожидать после переезда на Остров.

Инструктор Андерсон засмеялся, и пламя задорно заплясало на фоне чёрной кожи его лысой головы.

– Не люблю хвастаться, но «Инкубаторский вестник» поместил моё фото на передовицу, когда я мутировал. Должно быть, в ту неделю новостей поинтереснее не нашлось. – Он подмигнул, элегантно взмахнув рукой, достал из внутренних складок мантии карту. – Теперь что касается вашего дома… Ага. От западной двери семь лестниц вверх, пройти четыре моста, вторая платформа справа. Проще простого!

Скандар собрался попросить его повторить, но инструктор уже заторопился к следующей группе.

Ребята отвели единорогов через западную дверь назад в стойла. Сейчас там было в основном спокойно, единороги спали, посапывая и похрапывая, и лишь двое из них среагировали на проходящих мимо Скандара и Негодяя визгом и рычанием. Скандар заметил на одной дверце самодельную табличку с надписью «Удача Негодяя» и накарябанным под ней символом воды – и на душе заскребли кошки: он невольно задумался, каким символом обозначался элемент духа.

Митчелл завёл Очарование Красной Ночи в следующее стойло.

– Да мы соседи, – подал голос Скандар, надеясь растопить лёд. Всё-таки отныне они в одной четвёрке – не будет же Митчелл вечно его ненавидеть?

Но тот, сделав вид, что не слышит, запер стойло Ночи на задвижку и ушёл, не произнеся ни слова.

– Ну и денёк, – выдохнула Фло, выглянув из-за дверцы стойла Негодяя. – У меня такое чувство, что мы так с тобой толком и не представились друг другу. – Она протянула руку: – Привет, я Фло. Рада знакомству. И в моём единороге нет совершенно ничего необычного.

Скандар пожал её руку поверх дверцы:

– Привет, Фло. Я Скандар, и в моём единороге тоже нет совершенно ничего необычного. И ни одного нелегального пятнышка.

Она заговорщически улыбнулась:

– Тебя дома тоже зовут Скандар? Или у тебя есть прозвище? Потому что Скандар звучит немного… эпично?

– Моя сестра Кенна зовёт меня Скаром, – ответил он, и уже от одного её имени его охватила тоска. Ему не терпелось обо всём ей написать, осталось только выяснить, что для этого нужно сделать.

– Можно я тоже буду тебя так звать? – нерешительно спросила Фло.

Скандар улыбнулся:

– Конечно.

– Прости, что Митчелл так с тобой себя ведёт.

Скандар вздохнул:

– Похоже, он правда меня ненавидит.

– Я уверена, что это не так! – попыталась приободрить его Фло. – Для огненных магов это стандартное поведение, не зря о них говорят, что они скоры в суждениях и вспыхивают как спички. Ему ненавистно то, что ты символизируешь.

Скандар хохотнул:

– Да, это намного лучше.

Фло смутилась:

– Ох, прости, я неправильно выразилась. Понимаешь, его папа состоит в Совете Семи, он один из водных магов, пользующихся у Командующей наибольшим доверием. И ты её слышал: её политика на ближайший год будет сконцентрирована на поисках Ткача, возвращении Мороза Новой Эры и уничтожении элемента духа. Папа Митчелла наверняка ярый приверженец этой позиции – и ненавистник духовных магов, – иначе он бы не вошёл в Совет. Несколько часов знакомства с тобой очень мало, чтобы Митчелл смог переосмыслить отцовские убеждения.

– Но ты не ненавидишь духовных магов? – с надеждой спросил Скандар.

– Мои родители… ну… считают, что каждый заслуживает, чтобы ему дали шанс. Я того же мнения. Папа говорит, что честность – это одно из основных качеств земных магов. Узнав, что мы с Серебряным Клинком принадлежим к стихии земли, я подумала, что наконец-то хоть что-то за сегодняшний день сложилось как должно. Я просто предпочла бы, чтобы Клинок был не таким… ну… страшным.

– Спасибо, Фло, – выдохнул Скандар. – И не переживай из-за Серебряного Клинка – вы же с ним едва знакомы. Он успокоится.

– Надеюсь, – пробормотала она. – Ты идёшь в наш дом на дереве?

Скандар заколебался, смутно чувствуя, что пока ещё не готов. Он всю жизнь прожил в высотке в центре обычного британского города, где у них даже своей персональной лестницы не было. Впервые ему предстояло поселиться в отдельном доме, в месте, где звёзды прятались за листвой, а не за зданиями. И это не говоря о единорогах, от которых просто голова кружится. На него и так много свалилось за сегодня – элемент духа, Ткач, Митчелл и вопросы об Агате, оставшиеся без ответа, – и добавлять к этой куче ещё новый дом казалось перебором.

– Я, пожалуй, ещё немного побуду с Негодяем, – пробормотал Скандар, ожидая возражений.

Но Фло не стала спорить, лишь кивнула и улыбнулась, и Скандар подумал, что, возможно, она понимает, что у него на душе.

Когда она ушла, он провёл ладонью по шее Негодяя:

– Ты не против, если я составлю тебе компанию? Ненадолго?

Скандар отошёл в заднюю часть стойла и съехал спиной по холодной поверхности чёрной каменной стены. Негодяй приблизился к нему, несколько секунд смотрел на него сверху вниз, а потом, плюхнувшись на кучу соломы, положил голову на колени своему наезднику. Мимо носа единорога пролетела сонная оса. Скандар уже собрался вскочить и рвануть отсюда со всех ног, но в следующую секунду Негодяй ловко поймал её зубами и проглотил. Было в этом что-то ободряющее, как хороший знак свыше. Единорог колыхнул крыльями и довольно пискнул. Скандара тоже затопило счастье, как после коронных объятий сестры, лучших во всём мире. Казалось, их связь усиливает его эмоции, увеличивая их до размеров целого единорога. Мир будто стал больше. В этот момент любые мечты и чувства – всё казалось достижимым.