Анна Зубкова – Уроки Пифагора (страница 7)
— Ну что ж! Не плохо! Ты сразу освоил соединение всех чакр срединным меридианом! И ты легко сделал это на очень высоком уровне утончённости!
Но нужно будет уделить данному приёму особое внимание при обучении других. Совсем не все смогут делать это столь же легко, как это смог ты!
Глава седьмая:
Внутреннее безмолвие
Теперь Гамилькар встречал каждое утро с радостным предвкушением общения с Живым Божественным Светом!
Любовь теперь естественным образом изливалась из сердца духовного — ко всем существам.
Та любовь, которую он мог теперь дарить всему вокруг, и ответная Любовь словно узнанных им наконец Божественных Отца и Матери, — окружали его, встречали и погружали в новую жизнь в Свете!
Его обучение у Пифагора продолжалось:
— Тебе теперь необходимо освоить умение общаться в этом Свете с конкретными Божественными Душами! Так можно будет научиться воспринимать те Знания, которыми всегда готовы делиться с нами Познавшие намного больше!
Чтобы воспринимать Божественные мысли, следует очистить и успокоить свой ум. А для этого надо научиться внутреннему безмолвию.
Только через это можно в мирах тончайших стать самому тем Светом, той Любовью и той Прозрачной Тишиной, которые ты теперь познаёшь.
Великое Божественное Сознание открывает Свои Тайны только тому, кто научился
— И это — возможно: не иметь своих мыслей, совсем не думать?
Впрочем, когда я увидел тебя впервые, мне показалось, что ты
словно несёшь собой Тишину, некий особенный Покой… Как это у тебя получается?
— Для начала, погрузись в пространство духовного сердца. Познай на личном опыте, что можешь продолжать слушать меня, не переходя концентрацией в телесную голову. Ты можешь слушать — сознанием, погружённым в духовное сердце! Хоть пока тебе при этом и будут помогать уши материального тела, но в будущем ты сумеешь слушать меня даже тогда, когда наши тела будет разделять море. Но это — позже, а теперь — внимай и делай!
Итак, нужно покинуть три верхние чакры, где привычно мыслит и оценивает события ум. Он присущ той части тебя-души, которая живёт, будучи скреплённой с материальным телом.
Перемещая же осознание себя в сердечный центр, что ты уже умеешь, — ты попадаешь в пространство, где нет несущегося потока неугомонных мыслей.
Именно так, столь просто, — мы можем заставить ум молчать!
Но для Слияния с Божественным Сознанием и для восприятия знаний от Божественных Душ — необходимо также постоянно сохранять присущий Им уровень утончённости.
Не может грубое проникнуть в тонкое и стать с ним одним целым!
Воздух, наполненный пылью, не пригоден для дыхания! Вода, смешанная с грязью, не пригодна для питья!
Также и неочищенная от грубых включений и низменных состояний душа не способна к чистому восприятию предельно утончённого, Божественного!
Повторю: грубое не в состоянии войти в слияние с тонким!
Только именно привыкнув к Их Утончённости — можно научиться Единению с Ними! Помни об этом всегда!
А внутренняя тишина — помогает это познавать.
Люди создают звуки. Природа тоже наполнена звучанием. Множество звуков касается и сейчас нашего слуха: шум, производимый человеческими телами, копытами лошадей, скрип повозок, дальние звуки морских волн, накатывающихся на берег…
А Божественное Сознание в Его Обиталище — Обладатель абсолютной Тишины.
Чтобы это познать, нужно начать слушать Прозрачную Тишину полностью очищенным и расширенным духовным сердцем.
Пусть твоя любовь охватывает пространство всё дальше и дальше!
Так ты познаешь Прозрачный Покой Божественного Бытия, пребывающий
В этом состоянии можно внимать Изначальному!
А затем — и раствориться в Нём!
Первая ступень такого соединения — это познание состояния «не- я».
Вот — звук любой, тобой произведённый. Он распространяется — словно круги на воде от брошенного камня расходятся всё дальше и дальше. Его природа — проявление, излучение собственного «я» из центра себя.
А теперь восприми обратный процесс. Теперь ты — слушай!
Насколько хватает тебя-души, ты охватил духовным сердцем просторы и над пустыней, и в глубине планеты, и далеко за её пределами… И ты внимаешь всему, что происходит везде там, а сам — недвижим, прозрачен, словно пуст внутри. Тебя прежнего, который был в центре, почти нет: ты растворён во всём остальном существующем.
У души есть
Там — Живая Тишина
… Великий Океан Тишины и Силы заполнил Собою всё вокруг и проник также в тело Гамилькара.
Гамилькар или мог ощущать себя всем Океаном — или парил в Его толще…
Если сейчас не станет тела — что изменится? Я — как Океан — ведь не перестану существовать!…
… Но, всё же, это состояние не удавалось удерживать долго.
Пифагор продолжил объяснение:
— Ты должен изучить это состояние очень хорошо! Ибо Великая Тишина и само-растворённость в Ней позволяют очистить душу от всех примесей не-истины и воспринимать Голос Божественного!
Голоса Божественных Учителей ясно слышны подвижнику, если он задал вопрос и погрузился в эту Тишину.
Он даже может видеть в Свете лица тех Великих, Кто помощь ему готовы оказать.
Чтобы это стало возможно, необходимо полностью очистить мышление от самости, включая гордыню.
А великие деяния становятся реализуемы, лишь когда мышление души соединяется с Божественным Мышлением!
Тело тогда становится инструментом для проявления на плане материальном того, что требуется Божественной Воле.
Глава восьмая:
Роща ливанских кедров
В один из дней обоз с пленниками остановился в роще ливанских кедров.
Это был восхищающий своей красотой оазис!
О таком месте для отдыха никто не мог даже и мечтать на протяжении долгих дней изнурительного продвижения по каменистой и пыльной пустыне под палящими лучами полуденного солнца.
… Эти кедры увидели мир много столетий назад. Воздух среди них был прозрачен и насыщен особым ароматом разогретой смолы и хвои.
Гамилькар и Пифагор смогли очень удачно устроиться в тени под огромным кедром, стоящим чуть в стороне от других деревьев. Он был выше и мощнее других. Возможно, он приходился родителем для многих деревьев, выросших по соседству.
Гамилькар вспомнил детство…
… Такой же кедр рос в саду при храме, куда отчим отдал его на воспитание после смерти матери.
Гамилькар тогда оказался лишённым родительской любви. Он ощущал себя — таким одиноким в мире!
И тот кедр-великан стал в ту пору для него главным другом. Только его любил тогда Гамилькар! И кедр — тоже отвечал ему своей удивительной любовью.
Гамилькар иногда часами просиживал у этого дерева и рассказывал ему мысленно о своих бедах — как лучшему другу. Покой кедра наполнял его, а его детские горести не казались уже такими непереносимыми. Сила, величие и внутренняя чистота дерева — становились в такие часы как бы сутью его самого.
Когда Гамилькар стал старше и научился многим приёмам работы сознанием, которым его тогда обучали жрецы, он стал видеть огромное мягкое свечение, исходившее от кедра на большое расстояние. Этот свет, если с ним соединиться душой, помогал очиститься от негативных эмоций, придти в состояние глубокого покоя. Гамилькар словно бы сам становился подобен огромному древу, уже многие столетия растущему в этом материальном мире… И нематериальная
Сейчас, с позиции новых знаний, полученных от Пифагора, Гамилькар с радостью обнаружил, что мощь того чудо-дерева не была вымыслом его детских фантазий.
… Великан-кедр, у ствола которого они сидели, обладал подобными же свойствами. С его помощью, если направить на него свою искреннюю любовь, можно было наполниться утончённым светом. Или можно было заполнить собой-любовью всё пространство, наполненное энергией кедра, — и там, где располагалась крона, и там, где были корни, и далеко вокруг…
… Гамилькар рассказал Пифагору о том своём детском опыте. Пифагор же, как обычно, видел внутренним взором и ощущал всю полноту и тех детских переживаний Гамилькара, и то, что может дать такое общение сознанием с деревьями, обладающими утончённой силой, для будущих учеников.
— Прекрасно, Гамилькар! Ещё одно сокровище в копилку наших знаний ты добавил сегодня!