Анна Зубкова – Как познаётся Бог. Книга 2. Автобиографии учеников Бога (страница 13)
Пытаясь ответить самой себе на этот вопрос, я увидела, что только стереотип, шаблон мышления заслоняет весь ужас этой проблемы от сердца и разума. У большинства людей как будто на глаза надеты шоры. И надеты они уже с раннего детства, когда родители дают ребёнку первые представления о мире, говоря: "Дуб — дерево, трава — зелёная, мясо, рыба — еда". И эта начальная информация становится аксиомой, не требующей доказательств. Эта информация превращается в некое прочное основание, на котором в дальнейшем человек строит свои отношения с миром.
Когда до меня, уже взрослой, дошло, наконец, какое преступление перед животными я совершала всю жизнь, — я была потрясена до слёз! Ведь я не была бессердечным человеком! Как же я могла допустить, чтобы ради моих вкусовых прихотей они страдали?!
Я очень долго каялась, сжималось от слёз горло…
В дальнейшем, объясняя другим людям, почему я отказалась от убойной пищи, я столкнулась с тотальным непониманием и неприятием этой этической концепции. Какого только абсурда не слышала я! Например: "Животные же едят мясо! А чем люди от животных отличаются? Ничем! Мы все — млекопитающие!" Вот как! Оказалось, что не все люди даже понимают значение слова "млекопитающие"[16].
… Одна моя знакомая любила повторять, что самое главное для неё в жизни — это любовь. Но, когда я предложила ей перейти на безубойное питание, она ответила:
— Да… животных жаль, конечно. Но ведь это так удобно — утром позавтракать сервелатиком[17]!
А другие просто начинали возмущённо орать:
— Да почему это ты не ешь мясо?! Ведь это — какое-то сектантство!
И возмущало их именно то, что отказ от убойной пищи произошёл по этическим соображениям! Если бы я так поступала по предписанию врача или просто по своей прихоти, никто бы слова не сказал. Взрыв возмущения вызывало именно то, что я так поступаю… не из эгоизма!
Для меня тогда было загадкой, почему у большинства людей антидуховный девиз "Надо любить себя!" встречается "на ура!", а поступки, в основе которых лежит любовь к другим, вызывают "праведный гнев" или… страшные подозрения…
Какое-то время я по привычке пыталась поддерживать отношения с некоторыми из тех людей: ведь родственники всё-таки… Но вскоре поняла, что истинные родственники — это вовсе не те люди, которые имеют общих биологических предков или в силу других обстоятельств образуют семейный клан. О тех можно говорить лишь как о родственных
Кстати, это — очень большая редкость, когда под крышей одного дома оказываются действительно родственные души. Мне в этом отношении чрезвычайно повезло: и моя дочь, и отец приняли в свои жизни основные этические принципы, описанные в книгах Владимира Антонова! И я отношусь к этому, как к ещё одному бесценному подарку Бога!
… Итак, я училась жить по-новому, училась жить в состоянии любви, пыталась выполнять те начальные практические упражнения, которые были описаны в книге "Как познаётся Бог".
Встреча
Я пребывала в состоянии благодарности к автору книги, но мне даже в голову не приходило, что я могу встретиться с ним… К счастью, здесь проявила инициативу Анна.
Как-то я зашла к ней, мы спокойно сидели на кухне, пили чай…
И тут внезапно она сообщает, что ей сегодня звонил Антонов, он приглашает нас обеих в гости. И встреча состоится не через год-два, а… послезавтра!
Я поперхнулась… Когда я увидела, с какой скоростью моя мечта "обрастает плотью", — я испугалась! С одной стороны — это было исполнением моей мечты, это было то, чего я больше всего на свете хотела. А с другой — то, чего я больше всего боялась. Потому что всегда, когда я стояла перед какой-то новой, незнакомой мне дверью, мне легче было "удавиться на пороге", чем сделать шаг и войти.
Переступить этот "порог" помогло только абсолютное понимание того, что, если я сейчас отступлю, то другого такого шанса у меня не будет уже никогда! Я точно знала, что "Птица Свободы" не прилетает дважды…
… Итак, встреча была назначена. Мы с Анной "дрожали как два осиновых листа", но отступать было некуда.
… Больше всего меня удивило то, что при встрече он нас очень нежно обнял и поцеловал — так, словно давно знал и ждал… Он сразу попросил нас перейти "на ты". Помню свое первое впечатление о нём: голубые глаза, пушистая белая борода, обрамляющая молодое загорелое лицо. Если признаться честно, до этой встречи я представляла его приблизительно "ровесником прошлого века"…
Мы сидели в комнате. Уже был сварен рис, на столе появились солёные грибы, майонез… Мне понравилось то, что во всех его действиях не было никакой суетности и спешки. Он находился в пространстве покоя и сердечной любви, которое сам же и создавал. Все действия были настолько плавными и естественными, что, казалось, — всё происходит само собой.
Владимир рассказал нам о своей первой встрече с Анной. Думаю, она и сама не знала, каким забавным способом он оказался год назад в её костюмерной. Оказалось, что около киоска, куда он обычно сдавал на продажу свои книги, его вдруг начала как-то странно "обхаживать" некая женщина… Она заходила то справа, то слева, смотрела в упор в лицо…
— Я смотрю и не понимаю, что ж ей надо-то от меня? Может, бывшая ученица? Или — сумасшедшая? — смеясь, рассказывал он. — Но тут она, наконец, представилась ассистентом по подбору актёров. Сказала, что ищет человека именно с таким лицом и такой бородой! Умоляла уговориться на эпизодическую роль в фильме. Ну, вижу, ей это так надо, что не смог отказать. Согласился. Поднялся с ней в костюмерную и там среди множества людей увидел Анну… Когда она поправляла костюм на ком-то из актёров — из её рук лился свет… Я сразу понял, зачем Бог меня сюда привел: ведь это — такая редкость: встретить человека с уже развитым духовным сердцем!
… Мы много говорили, Владимир задавал нам какие-то вопросы, мы что-то лепетали в ответ. Помню, что мне в тот вечер очень сложно было расслабиться, и помню слова Владимира на прощанье:
— Тебе надо больше улыбаться!
Владимир порекомендовал нам для начала прочитать ряд книг о Сатья Саи Бабе, о Бабаджи, выполнять те упражнения, которые были описаны в книгах. Короче говоря, мы были отпущены на некоторое время для самостоятельной работы…
… После той встречи я поняла, что не умею жить в анахате, не умею улыбаться, не умею обнимать людей. Всему этому мне предстояло научиться, и я начала тренироваться каждый день. Не знаю, что и как у меня получалось тогда, но, в первую очередь, — это была борьба с собой.
Мы отпущены на самостоятельную работу
Та зима выдалась очень холодной: дома неуютно, отогреть тело на какое-то время можно было только под горячим душем. Но каждое утро, перебарывая себя, невзирая на холод, темноту за окнами, мы с Анной вставали и начинали день с духовных упражнений: с "пробуждения", "отдавания", "креста Будды"[18]…
Какое это было счастье, когда что-то начинало получаться реально! Ведь раньше я, как и большинство людей, воспринимала окружающий мир из головных чакр. А теперь, когда мне удавалось опуститься в анахату, — я ощущала внутри и вокруг себя мир и покой! Это было так ново, так прекрасно! Мне хотелось поделиться этим счастьем со всеми…
Также "рабочей площадкой" для тренировок у меня была остановка автобуса, который довозил меня до работы. Ездил он раз в сорок минут, да и то не всегда. И вот Бог начал показывать мне маленькие чудеса: как только я приходила на остановку и опускалась в анахату — мне тут же "подавали" автобус. Уже неделю, как он не опаздывал, не уезжал раньше положенного, не ломался!
И вот, в очередное утро я опускаюсь в анахату, через минуту вижу автобус, который начинает медленный плавный заход на остановку… Все ожидающие его пассажиры делают уверенный бодрый шаг вперёд…Но в это время мне в голову приходит мысль: "Ну чего я придумываю! Нет тут никаких чудес! Просто автобус ходит по расписанию. Вот и всё!" В ту же секунду автобус резко ускоряет движение и, не открыв дверей, проезжает мимо остановки… Остолбеневшие пассажиры не могли даже ругаться, они просто молча проводили его взглядами…
Я понимала, что теперь определённо опоздаю на работу, плюс буду мёрзнуть тут ещё минут сорок на остановке… Но меня "до краёв" затапливают смех и радость — оттого, что я узнала Руку, узнала "почерк" Любимого!
… Одной из постоянных моих медитаций была медитация Сатья Саи со свечой (она описана, в частности, в книге Владимира Антонова "Сатья Саи — Христос наших дней"). Я ощущала в анахате тёплое и нежное пламя свечи, потом оно разрасталось, охватывая все большее пространство, — и расходилось волнами любви и света дальше, дальше, дальше… Я вспоминала знакомых мне людей и пыталась наполнять этим светом и их. Возникали состояния единения, любви, мира, гармонии…
Первые занятия
Весной начались плановые занятия. Это был курс по раскрытию анахаты. Он включал в себя психофизические упражнения, пранайамы, латихан, различные способы для очищения и утончения анахаты.
Я ощущала перемены в себе после каждого занятия: менялось моё восприятие окружающего мира и менялась я сама. Уже ко второму занятию я научилась улыбаться: освоила погружение внутрь собственной анахаты — и этого оказалось достаточно, чтобы улыбка, если не внешняя, то внутренняя, не исчезала.