Анна Зимина – Театр одной актрисы (страница 14)

***

Оборотень стелился за телегой, на которой сидела иномирянка. Иногда приходилось отставать, особенно на открытых пространствах, и эти минуты были для оборотня почти пыткой. Ну а вдруг пропустит что-нибудь интересное? Ему несколько раз приходилось сдерживаться, чтобы самым банальным образом не заржать — бабуля блестяще справлялась с Ирданом Верденом и потрясающе дурила ему голову. Старуха вызывала его любопытство.

И тем сильнее оно разгорелось, когда у песчаника и бабули случился привал. Да он едва с дерева не упал, когда увидел, как бабулька, спрятавшись в кустах, сняла с себя скальп и принялась чесать голову. Несколько секунд понадобилось оборотню, чтобы осознать, что в руках у нее не скальп, а накладная прическа* (в королевствах не делали париков, люди этих земель не относятся к волосам с пиететом). И что необъятных размеров грудь и попа под цветастым странным платьем такие же фальшивые, как и ее волосы.

Да и обоняние не могло его подвести: она не пахла старостью и болезнями. Значит, перед ним молодая девушка? Так зачем она вообще притворяется кем-то другим, к тому же столь некрасивым и неприятным? Неожиданно, необычно и очень интересно!

Оборотень, несмотря на свою грузную фигуру, стек с дерева, как гибкий дикий кот, и продолжил слежку.

Звериное любопытство горячило кровь, и ему не хотелось упускать ни слова, ни жеста.

АУДИЕНЦИЯ

Ирдан Верден хорошо знал нетерпеливость своей королевы в некоторых вопросах. Его записочка была доставлена в рекордный срок. Крошечная птичка с черными бусинками умных глаз, в которых жила чужая воля, сама залетела в клетку в королевских покоях.

Несколькими значками тайнописи Ирдан пересказал главное: иномирянка старуха, нужно встретить.

Личная встреча с иномирянкой была организована в считанные часы. Мавен привыкла все держать под контролем, в своих руках, и медлить со знакомством она не хотела. Молодых и наивных всегда можно обмануть, прельстить, напустить пыли в глаза, пообещать что угодно и заманить деньгами, любовью и королевскими милостями.

А уж если драгоценность другого мира просит отправить ее домой, то тут вообще делать ничего не надо было. Достаточно закинуть удочку и рассказать сказочку, в которой иномирец отдает свой архей королю и тут же получает желаемое.

А вот с человеком пожившим многое не пройдет. Любовь им неинтересна, королевские почести ни к чему, деньги уже не вызывают таких эмоций, как в молодости. Возвращение домой… Ну, пожилые люди не любят перемен, это так. Но все индивидуально, и королева не собиралась пускать все на самотек. Поэтому — только личная встреча. Узнавать, прощупывать слабости, не давая продохнуть. На ее стороне знания, сила и власть. А что есть у иномирной старухи? Опыт? Так и у Мавен его не занимать.

Королева в нетерпении считала часы. Мимоходом распорядилась подготовить для старухи комнату, пригласила для присмотра своих служанок, отлично обученных и беспрекословно верных, а главное — немых.

Перед выездом вплела в волосы Кровавый венец, главную королевскую регалию. Улыбнулась отражению в стекле.

И отправилась на встречу со своей очередной драгоценностью. Какая, в конце концов, разница: ребенок, мужчина, старуха… Это просто оболочки, в которых заключен ценнейший дар. Кто их будет спрашивать? Их задача — подарить своей королеве жизнь, молодость и прекрасные уникальные способности. А ее — правильно ими воспользоваться.

***

Чем ближе мы подъезжали к столице, тем сильнее я нервничала. Я не могла не заметить, что мы съехали с главной дороги с обозами и телегами, которая вела, судя по всему, к главным воротам в столицу, и теперь плелись где-то в непонятном отдалении. Я смутно ощущала угрозу, а воображение рисовало отнюдь не радужные картинки.

Пока я нервничала и переживала, мы неожиданно остановились, и я огляделась. Приехали что ль? Мы стояли у заброшенного домика на отшибе. Деревянный высокий забор, признаки запустения, неухоженный сад… Это мы вот сюда?! Ирдан слез с телеги и подошел ко мне, протягивая руку.

— Это мы таки приехали? А где же дворец, служанки и горячий кофе? Где перины для моих старых боков и карвалол? — растерянно пролепетала я, и, снова хватаясь за сердце, прошептала. — Доведете старушку до приступа, если будете так шутить.

Ирдан озабоченно на меня посмотрел. Видимо, ему было приказано доставить меня живой и здоровой, а получить умирающую старушку ему не улыбалось.

— Все будет очень скоро, но сначала прошу вас пройти за мной. Небольшая формальность, все ради вашей безопасности, вам совершенно нечего бояться, слово чести.

Чести, ага. Пришлось выползти из телеги, а то пришлось бы оскорблять. Ирдан тут же взял меня под ручку. Вот это хватка! Даже если я сейчас захочу вырваться и убежать, у меня ничего не выйдет. Моя рука останется у него в качестве сувенира на память. Интересно, тут есть черный рынок? Ну там, продается кусочек иномирянки, лот 2798, первоначальная стоимость — накладной нос и парочка сапфиров… Ну и чушь я думаю… Всегда думаю чушь, когда переживаю.

Ирдан тащил меня за собой очень уверенно, явно не принимая во внимание мои (Сиранушьи) физические возможности. Поэтому я на очередном слишком большом шаге ударилась носом о его плечо и тут же отскочила, почуяв от него странный, очень знакомый и не очень приятный запах. Он ярко ассоциировался с опасностью. Мне почему-то казалось очень важным вспомнить.

Запах меня почти испугал.

Пятая точка чуяла неприятности, а сердечко стучало, как сумасшедшее. Зачем он меня ведет в этот в дом? А, нет, не в дом. Мы прошли мимо, обогнули заброшенный и разросшийся сад. Остановились у низенькой двери вросшего в землю сарая. Что за черт?!

— Прошу вас, госпожа, — вежливо и ласково сказал Ирдан и, толкнув покосившуюся дверь, практически пихнул меня вовнутрь.

Вот зараза!

Я пролетела пару шагов и остановилась, оглядываясь. А сарайчик-то с подвохом. Полноценная просторная землянка, даже уютная, я бы сказала. Светлая от каких-то необычных лампочек, стол у стены, пара стульев. А на одном из них…

На стуле восседала женщина. Не сидела, нет. Именно восседала. С такой осанкой… Она разглядывала меня, пока я, опешив, медленно осознавала, кто передо мной. Блеснули черным глаза, драгоценности на изумительном платье, красный завиток короны в черных волосах.

И я поспешила склониться в поклоне. Вспомнила наших королей — не так поклонишься или не той рукой возьмешь вилку, и добро пожаловать на плаху.

Кланяться я умела, и очень хорошо. Еще с той самой первой роли проходной служанки средненькой пьески. Тогда за пару недель пришлось выполнить годовую спортивную норму по наклонам. Режиссер еще из другой труппы, а не из той, где я играла последние три года, без конца меня донимал. Станиславский доморощенный! Зато вот они, навыки, так просто не забудешь.

Вот и сейчас я, демонстрируя хорошие манеры и этикет, разглядывала пол. Хороший пол, еще каким-то белым песочком посыпан…

Краем глаза нашла своего спутника — Ирдан тоже замер в поклоне и вставать не собирался. Вот гаденыш! Знал же, КТО нас будет встречать и не соизволил даже намекнуть! Ну ничего, отольются тебе еще старушечьи слезки.

— Приветствую вас на своих землях, госпожа. Будьте нашим дорогим гостем, — пропела королева. И я, наконец, разогнула спину.

— Простите, что приходится принимать вас здесь. Все это только ради вашей безопасности. Вы — драгоценность короны, не стоит пока знать другим о вашем прибытии. Надеюсь, путь сюда не доставил вам неудобств?

Я сдержанно заверила королеву, что все в порядке и вообще прекрасно и не стоит беспокоиться. Подняла глаза, встретив ее взгляд. А она смотрела на мою… кхм… грудь. Я на уровне интуиции ощутила, что что-то не так. Королева была… Ошеломлена чем-то. И еще в ярости? В гневе? Она что, поняла, что Сирануш — подделка? Но как такое возможно? Или дело в другом?

Кровь кинулась к моему лицу, руки заледенили, а ноги стали подозрительно мягкими. Паника в чистом виде. Соберись, Женечка. Может, еще и не казнят…

Я приготовилась отвечать на любые вопросы, изворачиваться в дипломатии, поругать силы небесные, покачать права, поплакать, но…

Но королева молчала, не сводя с меня взгляда. Ирдан, стоящий позади меня, попытался было что-то сказать, но тоже скоро заткнулся. Он, видимо, тоже не очень понимал, что случилось с ее величеством. Колбаса была несвежая за ужином или брильянтов на платье меньше, чем в алмазном руднике?

А я нервничала. Напряжение, царившее в загадочной землянке, было просто невероятное.

Королева смотрела на меня, и ее лицо приобретало какие-то совершенно неправильные черты. Чуть нахмурился лоб, показались беленькие зубки в оскале, стекли вниз уголки губ… Теперь это была не прекрасная женщина с искорками любопытства в глазах, а истинная мегера.

Она порывисто встала и в два шага подошла ко мне. Я невольно дернулась назад, но уперлась спиной в Ирдана. Что ей надо?!

Королева же протянула руку и коснулась ладонью моего лба.

А в следующий миг земля резко рванулась к лицу. В глазах побелело, и я потеряла сознание. Я успела ощутить только подхватывающие меня руки.

***

Ирдан недоуменно посмотрел на королеву.

У Мавен была потрясающая способность, дарованная ей с иномирным археем. Она могла лечить, исцелять любые раны и болезни за несколько минут. А тот, кто умеет исцелять, может так же легко покалечить. Когда знаешь, на что воздействовать, несложно причинить вред. Правда, именно с этим археем королеве было очень непросто. Чужой архей не подчинился ей до конца, и Мавен, исцеляя или истязая кого-то, после сильно слабела и испытывала сильную боль, которую едва снимали самые сильные обезболивающие травы. Первый год был вообще ужасным — от малейшего воздействия, пусть даже и от исцеления маленькой царапинки, королева теряла сознание и мучилась страшными болями. Сейчас дело обстояло намного лучше, но Мавен все равно очень не любила использовать этот свой дар, прибегая к нему только в крайних случаях, а значит, сейчас произошло что-то из ряда вон выходящее.