Анна Завгородняя – Вторая жена. Часть 2 (страница 31)

«Это разобьет сердце Шаккару!» — подумал Вазир.

— Отдайте мне повелительницу Майрам! — попросил аббас. — Лишком мало времени осталось. Я отправлюсь в храм, только снарядите носилки…

— Исхан тебя не примет, — отозвался старший мужчина. — Я отказал ему в его просьбе, и он в своем праве отказать и мне.

— Я буду просить сам! — почти крикнул аббас.

Вазир повернулся у молодому воину, взглянул так, словно видел впервые и неожиданно понял, что вовсе не обещание брату движет аббасом в его желании спасти принцессу. То, что увидел в глубине взора менсувара Вазир, повелителю совсем не понравилось.

— Шаккар вернется с победой, и она будет ждать его живая и здоровая, — продолжил настаивать мужчина.

У дверей перешептывались рабыни. Кыям смотрел на своего повелителя с затаенным ожиданием в глазах. Все ждали его ответа и решения. а тем временем, жизнь принцессы утекала, словно песок меж пальцев.

— Ты сам будешь отвечать за принцессу! — не выдержал Вазир и увидел облегчение во взгляде аббаса.

— Я разрешаю. Попробуй, но просить будешь от своего имени. Я не стану должником Исхана! — предупредил жестко.

Аббас поспешно поклонился своему вождю и ринулся к ложу Майрам. Легко, словно она ничего не весила, подхватил на руки и распрямил спину.

— Кто-нибудь, идите вперед и распорядитесь о носилках! — крикнул он и добавил сурово. — У нас почти не осталось времени…

… Вазир молча выходил из покоев второй жены. Вот уже и силуэт аббаса скрылся за поворотом коридора. За воином побежали все служанки принцессы, яркие, словно птички, что живут в саду. а Вазир просто стоял и думал о том, не совершил ли он ошибку, дав свое разрешение? Исхан был темным жрецом. Его вера слишком страшной даже для самого повелителя, поклонявшегося Великому Змею.

Сможет ли жрец помочь умирающей девушке? Вернет ли ее назад из темноты, где нет уже ни боли, ни горя. а если у него и получится, то какой вернется прежде добрая и ласковая вторая жена? И, самое главное, то ли увидел в глазах аббаса Вазир, когда молодой мужчина отстаивал свое желание попытаться спасти повелительницу своего брата.

«Время покажет! — решил мужчина. — Только оно одно властно над нашими судьбами!» — и опустил глаза.

В приемном зале, вернувшись из покоев принцессы, Вазир крепко задумался. Уронив голову на кулак, он сидел так довольно долго, а после велел призвать к себе лекаря Кыяма.

«Даже если принцесса не выживет, мы должны знать, кто отравил ее!» — подумал повелитель. Ведь если Шаккара вернется, а он вернется непременно, то что он скажет своему сыну? Мало того, что не уберег любимую жену и наследника, так ещё не нашел виновного.

«Отравитель будет ждать своего часа в темнице! — сказал себе повелитель. — Шаккар сам захочет спустить с него три шкуры!» — подумав это, мужчина решительно вскинул голову и позвал стражу.

Воины, стоявшие у дверей зала явились почти мгновенно. Посмотрели на своего вождя, ожидая приказаний и Вазир сказал то, что должен был сказать.

За свою жизнь аббас насмотрелся на смерть вдоволь. Он видел, как умирали древние старики. Видел, как падали на полях сражений сильные молодые мужчины и женщины, был свидетелем смерти детей и даже крошечных младенцев. Он видел многое и сердце воина, казалось, давно очерствело. Потому, аббас даже не мог подумать, что когда-то испугается, что смерть заберет драгоценную ношу, которую сейчас несли на носилках четыре крепких раба, спеша со всех ног в сторону храма, показавшегося вдали.

Храм был построен из камня. Того самого, из которого состояли скалы, кольцом окружившие Хайрат. Насколько аббас мог помнить, это здание воздвигли самым первым, раньше, чем началось строительство Дворца и даже жилых домов. Строили быстро и упорно. Работали все, и рабы, и простые воины, под пристальным взглядом старшего жреца.

Исхан не нравился аббасу. Слишком хитрый, слишком умный, при этом достаточно старый. Его, как это ещё недавно произошло с Майрам, всегда цеплял взгляд жреца. Слишком глубокий и…молодой, что казалось неправильным, так как сам облик мужчины говорил о его почтенном возрасте. Правда, сколько аббас себя помнил, жрец всегда выглядел одинаково. Неопределенного возраста с серебром в волосах. Лицо изрыто морщинами и опалено жарким солнцем, коричневое с золотом глаз, что так выделялись на лице Исхана.

Но вот впереди и ступени храма. Огромные каменные плиты и плотно закрытая дверь. Тяжелая, обитая металлическими платинами, не храм, а крепость.

Обогнув носилки, аббас бросил быстрый взгляд на Майрам, лежавшую под тонкой простыней. Ее рука, белая, как снег, свисала вниз и мужчина поймал себя на мысли, что хочет взять ее в свою.

Аббас поднялся на ступени и громко постучал в двери, оказавшиеся запертыми. Ждать пришлось недолго. Скрипнул засов и дверь зашелестела, распахнувшись. На пороге возник сам Исхан. Вышел, оглядев аббаса, узнал его и поклонился, а после покосился на рабов, державших носилки. Золотой взгляд задержался на молодой женщине, лежавшей под простыней.

— Принцесса? — спросил Ихсан тоном, в котором почему-то почти не было удивления.

— Она умирает! — быстро заговорил аббас.

— Зачем ты принес ее умирать в мой храм?

Аббас прищурил взгляд. Посмотрел на Исхана.

— Я принес ее не умирать, а жить. Ты ее спасешь! — прозвучало зло и решительно.

Жрец с мгновение смотрел на воина, а затем тихо рассмеялся.

— С чего ты решил, что я стану помогать? — поинтересовался живо.

Аббас напрягся. Угрожать жрецу расправой в случае отказа, он не мог. Слишком опасно это было. Жреца боялись не зря. Говорили, что он имел необыкновенную силу и точно мог исцелять. Не раз к нему обращались матери за своих сыновей, только вот цена такому лечению всегда была велика. Но аббас не мог допустить смерти принцессы. Он дал слово своему брату, что будет оберегать вторую жену, а сам…Еще пыль не осела за войском принца, как с Майрам случилась беда. Что же он за хранитель такой. Не уберег, не доглядел, а ведь мог предотвратить, догадывался, что да как.

«Это Сарнай! — понимал мужчина. — Ее рук дело. Поняла, что время ее на исходе, что Шаккар прежде нее ставит вторую жену, вот и подсуетилась!» — стоило свернуть шею Наиме, пока был такой шанс, а теперь ищи ветер в поле. Ведь когда Майрам плохо было, она все просила, чтобы старуху привели. Надеялась, что знахарка поможет. аббас велел найти ведьму, но увы. Рабы обыскали весь дворец, перевернули с ног на голову, но хитрой Наимы и след простыл.

Не думал аббас, что решится Сарнай убрать соперницу до рождения наследника. Ошибся в своих расчетах и вот теперь расплачивался.

— Я знаю, ты можешь спасти повелительницу Майрам! — снова обратился к жрецу молодой мужчина. — Я знаю и то, что ты всегда просишь за свою помощь цену…

— Это не я прошу, а Змей, который помогает мне, — ответил Исхан. — Я ничто, просто человек и только через его волю приношу на эту землю спасение.

— Тогда помоги, — попросил мужчина яростно. — Требуй с меня все, что хочешь. Я дам, только спаси ее, — и бросил взгляд назад на носилки.

Майрам еще была жива. Лежала не шевелясь, без сознания и только грудь едва приподнималась под тонкой тканью и медленно опадала. аббасу не надо было быть лекарем, чтобы понять — жизнь уходит из тела девушки, как песок высыпается из часов. Медленно и ужасно.

Жрец усмехнулся.

— Хорошо! — произнес он. — Только платить будешь не ты, а она, — и вскинул руку, указав на Майрам.

Аббас нахмурился.

— Я не могу дать слово за нее! — произнес мужчина.

— Тогда она умрет! — ответил жрец.

Рука аббаса соскользнула к рукояти меча, да так и застыла, под насмешливым взором Исхана.

— Даже не думай применять свой меч, воин. Иначе женщина, за которую ты просишь, умрет. Хотя, — он снова покосился на носилки, — ей и так уже не долго осталось. Решайся.

— Я не могу решить за принцессу! — ответил аббас.

— Тогда она умрет! — спокойной проговорил жрец и сделал шаг назад, намереваясь скрыться за дверью храма. Но махариб остановил его. Вскинул руку и застыл в просительном жесте.

— Χорошо! — произнес аббас и по губам Исхана растеклась улыбка, а золотые глаза сверкнули.

— Я сделаю все, что ты скажешь! — и рука аббаса упала вдоль тела.

Жрец шагнул в сторону и открыл шире двери, кивнул на носилки, а затем коротко приказал:

— Заносите!

За пределами каменного кольца, в долине которого, скрытый от чужих глаз и ветров, расположился город Хайрат, было жарко и пустынно. Ни дерева, ни куста, лишь сухая, потрескавшаяся земля, смешанная с песками. Мертвая или умирающая до первых ливней. а уже дальше, через пару дней пути, начнется и пустыня, с редкими клочками оазисов, разбросанными на протяжении дороги огромного войска.

Телеги с бочками, наполненными водой и едой, тянулись в самом хвосте обоза, следующего за воинами. Часть людей Шаккара ехали верхом, остальные шли наряду с рабами, которых, впрочем, было не так много. Брали самых выносливых, чтобы готовили еду и стирали для людей принца.

Сам Шаккар, верхом на жеребце, ехал во главе войска. Рядом с ним, стремя в стремя, на своей лошади восседала рыжеволосая повелительница Сарнай. Ее лицо направлено вперед. Голубые глаза смотрят вдаль, наполненные предвкушением предстоящей схватки. Приблизительное расположение врага Шаккар знал. Последние кровавые птицы прилетели с юга и теперь именно туда направил своих воинов наследник Вазира. Он понимал, что Давлат не зря подавал им эти сигналы. Он определенно хотел показать, где встретит войско Шаккара и теперь две огромные силы двигались на встречу друг другу для решающего боя, в исходе которого сильнейший получит все.