Анна Завгородняя – (не)случайная Жена (страница 34)

За окном набирала силу гроза. И именно она показалась мне шумом прибоя. Еще мелкие капли дождя стучали в окно, будто кто-то бросал в стекло песок. Но поразила и напугала меня совсем не погода, а тяжелая мужская рука, лежавшая на груди, и горячее тело, к которому я весьма бесстыдно прижималась спиной.

Всего на мгновение, я застыла. Затем подняла осторожно руку, высвобождая ее из-под одеяла, и коснулась своего тела, испытав облегчение, когда поняла, что так и осталась спать в сорочке. Грегор не посмел ее снять с меня, но посмел лечь рядом и обнимать так, как обнимал бы желанную жену.

Первой мыслью было поскорее покинуть спальню, и я осторожно коснулась мужской руки. Хотела было приподнять ее и выскользнуть из постели, но муж неожиданно обхватил меня под грудью и так прижал к себе, что я невольно покраснела, ощутив его напряженный орган, прижавшийся к моему бедру.

Дернулась было повторить попытку, но рука Грегора лишь плотнее прижала меня к его груди, почти впечатав в тело мужчины, заставив повторить его позу.

— Не ерзай, — прозвучало, как гром среди ясного неба, стоило мне снова попытаться вырваться на свободу. — Иначе я смогу не удержаться и нарушить этот чертов пункт.

— Так вы не спите? — возмущенно проговорила я и повернула голову, ощутив, как он заметно расслабил руку и позволил мне развернуться к нему уже всем телом, и даже немного отодвинуться назад, увеличив расстояние между нами.

— Доброе утро, Лея, — глаза Огненного сверкнули, а я резко села и взглянула на него с укором.

— Да как вы… — начала было, только король, усмехнувшись, ответил:

— Я не тронул вас. А в договоре не было такого пункта, что мы будем спать в раздельных комнатах!

Я едва не застонала от бессилия. Кажется, я очень мало потребовала от Грегора. Стоило подумать, прежде чем подписывать проклятые бумаги. А теперь выходит, он будет спать со мной каждую ночь? И ведь имеет право, как законный муж.

— Лея, — Грегор сел. Одеяло сползло с его груди, открыв моему взору красивое тело и широкие плечи. Я невольно скользнула взглядом по его соскам, уронив взор ниже, по твердому животу, и снова подняла вверх, встретив его насмешливые глаза и губы, искривленные в усмешке.

Этот гад прекрасно осознавал силу своей привлекательности. И теперь я, как никогда, поняла, отчего придворные дамы сходят с ума по молодому королю. Вот только меня не волновала его широкая грудь, манившая коснуться ладонью, и эти плечи, крепость которых хотелось проверить на ощупь. Невольно отодвинулась еще дальше, оказавшись на самом краю супружеской постели.

— Я не собираюсь трогать тебя, — сказал Грегор, заметив мое смятение.

«Надеюсь!» — подумала я и выбралась из постели, прихватив с собой одеяло, чтобы спрятаться в нем от взгляда мужчины, который выдавал его потаенные чувства, идущие в противовес словам. А когда Грегор оказался неприкрыт одеялом по моей вине, сразу пожалела о излишней стыдливости, потому что муж предстал перед моим взором в чем мать родила. И его вид свидетельствовал о том, что Грегор вполне готов к исполнению супружеского долга.

Я отвернулась достаточно быстро, но успела разглядеть все, как подобается. Кровь ударила в виски. Что-то сжало горло, и я сглотнула вязкий ком, чувствуя, какой горячей стало лицо. Явно я покраснела. Мне не нужно было смотреть в зеркало на свое отражение, чтобы убедиться в том, что щеки пылают, а глаза сверкают как от лихорадки. Сразу вспомнилась наша первая ночь. Только тогда у меня не было возможности оценить короля по достоинству. Он слишком быстро набросился на меня. Да и все происходило ночью, в полумраке. А тут, днем, пусть и не ясным, а дождливым, но я успела увидеть и оценить размер королевского достоинства. И немного испугалась, удивившись, как он в тот первый раз на разорвал меня на части с такими-то размерами. Или у меня от страха просто глаза стали велики, как говорят в простонародье?

Грегор встал с постели. Прошел мимо меня, направляясь в ванную комнату и я охнула, завидев его широкую спину и тонкую талию. Ноги у Его Величества были ровные и длинные, а вот ягодицы упругие и очень аппетитные.

«О чем я только думаю?» — вспыхнула мысль в голове, а Грегор, будто издеваясь, повернулся и спросил:

— Я забыл о манерах. Возможно, ты желаешь принять душ первой? — его глаза озорно сверкнули, когда я, не удержавшись, снова опустила взгляд и посмотрела туда, куда смотреть была не должна. Поздно вспомнила, что он является все же, моим законным мужем. Но стеснение от этого не исчезло, а лицо не перестало пылать. Впору было прижать ладони к щекам и зажмуриться, но тогда Грегор бы понял, какой эффект оказал на меня его обнаженный вид. А я и так раскраснелась сверх меры. Нет. Определенно, эти девять месяцев спокойными не будут. Кажется, Грегор решил сыграть со мной в семью? Неужели, все из-за ленты, которая осенила нас обоих своим светом? Я до сих пор не могла поверить в то, что мы с ним истинная пара. Ведь это сказки! Миф! То, что рассказывают нянечки своим воспитанницам, навеивая им романтические бредни! Зато это многое объясняло. Я, подумав, поняла, что видимо, именно из-за того, что мы с королем, в какой-то степени оказались предназначенными друг другу, противозачаточное зелье Клаудии не помогло. Знай я об этом, никогда не пошла бы на подобный шаг? Или пошла бы?

Вздохнув, вспомнила о брате и поняла, что не стала бы ничего менять. Жизнь Армана этого стоила.

— Я после вас, — произнесла, заметив, что Грегор приподнял брови, ожидая моего ответа. На мгновение его взгляд стал игривым, и я уже приготовилась выслушать предложение искупаться вместе, но он то ли передумал, то ли я ошиблась и неправильно его поняла, когда Грегор, коротко кивнув, прошел дальше и скрылся за дверью в ванной комнате. А я осталась смотреть ему вослед, чувствуя, что тяжело мне придется выстоять против короля и его непонятного поведения, будь она неладна, эта алая лента, соединившая нас!

Проклятое тело выдало его с головой. Он хотел свою маленькую жену до безумия и Грегору едва хватило силы воли, чтобы не взять ее, заласкать и заставить стонать в его руках.

«Я сам подписался на это!» — думал он с отчаянием. Внутри все разрывалось от бешеного желания, а внешне он держал себя в руках, пытаясь остаться равнодушным. И если бы не его мужское естество, торчавшее на виду и не говорившее бы само за себя, мужчина вполне мог бы гордиться своей выдержкой. А так…

Впрочем, пусть знает и видит, как сильно он ее хочет. Грегор не стеснялся своего тела и не стеснялся желания, которое вызывала в нем именно эта женщина, ставшая его половиной.

Ледяная вода немного остудила пыл, расслабила напряженное тело. Грегор долго стоял под холодными потоками, позволяя им успокоить его тело и отчаянно жалел, что также не может успокоить собственное сердце, стучавшее в груди с какой-то новой, неведомой силой, идущей наперекор его сознанию. Каким он был дураком, когда не понял все и сразу. Ведь в ту первую брачную ночь, когда на ложе с ним взошла Лея, а не Клаудиа, он понял, почувствовал подвох, а повел себя как последний глупец, решив показать молодой королеве, что просто выполняет свой долг. Он не хотел Клаудию. Не желал ее тела. А Лея оказалась совсем другой. Рядом с ней он испытывал противоречивые и незнакомые чувства. Его переполняло нечто сладкое и, одновременно, волшебное. Хотелось касаться Леи, быть рядом каждую секунду, каждое мгновение. И он вспоминал о том, как мало определил сам себе времени, чтобы завоевать собственное счастье, показать молодой королеве, каким он может быть с ней. Какой он есть на самом деле. Но впереди еще несколько месяцев и ребенок, который соединит их, возможно, навсегда. В представлении Грегора, Лея не была той женщиной, которая сможет оставить свое дитя и находиться в стороне, пока сын будет расти и учиться. Просто жить.

Опомнившись, король взмахом руки отключил воду и вышел, обернув полотенце вокруг бедер. Вспыхнув истинным пламенем, высушил кожу и волосы, оставшиеся лишь едва влажными.

Лея сидела на кровати. Она смотрела на дождь, стучавшийся в окно, а услышав звук открываемой двери, обернулась и выдохнула с явным облегчением, заметив, что на его бедрах полотенце. И все равно, даже несмотря на это, отчаянно покраснела и тем самым дала Грегору слабый, но шанс на то, что он не так уж ей и безразличен.

— Я задержался, — просто пояснил он, но Лея лишь молча встала и прошла в ванную комнату, оставив его одеваться. И плескалась едва ли не дольше самого Грегора. То ли надеясь, что ему наскучит ее ждать и он уйдет, то ли, так же, как и сам король, страдая от собственных мыслей. Ему хотелось остаться, но он решил поступить иначе. Вышел, оставив спальню в распоряжении жены, а сам решил позвать слуг, чтобы накрыли завтрак в его кабинете.

«Пора познакомиться с новыми родственниками», — понял он. Вчера день прошел слишком суматошно и торжественно, и все, что он сделал, это раскланялся с мужчиной, назвавшимся лордом Мильбергом, и его сыном. Тем самым, виновником произошедшего.

Вот и пойми теперь, благодарить ли мальчишку за его глупость, или наказать за то, что совсем не думает головой! Грегор больше склонялся к наказанию, но не позволял себе забыть о том, кем является этот Арман его супруге, и как она сильно любит брата, раз пожертвовала своей честью ради его жизни.