Анна Завгородняя – Любимые женщины лорда Фэлтона (страница 46)

- Вот как?

- Да. Моя дорогая дочь зовет вас к себе. Несколько минут назад прибыла модистка, которая приготовит всем нам платья на завтрашний день. Вы ведь помните, леди Элдридж, что будет завтра? – спросила леди Долорес.

Еще бы мне не помнить. Завтра состоятся скачки. Этому событию посвящены несколько статей в свежей газете, которую этим утром принесли к завтраку. Мне и самой, признаться, не терпелось посмотреть на подобное соревнование. А судя по горящему взору старшей леди Фэлтон, оно обещало быть запоминающимся.

- Модистка? – уточнила я.

- Да. Пойдемте со мной, дорогая, и вы будете одной из самых нарядных леди на трибунах, - улыбнулась дама и я, кивнув, поспешила выполнить ее просьбу.

*************

Пенелопа нашла брата сидящим в кабинете. В воздухе, насыщенном дымом табака, можно было повесить клинок, а сам Перси сидел за столом облокотившись на столешницу и смотрел куда-то перед собой совершенно бессмысленным взглядом.

Девушка подошла к окну и открыла его, впуская свежий воздух, пахнувший листьями и травой. Затем взмахнула руками, словно это могло прогнать дым из помещения, и только после всех манипуляций повернулась к брату.

- Здесь нечем дышать, - сказала она.

Персиваль моргнул и сел прямо. Когда он поднял взгляд и увидел сестру, то последней на миг показалось, что до этого момента он и не догадывался о ее присутствии в комнате. Это говорило о том, насколько глубоко он ушел в свои мысли и Пенни догадывалась, что мучило брата.

Она подошла к столу встав напротив Персиваля и спросила:

- Не хочешь поговорить о том, что не дает тебе сейчас покоя?

Он сдвинул брови.

- Не помню, чтобы мы с тобой прежде разговаривали на серьезные темы, - заявил он хмуро.

- Да, не могу сказать, что у нас доверительные отношения, но сейчас я вижу, что с тобой происходит неладное. Вот уже несколько дней ты сам не свой. И я знаю причину, - произнесла девушка спокойно, хотя в груди у нее сердце билось испуганной птицей. Но опасалась Пенни не брата. Она боялась, что в кабинет войдет матушка и увидев их вместе заподозрит неладное.

- Завтра скачки, - продолжила Пенелопа.

- И что с того?

- Я просто вижу, что ты не хочешь делать то, что велит наша матушка, - сказала сестра. – А если не хочешь, то и не надо. Не стоит ее слушать. Ты предложил хороший выход из положения. Думаю, отец тоже понимает это. Нам просто надо оставить в покое Агату.

- Ты глупая, Пенни, - фыркнул молодой Уитни. – Глупая, как и большинство женщин. Не понимаешь, что Агата нам нужна, чтобы мы оплатили долги.

Пенелопа усмехнулась и скрестила на груди руки.

- Сейчас говоришь не ты, а наша мать. Это ее слова твердят твои губы. Но она не всегда права. И мне отчаянно не хочется, чтобы ты становился подлецом. Мало того, что ты уже пытался причинить Агате вред, так и сейчас, вместо того чтобы сказать свое весомое мужское слово, соглашаешься с очередной авантюрой, которая в случае краха просто уничтожит нашу семью!

Пенелопа посмотрела пристально в глаза брату и Перси не выдержал, отвел взгляд.

- Если ты не передумаешь поступать так, как велит мать, я сама предупрежу Агату, - заявила девушка.

Перси вскинул взгляд.

- Ты не посмеешь! – проговорил он достаточно резко для того, чтобы сестра отшатнулась назад.

Их взгляды встретились и Пенни нашла в себе силы произнести:

- А вот это мы еще посмотрим! – после чего, развернувшись, покинула кабинет.

Глава 13

В этот вечер в мужском клубе только и было разговоров, что о предстоящих скачках. Лорд Маунтбрук принес бумагу, на которой был составлен список всех лошадей, участвующих в забегах, и благородные господа, еще до начала скачек, принялись делать ставки и спорить о том, кто из лошадей придет первым, и чей жеребец станет призовым в этот сезон.

Сидя за столиком и пригубив чистый виски, Дориан Фэлтон прислушивался к разговорам, но сам ни в ставках, ни в обсуждении претендентов, не участвовал. И вместе с тем, ему было любопытно смотреть, как разгораются споры и как господа тратят свои деньги на воздух.

- Думаю, твоя Ба непременно захочет поставить определенную сумму, - проговорил Энтони тихо и сделал глоток пьянящего напитка.

- Ба? – усмехнулся Дор и тут же добавил: - Непременно. Это слишком в ее духе.

- Возможно, я тоже последую ее примеру, - улыбнулся Тони, - и даже спрошу совета на кого именно сделать ставку. Она очень рассудительная леди и, полагаю, отлично разбирается в лошадях.

- Моя Ба разбирается почти во всем к чему имеет интерес. А интерес у нее есть ко всем азартным играм. Боюсь, что у моего отца это от нее, - уже тише проговорил Дориан. На секунду он замер, сдвинув недовольно брови. Так с ним случалось всегда, стоило вспомнить об отце, а затем о долгих годах, когда ему приходилось восстанавливать доброе имя семьи и состояние. Нет, после такого, он совершенно точно не мог понять жажду к азартным играм и к ставкам. Даже несмотря на то, что скачки были одним из самых приятных развлечений в обществе, когда надоедали балы и приемы.

- Не помню, чтобы леди Долорес проигрывала в карты, - заметил Олридж.

- Карты для Ба салонное развлечение. Она не Уитни и всегда знает меру, - ответил Фэлтон и вдруг заметил, что в комнату, полную оживленных господ, вошел предмет обсуждения, лорд Уитни собственной персоной.

- Надо же, - проследив за опекуном Агаты, Тони кивком головы указал на дверь, за которой скрылся мужчина. – Его семья на грани разорения, а он все в карты играет.

- Мне вот интересно, где сейчас находится его сын, - проговорил Дориан и друзья переглянулись.

- Спустимся вниз и проверим? – зачем-то предложил Олридж.

- Спустимся, - ответил Дор и, залпом допив виски, поднялся из-за стола.

Путь к подвальным помещениям, где шли бои, проходил через игральный зал. Фэлтон, не удержавшись, бросил быстрый взгляд в сторону Уитни. Опекун Агаты вальяжно разместился на стуле закинув ногу на ногу и громко требовал принести ему сигару и вино, в то время как один из джентльменов тасовал карты. Посреди стола уже возвышалась горка золота, поверх которой лежали дорогие часы, скорее всего, принадлежавшие Уитни.

- Уитни, вы собираетесь участвовать в скачках, или будете делать ставки? – спросил кто-то и Дориан придержал шаг прислушиваясь.

- Будь у меня отличный жеребец, непременно выставил бы его за честь нашей семьи, - ответил мужчина. – Но временно, увы, не могу позволить себе подобную роскошь. Только не сомневаюсь, уже через год лучший скакун будет представлять нашу семью и возможно, мой сын станет наездником года.

- Честь? Уитни? – съязвил кто-то. – Благородный человек платит по своим долгам, милорд, но вы, кажется, забыли, что это такое возвращать долги?

Фэлтон обернулся на говорившего, хотя и не был удивлен услышанному. Уитни продолжал тратить деньги, занимать и утопать в долгах. И его словно бы не смущало подобное. На месте опекуна леди Элдридж Дориан попытался бы сделать хоть что-то, но уж точно не бежал бы тратить снова и снова, связываясь с кредиторами, подвергая свою семью позору и повергая в еще большую нищету. Видимое благополучие, судя по всему, уже не могло обмануть абсолютно всех. Но надменное лицо Уитни и резкий тон, с которым тот дал ответ на заданный каверзный вопрос, свидетельствовало о том, что ему совершенно все равно. Или что он уверен в своих словах.

Что он там сказал? Через год?

Неужели Уитни еще надеются на состояние Агаты, или юный Персиваль выбрал для своей гнусной цели новую наивную жертву?

Внутри у Дориана волной поднялось отвращение. Он даже успел ярко представить себе, как подходит к игральному столу, хватает за грудки удивленного Уитни и…

- Дор? – позвал Тони. Фэлтон, вздрогнув, повернулся к другу.

- Мы идем? – спросил спокойно Олридж, а сам посмотрел на Уитни. Опекун Агаты поднял голову и взгляды мужчин встретились. На миг Тони показалось, что негодяй вздрогнул, но уже миг спустя последний сделал вид, что все в порядке и даже смог кивнуть в знак приветствия.

Энтони кивнул в ответ и поспешил отвернуться. Ему, как и Дориану, претила даже мысль о том, что он знаком с подобным человеком.

Еще через несколько минут они спустились вниз и уже скоро влились в толпу, окружившую ринг. Сегодня в подвальном помещении было слишком шумно и людно. Ринг обступили плотным кольцом, так, что невозможно было сразу разглядеть, кто именно сегодня выступает из джентльменов. Дориан заинтересованно взглянул на дерущихся мужчин, но не заметив среди них Персиваля, направился через толпу, пытаясь отыскать последнего взглядом.

- Возможно, молодой Уитни сегодня не выступает? – предположил Тони, следовавший тенью за другом.

- Навряд ли он упустит такую возможность заработать, - ответил Фэлтон. – Ты же видишь, сегодня клуб переполнен азартными господами. Предвкушение скачек будоражит умы милордов. Значит, они будут щедрее, а Уитни нуждаются в деньгах.

- Твоя правда, - кивнул Тони и вдруг замер. Положив руку на плечо Дориана, он слегка сжал пальцы, а когда Дор повернул к нему лицо, кивком головы указал на мужчину, стоявшего через несколько человек у самого ринга.

- А вот и тот, кого мы ищем, - сказал Олридж.

Фэлтон кивнул.

- Подожди здесь, я подойду поговорю с ним, - произнес он и шагнул вперед.

Персиваль стоял в одной рубашке и штанах, из чего Дориан сделал правильные выводы о том, что молодому Уитни сегодня предстоит бой.