Анна Залевская – Охотница на Печати (страница 15)

— Ты тоже.

— Один из пальцев до сих пор не гнётся правильно. На правой руке. Это неудобно.

— Сожалею.

— Нет, не сожалеешь. — Он смотрел на неё без улыбки. — Но это ладно. Я не за этим. — Его взгляд сдвинулся на Кэйна: оценивающий, быстрый, профессиональный. — Это тот, за кем охотится пол-Пояса.

— Это мой партнёр, — сказала Рейн.

— Интересно. — Тавр снова посмотрел на неё. — Я слышал, что контракт на него пришёл через серые каналы. Серая бумага, чёрный воск.

— Откуда ты знаешь про серую бумагу.

— Потому что я тоже получил такой конверт.

Тишина в проходе стала плотной.

Рейн не двигалась. Кэйн рядом тоже замер.

— Когда? — спросила она.

— Три дня назад. — Тавр достал из куртки конверт: точно такой же, серая бумага, чёрный воск, вмятина вместо герба. — Я его не открывал.

— Почему?

— Потому что за день до этого видел, как забирают человека, который открыл такой же. Двое. Меченые, судя по всему. Быстро, чисто, без шума.

— Первый и Второй, — сказал Кэйн тихо.

Тавр посмотрел на него.

— Ты знаешь, кто они?

— Знаю, как их называют.

— Тогда ты понимаешь, почему я не открывал конверт. — Тавр перевёл взгляд на Рейн. — Я искал тебя не потому что хочу свести счёты. Два года — достаточный срок, чтобы понять, что то задание стоило того, чтобы с него уйти. Я просто не понял этого вовремя. Я ищу тебя потому что ты единственный охотник в трёх Поясах, которому пришёл такой же конверт и который ходит по рынку без страха. Это значит, что ты знаешь что-то, чего я не знаю.

Рейн смотрела на него.

Она умела читать людей. Тавр сейчас не врал. Он был напуган, не открыто, не по-детски, а тем специфическим страхом взрослого человека, который понял, что вступил во что-то значительно большее, чем рассчитывал.

— Ты Меченый? — спросила она.

— Нет.

— Тогда отдай конверт. И уходи из Третьего Пояса. Сегодня, не завтра.

— И всё?

— И не берись больше за контракты без герба, — добавил Кэйн. — Ни за какие. Даже если сумма выглядит разумной.

Тавр смотрел на него. Потом на Рейн.

— Это настолько серьёзно.

— Это настолько серьёзно, — подтвердила она.

Он протянул конверт. Она взяла — лёгкий, почти пустой на ощупь. Убрала в куртку, не открывая.

— Куда мне идти, — сказал Тавр. Не вопрос — просто слова вслух, как будто он думал.

— Куда угодно, где нет патрулей Дома Надзора и серых конвертов. Седьмой Пояс, если хочешь исчезнуть. Внешние территории, если хочешь совсем.

— Внешние территории, — повторил он медленно.

— У тебя есть деньги?

— Немного.

— Хватит на дорогу. — Она смотрела на него. — Тавр. Один из пальцев — это моя ошибка. Не потому что я ушла с задания, а потому что не объяснила почему. Нужно было объяснить.

Он смотрел на неё долго.

— Объяснила бы сейчас. Раз уж.

— Человек, который дал нам тот контракт, собирал Меченых детей, — сказала она просто. — Когда я это выяснила — ушла.

Молчание.

Тавр опустил взгляд на свою правую руку. На палец, который не гнулся правильно.

— Я не знал, — сказал он.

— Знаю.

— Я бы тоже ушёл.

— Знаю, — повторила она. — Поэтому говорю сейчас.

Он кивнул — коротко, без слов. Потом посмотрел ещё раз на Кэйна, на неё, на переулок за их спинами. Что-то решил.

— Удачи, — сказал он.

— И тебе.

Он ушёл.

Рейн смотрела ему вслед несколько секунд, потом обернулась. Кэйн стоял и смотрел на неё с тем выражением, которое она начинала узнавать: внимательное, без вопросов, но с чем-то живым под поверхностью.

— Что, — сказала она.

— Ничего, — сказал он.

— Ты смотришь.

— Я всегда смотрю.

Это была правда, и она это знала, и почему-то прямо сейчас это было сложнее игнорировать, чем обычно. Может быть потому, что они стояли в узком проходе и расстояние между ними было меньше, чем она привыкла держать. Может быть, по другой причине, которую она предпочитала не формулировать.

Она открыла рот, чтобы ответить и почувствовала это.

Резко, без предупреждения: сигнал вдоль позвоночника. Не фоновый, не слабый. Сильный, направленный, с характером, который она умела различать. Меченый, использующий силу активно, прямо сейчас, недалеко.

— Стоп, — сказала она.

Кэйн замер.

— Меченый. — Она закрыла глаза на секунду, определяя направление. — Сильный. Активное использование. Пауза. — Два источника.

— Где?

— Рынок. Западная сторона — там, откуда мы пришли.

— Первый и Второй, — сказал он тихо.

— Не знаю. Не чувствовала их раньше, не с чем сравнивать. Но активное использование на рынке — это не регистрация и не случайность.

Кэйн посмотрел назад — на проход, на проём, через который был виден краешек рынка.