Анна Волкова – Хэллоу, Энни (страница 1)
Анна Волкова
Хэллоу, Энни
Глава 1. Платье, которое нельзя снять
Вечером город казался Энни (конечно, по паспорту - Анна, но для друзей - Энни, просто Энни) слишком обычным для той ночи, которую она так долго ждала. За окном медленно сгущались сумерки, отражаясь в стекле тёплыми пятнами чужих окон, автомобильными фарами и редкими вывесками, уже украшенными оранжевыми тыквами. Хэллоуин постепенно захватывал улицы, хотя большинство людей относились к нему всего лишь как к удобному поводу нарядиться, выпить лишнего и сделать несколько фотографий для социальных сетей.
Энни тоже собиралась стать частью этой привычной игры, только для неё сегодняшний вечер почему-то казался гораздо важнее остальных.
Она стояла перед зеркалом и двумя руками придерживала чёрное платье на талии, пытаясь понять, действительно ли выглядит так смело, как ей хотелось бы выглядеть. Тёмно-русые волосы рассыпались по плечам, мягко обрамляя лицо, а светлая кожа особенно заметно выделялась на фоне почти угольной ткани. Платье подчёркивало стройную фигуру и оставляло достаточно открытой линии плеч, чтобы наряд казался вызывающим, хотя в нём всё ещё оставалось что-то старомодное и неожиданно изящное.
Именно поэтому Энни и купила его несколько дней назад на блошином рынке.
Она до сих пор не могла объяснить, почему остановилась возле того самого прилавка. Среди старых пальто, потемневших от времени рамок, фарфоровых статуэток и совершенно бесполезных вещей платье выглядело так, будто его случайно вынесли из другой эпохи. Чёрная ткань сохранила глубокий матовый блеск, подкладка почти не пахла временем, а единственной странной деталью оставалась застёжка возле горла.
На золотом металле был выгравирован небольшой знак, похожий одновременно на полумесяц, зеркальное отражение и неизвестную букву. Энни тогда провела по нему ногтем и почувствовала лёгкое покалывание в подушечке пальца. Она решила, что металл просто оказался холоднее ткани.
Теперь этот знак снова привлекал её внимание.
— Хэллоу, Энни! Ты действительно собираешься выйти в таком виде, когда остальные будут в пластиковых масках и дешёвых костюмах? — спросила подруга (да, просто подруга, потомучто друзья с именами будут совсем в другом мире) из дверного проёма, после чего с откровенным удовольствием оглядела платье целиком.
Энни улыбнулась своему отражению и осторожно поправила тонкую прядь волос возле виска. Ей хотелось ответить уверенно, однако привычное сомнение уже успело подняться где-то под рёбрами и неприятно напомнить о себе.
— Салют! Именно поэтому я и собираюсь его надеть, потому что сегодня мне хочется хотя бы один вечер выглядеть так дерзко.
Подруга подошла ближе и внимательно рассмотрела золотую застёжку. Её пальцы замерли совсем рядом с необычным символом, но касаться металла она почему-то не стала.
— Эта штука выглядит очень старой, хотя само платье почти невозможно принять за настоящий винтаж.
— Продавец уверял, что застёжка старше всего остального наряда, хотя выглядел он при этом настолько серьёзно, будто продавал мне не платье, а семейную реликвию.
Энни снова взглянула на себя и едва заметно выдохнула. Она знала, зачем ей нужен этот вечер. Ей хотелось увидеть одного человека.
Не просто увидеть, конечно, а добиться того самого взгляда, который слишком долго существовал только в её воображении. Ей хотелось, чтобы он заметил платье, улыбнулся ей немного дольше обычного и наконец понял то, что сама Энни уже несколько месяцев не решалась произнести вслух. Она хотела быть выбранной, не находя пока подходящего объяснения.
Мысль оказалась настолько простой, что от неё стало почти неловко. В двадцать с небольшим лет можно было придумать себе куда более достойную цель, чем желание понравиться одному парню на вечеринке. Энни прекрасно понимала это, однако понимание не делало её желание менее настоящим.
Она слишком часто замечала, как он легко разговаривает с другими девушками, как смеётся над их шутками и как совершенно естественно оказывается в центре любой компании. Рядом с ним Энни почему-то всегда становилась осторожнее, тише и гораздо внимательнее к каждому своему жесту. Сегодня она решила попробовать иначе.
Сегодня она хотела хотя бы немного перестать бояться собственного желания.
— Если он сегодня тебя не заметит, значит, он слепой, — произнесла подруга, поправляя край платья на её плече.
Энни рассмеялась, хотя внутри от этих слов стало тревожнее.
— Если он сегодня меня заметит, мне всё равно придётся сделать вид, что я совершенно спокойно к этому отношусь.
— Тогда потренируйся сейчас, потому что лицо у тебя слишком честное.
Энни подняла брови и попыталась изобразить безразличие. Получилось настолько неубедительно, что обе рассмеялись.
Через сорок минут она уже сидела в машине, наблюдая за тем, как город постепенно меняет привычное лицо. На перекрёстках мелькали люди в масках, возле баров собирались компании в костюмах ведьм и вампиров, а витрины отражали сотни маленьких оранжевых огней. Где-то неподалёку уже играла музыка, и редкие порывы ветра шевелили бумажные гирлянды над улицами.
Энни положила ладонь на колено и почти машинально провела пальцами по краю платья. Золотая застёжка оказалась тёплой, оставляя после себя тревожное ощущение. Она нахмурилась и убрала руку.
Через несколько секунд снова коснулась металла. Теперь он был совершенно обычным.
— Нервы, — тихо произнесла Энни самой себе, потому что другого объяснения у неё не нашлось.
Машина остановилась возле старого здания, где проходила вечеринка. Из открытых дверей доносилась музыка, смешанная с громким смехом и запахом дыма от уличных машинок с эффектами. На стенах висели искусственные паутины, над входом покачивались пластиковые тыквы, а возле лестницы кто-то установил огромную фигуру скелета, который периодически начинал двигать челюстью.
Энни вышла из машины и почувствовала, как холодный воздух коснулся открытых плеч. На секунду ей захотелось вернуться домой.
Не потому, что вечеринка пугала её, а потому, что теперь отступление означало бы признать собственный страх. Она поправила волосы, расправила плечи и поднялась по ступеням, стараясь идти так, будто совершенно точно знала, зачем пришла. Внутри оказалось жарко, и от этого напряжение только усилилось.
Музыка заполняла пространство почти целиком, разноцветные лампы скользили по стенам, а люди перемещались между комнатами плотными группами. Кто-то уже танцевал, кто-то спорил возле барной стойки, кто-то снимал происходящее на телефон. Энни медленно огляделась, чувствуя, как внутри нарастает тревога.
Она увидела знакомые лица, несколько совершенно незнакомых компаний и десятки костюмов, среди которых её чёрное платье неожиданно выделялось своей настоящей, почти взрослой красотой. Потом она увидела его, словно пространство ждало следующего шага.
Парень стоял у дальней стены рядом с несколькими друзьями и держал в руке пластиковый стакан. Он смеялся, слушая кого-то из компании, и выглядел именно так, как Энни представляла его последние несколько дней. Её сердце неприятно ускорилось, и вопрос пока остался без ответа.
Она уже хотела сделать шаг вперёд, когда заметила рядом с ним девушку. Не случайную знакомую, а словно ЕГО девушку.
Энни остановилась настолько резко, что едва не столкнулась с проходившим мимо человеком в маске скелета. Она отступила к стене, стараясь сохранить на лице спокойное выражение, хотя внутри всё мгновенно стало каким-то пустым и слишком холодным. Девушка держалась рядом с ним совершенно естественно.
Она не выглядела соперницей, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Не старалась привлечь внимание, а совсем другой образ. Не бросала в сторону Энни победных взглядов.
Она просто была рядом с человеком, который нравился Энни. И именно это оказалось больнее всего. Энни отвела взгляд и медленно выдохнула.
Несколько месяцев она умудрялась существовать внутри маленькой иллюзии, где достаточно было однажды подобрать правильную одежду, правильные слова и правильное выражение лица, чтобы всё наконец сложилось. Теперь эта иллюзия рассыпалась без всякой драмы. Никто даже не сделал ничего плохого.
И всё равно ей хотелось исчезнуть. Она подошла к барной стойке и заказала напиток, после чего устроилась на высоком стуле, стараясь смотреть куда угодно, только не туда, где стоял он.
— Ты сегодня выглядишь так, будто собираешься разбить кому-то сердце, — заметил знакомый голос рядом.
Энни повернула голову и увидела одного из гостей, которого помнила по прошлой вечеринке. Она улыбнулась и подняла стакан.
— Возможно, сегодня я собираюсь впервые не позволить разбить собственное.
Фраза прозвучала увереннее, чем она себя чувствовала. Парень улыбнулся, однако разговор быстро перешёл на другую тему. Энни поддержала его, пошутила несколько раз и даже позволила себе немного расслабиться.
Постепенно музыка перестала казаться слишком громкой. Люди перестали казаться слишком красивыми. Даже присутствие того самого парня перестало ощущаться как центр всей комнаты.
Энни поймала себя на неожиданной мысли: возможно, она действительно способна провести этот вечер иначе. Она подняла стакан к губам, но прежде чем сделать глоток, снова почувствовала тепло возле горла. Золотая застёжка нагревалась, не позволяя никому расслабиться.