Анна Владимирова – Мой бывший - отец-одиночка (страница 41)

От меня не укрылось, как болезненно поморщилась Рокс при моих словах.

- Рада слышать, - улыбнулась Оксана. - И, Андрей, очень хотела бы тебя попросить сопровождать меня завтра в поездке в Министерство, - добавила она неожиданно.

- Ты уверена, что я там нужен? - настороженно спросил я.

- Да, нужен. Мне прежде всего.

- Ладно, - кивнул я. - Мне официально одеться или…

- Совершенно свободно. Роксана, а ты можешь пройти к Георгию, он подготовит расторжение твоего трудового договора, - обратилась Оксана холодно к Рокс, но это последнее, что я услышал, направившись из кабинета.

Возникло странное предчувствие, в котором ясно читалось сожаление о потраченных нервах, времени и силах на то, что всего этого не стоило. Роксана больше не беспокоила. Я даже не был уверен, что она найдет в себе силы прибежать ко мне, когда Гера предъявит ей обвинение завтра. Можно было бы, наверное, попробовать поговорить с ней ещё раз, но я слишком хорошо ее знал… Она тонет. Не справляется. Но никогда не признается в этом.

Когда я вернулся в палату, обнаружил и там небольшое заседание, но на этот раз все присутствующие радовали. Отец с мамой сидели на моей кушетке и вовсе не удивили своим появлением, а вот визит Севера застал меня врасплох.

- Какие нелюди, - улыбнулся я, пожимая ему руку. - Какими судьбами?

- Вообще-то, у тебя сын после операции, и я хотел узнать, как ты, - улыбнулся он. - И поддержать.

- Спасибо, - искренне поблагодарил я.

Понятно, что они все пришли вернуть меня в семью, считая, что теперь мне не отвертеться - Мила теперь со мной, семья у меня полноценная, повода увиливать и сторониться остальных будто бы не стало.

Мила робко улыбнулась, а я направился к ней и присел в ее ногах, заглядывая в ее лицо. Мало ли - столько оборотней на один квадратный метр разом могли ее обескуражить. Но и она за меня тревожилась.

- Всё нормально? - тихо спросила, беря меня за руку.

- Даже лучше, - заверил ее я.

- Твои родители говорят, что у них тоже есть новости по этому делу, - вдруг сообщила она, и я перевел взгляд на семью.

- Мы немного взбаламутили воду, - усмехнулась мама довольно.

- Сейчас у нас больше двухсот претензий от врачей-кардиологов по поводу обвинений Министерства в твой адрес, - объяснил отец. - Завтра они поступят в приемную Министерства.

- Нам удалось подключить и зарубежных коллег, - добавил Север, - потому что эта история возмутила всех и потрясла каждого хирурга…

Я перевел взгляд на Милу. Ее взгляд блестел восхищением и радостью. А вот сам я испытывал сложные эмоции.

- Спасибо за поддержку, - искренне поблагодарил я, - думаю, это сыграет немалую роль в борьбе клиники за патенты и справедливость.

- Думаю, это разнесет вообще завтра отделение кардиологии в Министерстве, - поправил меня с усмешкой отец.

- Думаю, ты прав. Завтра у нас у всех будет нелегкий день.

61

Было уже около десяти вечера, когда ко мне зашла Лена и сообщила, что Князев закончил с работой и обещал скоро прийти.

«Ты где?» - отправила я ему сообщение.

«В душ быстро забегу и вернусь. Всё нормально? Лена должна была забрать результаты вечерних анализов Димы».

«Всё нормально, анализами она довольна», - ответила я и подняла взгляд на Лену. Она как раз готовила аппарат УЗИ.

- Я пока взгляну, как идет регенерация, - начала она вкрадчиво, - а ты можешь куда-нибудь сбегать, если тебе нужно…

И она бросила на меня многозначительный ехидный взгляд. Я хотела было уточнить, куда мне может быть нужно, но прикусила язык и смущенно усмехнулась.

- Хорошо, спасибо, Лен, - покладисто кивнула и направилась к выходу, бросив взгляд на сына.

- Не за что, - ответила она не глядя и добавила довольно: - Счастливый босс - счастливые подчиненные…

В офисе Андрея стояла тишина, поэтому звук льющейся воды было слышно от порога. Я закрыла двери на ключ и прокралась в душевую, смущенно кусая губы. Если первый раз у меня на адреналине не возникло никаких сомнений, то теперь я чувствовала себя так, будто я - ординатор-первогодка, которая решила предложить себя главному хирургу. Когда Князев заметил меня у стенки душевой, у меня задрожали ноги от его взгляда.

- Вот как? - оскалился он плотоядно, выключив воду.

- Я.… я подумала, что… тебе будет тяжело, если мы не…

- А ты хорошо изучила матчасть, - заметил он благосклонно и склонил голову на бок, - нет, я не откажусь от тебя, если ты на это рассчитываешь.

- Не рассчитываю. Я хочу… - И я храбро потянула с себя кофту. - Не смотри так. Я знаю, что веду себя глупо…

- Почему же, очень мудро, - наблюдал он за мной исподлобья.

- Это не я, - пробурчала я. - Лена меня отправила.

- Тебя окружают мудрые друзья… - констатировал он с улыбкой.

- Ой, замолчи, - проворчала я.

И на этом он сгреб меня прямо в белье и утянул меня в душ.

- Ну, что ты делаешь? - попыталась оплакать я намокшие трусики, но вскоре стало понятно, что это была не самая горькая их участь, когда Андрей просто порвал их.

- Черт, - хрипло выругался, разворачивая меня лицом в стенку.

Окруженная зловещим шелестом воды, я не имела возможности видеть и слышать, и это ни с чем не сравнить. Я вжалась лбом и ладонями в кафель, замирая на пару секунд, которые мне дал Андрей. А потом по груди скользнула его ладонь, пальцы обхватили шею, и я запрокинула голову, чувствуя себя так, будто срываюсь в дождь с отвесной скалы…

По лицу лупят капли, а в груди - отголоски звериного рычания Князева. Он прижимает меня к себе, и я чувствую его член между ног. Один вдох, и он толкается в меня, а я задерживаю дыхание и выгибаюсь, стараясь удержаться, но лишь хватаюсь за его запястья. А он снова толкает меня в стенку, вжимаясь в меня до упора, и с губ слетает стон, который сразу же тонет в шелесте воды… Но уже через минуту я кричу так, что это шелест душа захлебывается звуками нашего секса. А когда Князев впивается зубами мне в шею, перестаю слышать и видеть вовсе…

Из душа он вынес меня на руках и поставил на коврик.

- А что бы было, если бы ты проголодался? - хрипло прошептала я, безучастно глядя на то, как он достает полотенце из шкафа.

- Я и проголодался…

- У тебя была Роксана, - брякнула я.

- Была, - хмуро кивнул он, принимаясь меня вытирать. - Ты же учила матчасть…

- Учила, - смущенно согласилась я.

- Ну, так что ж спрашиваешь? - И он посмотрел на меня через зеркало глазами, в которых отчетливо бликовало желтым. - Это тоже учила?

- Учила, - хрипло отозвалась я.

- Ты - моя женщина, которую я выбрал, - беспощадно припечатал он. - Никто не утолит моего голода, когда есть ты…

Я замерла, растерянно моргая, а Князев усмехнулся:

- Так лучше.

- Уверен? Теперь я буду ходить по отделению без трусов…

Ну, даже если бы я не подчеркнула этот плачевный факт, он бы все равно о нем вспомнил рано или поздно. Мрачно проследив за тем, как я натягиваю спортивные штаны на голое тело, он напряженно вздохнул:

- Мда, трусы придется заказывать в срочной доставке…

Я прыснула.

Ночь прошла спокойно. По УЗИ Дима достаточно быстро регенерировал, и утром Андрей принял решение выводить его из медикаментозного сна. Сначала сын долго не приходил в себя, и это снова непривычно парализовало, но, когда он открыл глаза, сразу протянул ко мне руки и повис на мне как обезьянка. Да я бы и сама вряд ли смогла выпустить его из рук. Андрею пришлось кормить меня с ложки, потому что, стоило мне положить Диму просто для обследования, он начинал кукситься и плакать. И я ходила по палате туда-сюда, напевала ему песенки, читала стишки, гладила по спинке и прижимала к себе часами напролет без устали. Правда, дергалась на любой нехарактерный звук и начинала неистово паниковать.

- Первые сутки будут самыми сложными, - успокаивал Андрей. - Он стабилен, не беспокойся.

Когда пришло время ему уехать в Министерство, я распереживалась снова. Из головы не шли мысли, что с Димой может что-то случиться в отсутствии Андрея.

- Ты - настоящая мама, - улыбалась Лена, встряхивая пробирку с очередными анализами Димы.