Анна Владимирова – Мой бывший - отец-одиночка (страница 25)

- А когда он попал в аварию? - решила поинтересоваться я. Но, на ее вопросительный взгляд, поспешно уточнила: - Андрей не говорит мне, откуда у него инвалидность. Сказал только, что попал в аварию…

- А… - протянула она растерянно, - где-то… в то же самое время, когда перестал ездить к тебе в реабилитационный. Я уже плохо помню.

- Я думала, что у оборотней практически стопроцентная регенерация.

Лара будто еле заметно нервничала. Но я списала это на то, что ей больно вспоминать то время.

- Он получил очень сложный перелом, - наконец, кивнула она. - Так редко бывает, но, к сожалению, так сложилось. Ему было все равно на свое состояние тогда…

Я насторожилась.

- Может, вы думаете, что я использую… - начала было я. - Нет, не подумайте, я… Андрей сказал, что мы все решим, и я заберу заявление…

- Нет, что ты, - растерянно усмехнулась она.

- Вы встали на мою сторону, и я, наконец, хотела бы вас поблагодарить…

Она посмотрела на меня с сочувствием.

- Я искренне считаю, что вы оба нужны Диме. И что Дима нужен вам обоим точно также. Поэтому, тебе не за что меня благодарить.

- Сочувствую вам… - прошептала я. - Что вам пришлось так переживать за Андрея.

- А вот это принимаю, - улыбнулась она. - Ты устала? Может, вам постелить в спальне?

Тут у нее завибрировал мобильный и она, извинившись, вышла, а я осталась с Димой и улыбнулась, глядя в личико сына. Как я без него жила все это время? Не верилось, что я, наконец, держу его в руках. Я принялась легко покачивать его, чувствуя, как наступает полное спокойствие в душе. Где-то на заднем фоне я переживала за пациента Андрея, но не сомневалась, что Князев сделает все возможное. А мое место сейчас здесь - он прав.

- Мила, - позвала меня тихо Лара, заглянув в комнату, - сейчас к нам поднимется Ярослав, отец Андрея. Ты не будешь против?

- Конечно, нет.

- Славно. Но, может, хочешь остаться все же с Димой вдвоем? А мы побудем с вами здесь, да?

- Ладно.

Лара отвела нас в спальню. Дима, проснувшись, схватился за меня обеими руками, но, когда понял, что я рядом - снова прикрыл глаза и уснул.

- Располагайся, - прошептала Лара, откидывая одеяло на большой двуспальной кровати, и я сжалась внутри.

Это комната Андрея и…. Роксаны? Я поежилась и прижала к себе Диму крепче. Лара приняла мои действия по-своему:

- Замерзла? - обеспокоилась она.

- Нет-нет, просто… столько всего, - смущенно улыбнулась я.

Да какая разница, чья это кровать! Сегодня для меня уже ничего не важно.

- Отдыхайте, - прошептала Лара. - Если что-то нужно…

- Ничего не нужно, спасибо вам большое.

Она улыбнулась мне и вышла, прикрыв за собой двери, а я опустилась на кровать и устроилась спиной на подушке, погружаясь в абсолютную тишину. Нет. Мы с Князевым ничего не сделали сегодня проще. Наоборот, кажется. Мне не нравилось, насколько я теперь завишу от его решения. Он сказал мне остаться, и я осталась.

А если завтра он скажет мне уйти?.. Ведь у него есть Роксана…

Но, все завтра…

Я вздохнула, прижала к себе Диму и прикрыла глаза.

39

- Время смерти - четыре часа семнадцать минут утра, - глухо произнесла Лена. - Андрей Ярославович…

Я прикрыл глаза и отшатнулся от операционного стола, потому что иначе отойти не было сил. Монитор верещал на одной обвиняющей ноте, но виноватых здесь не было.

- Вы все сделали, что могли, - хрипло выдавил я и обратился к ассистентке: - Лена, закрывай полость.

Она коротко кивнула и взялась зашивать, а я направился из операционной, тяжело ступая на больную ногу. Меня будто парализовало. Хотелось просто уставиться в стенку, чтобы принять свершившееся - я потерял Кирилла. У меня не было ни единого шанса его спасти уже в тот момент, когда впервые увидел его карту. Слишком поздно. Я даже не забрал у него последние дни - он умер именно тогда, когда болезнь повредила сердце полностью.

Если бы они пришли ко мне раньше…

Когда началось удаление пораженного клапана, произошло то, чего боялись все: при прикосновении инструментов массивная вегетация полностью оторвалась и, прежде чем ее успели поймать, устремилась в отток из правого желудочка. Сорок минут я, как одержимый, пытался найти и удалить эмболы из легочной артерии и ее ветвей. Но они были повсюду - инфекционные массы распространялись по мельчайшим сосудам, вызывая микроэмболии, которые невозможно было контролировать…

- Андрей Ярославович, - тихо позвал меня Виталий, и я отмер и закрыл воду в раковине. - Мне сообщить матери?

- Я сам…

Но говорить и не пришлось. Я только вышел в зал ожидания, и мать, завидев меня, сползла по стенке, широко раскрыв глаза и тяжело хватая воздух. К ней сразу же бросился медперсонал, а я опустился на диван, наблюдая за происходящим. Нужно было убедиться, что ее стабилизируют.

Да, говорить тут было нечего…

Когда дежурный кардиолог кивнул мне из ближайшей палаты, я тяжело поднялся и из последних сил направился в душевую. Время - пять утра тридцать минут. Шелест воды и белая стенка, наконец, оказались в моем распоряжении. И, казалось, эта тяжесть потери должна была вот-вот меня раздавить, но тут я подумал о Миле. Она сейчас должна спать у меня в кровати вместе с нашим сыном. И, стоило представить это, я смог сделать глубокий вдох. Да, я всё ещё пялился в стенку душевой, но в руки вернулась сила, и я потянулся за мочалкой.

Приведя себя в порядок, я добрался до кабинета и опустился на диван.

«Как вы там?» - оправил я сообщение матери и прикрыл глаза.

Но она ответила тут же. И так неожиданно, что я машинально вернулся в вертикальное положение и уставился в экран мобильного. Мама прислала мне фото из моей спальни. Мила спала на боку, обняв Диму, раскидавшегося рядом.

«Молодцы», - кое-как набрал я ответ, но мне тут же пришлось ответит на входящий звонок.

- Что там у тебя? - спросила мама тихо.

- Ничего хорошего, - ответил я. - Папа с тобой?

- Спит. Что с пациентом?

- Он умер.

- Что случилось?

- Слишком поздно попал ко мне. Не переживай, я себя не виню - нет ни единого шанса для этого…

- Это хорошо. Ты приедешь домой?

- Нет. У пациента осталась мать, и она в очень плохом состоянии. Хочу убедиться, что она сможет преодолеть потерю сына. Ты сможешь побыть с Милой? - смущенно добавил я.

- Смогу.

- Спасибо.

- Держись.

Легкий стук в открытые двери не застал врасплох.

- Я хотела сказать, что все закончила, - сообщила Лена от дверей.

- Ты отлично справилась. Без нареканий, - кивнул я ей. - Езжай домой и отдохни. Сегодня у тебя отгул.

- Я знаю, что вы не успели поговорить с матерью Кирилла…

- Не успел.

- Позволите мне попробовать?

- Конечно, если хочешь.

Она молча кивнула и ушла, а я открыл присланное матерью фото снова и принялся пялиться на него, не замечая, что необходимость в белой стенке отпала. Уже через несколько минут я почти пришел в себя. По крайней мере, мог заняться делами, а не прокручивать ход операции в голове бесконечно. В этом не было смысла. Даже я не смог бы…