Анна Варшевская – Так точно, товарищ полковник, или влюблённая поневоле (страница 29)
Если у вас есть все данные, что ж ты, стерва, сидишь тут у меня уже полчаса?!
— Но, надеюсь, в случае чего вы проявите коллегиальность, — многозначительно улыбается. — Разумеется, нам будет достаточно самых общих сведений.
— Разумеется, — говорю сухо. — Моя… секретарь как раз занимается общим реестром сделок, она соберёт для вас всё необходимое.
— Прекрасно, — Инга снова улыбается. — Я рада, что мы поняли друг друга.
— Я тоже, — мой тон не слишком-то вежливый, но и хрен с ним. — Теперь, если позволите, у меня ещё дела, поэтому…
Встаю, показывая, что разговор закончен.
— Конечно, — она тоже поднимается.
Провожаю её к выходу, а там…
Там, дьявол побери, Алина. Смеющаяся вместе с Максом!
У меня с трудом получается удержать себя в руках. От внезапного приступа ревности просто в глазах темнеет!
Не помню, что я говорю Инге на прощание. Но, кажется, прошу Максима проводить гостью. А сам, стоит им выйти из приёмной, рывком затаскиваю Алину к себе в кабинет, захлопываю дверь, прижимаю её к стене. И только тут замечаю, что из глаз малышки тоже летят молнии.
— Ну?! — она начинает первая, да таким боевым тоном, что я слегка теряюсь, правда, тут же прихожу в себя.
— Баранки гну!!! Какого хрена, о чём вы с Максом так мило ворковали?!
— Аналогичный вопрос, товарищ полковник! — Алина упирает руки в бока. — Почему эта швабра гладила тебя по плечу?!
Алина
— По какому ещё… — Полкан сжимает мои плечи сильнее.
— По такому! Часть тела такая, неужели не знаешь? — дёргаюсь, пытаясь вырваться.
— С ума не сходи! — рявкает он прямо мне в лицо. — Я этого даже не заметил. А вот твои хиханьки и хаханьки — видел прекрасно!
— А что мне теперь, уже и над шуткой посмеяться нельзя?! — сдуваю с лица прядь волос. — У Макса с чувством юмора всё в порядке!
— Хочешь сказать, у меня с ним что-то не так?!
— Это ты сказал, а не я! — делаю ещё одну попытку освободиться, но фиг там, у него же силища немеряная.
— Из тебя получится отличный юрист, — цедит вдруг Полкан сквозь зубы. — Выкручиваешься как угорь.
— Да, оппоненту тоже было бы неплохо включать мозги, а не только использовать грубую физическую силу, — запыхавшись, обмякаю в его руках.
А он берёт и… целует меня!
Набрасывается так, что мы практически сталкиваемся зубами — потому что я отвечаю на поцелуй с такой же яростью.
— Как тебе… такая сила, м-м? — выдавливает из себя в перерывах, когда мы отрываемся друг от друга, чтобы глотнуть воздуха. — А ну иди сюда!
— Дверь… — у меня вырывается стон. — Дверь закрой…
Слава богу, изнутри она закрывается на простую защёлку. Искать ключ у нас точно не хватило бы терпения.
Полкан подхватывает меня под бёдра, делает несколько шагов вперёд, к столу, опускает и разворачивает к себе спиной. Я, ничего не соображая, упираюсь одной ладонью в гладкую поверхность, завожу вторую назад и поглаживаю его по животу, спускаюсь ниже… Руку тут же перехватывают.
— Нет! — он заставляет опереться о стол двумя ладонями, наматывает на кулак мои распущенные волосы, прогибая меня в пояснице.
— Ты и представить себе не можешь, как я об этом мечтал! — хриплый шёпот пускает мурашки по всему телу.
Вторая рука уже пробирается под платье, тянет за бельё, спуская его вниз, к коленям. Обнажённой кожей я чувствую холодный металл пряжки ремня, которую торопливо расстёгивают, и ахаю от резкого толчка.
Выгибаюсь сильнее, прижимаясь к нему, и слышу сдавленный стон. Он заполняет меня сразу, полностью, и не останавливается — такое ощущение, что и не в состоянии это сделать. А я схожу с ума от его надсадного дыхания, от резких, сильных движений, от того, что он явно полностью потерял над собой контроль.
Его рука, поддерживающая меня под живот, спускается чуть ниже, поглаживает, заставляя то ли застонать, то ли заскулить. Мне так хорошо, что я уже не в состоянии сдерживаться.
— Малышка… моя, — движения становятся ещё быстрее, — маленькая моя… девочка… любимая!
Последнее слово становится и последней каплей. Я утыкаюсь лицом в свою руку, прикусываю костяшки пальцев, чтобы не закричать, а Полкан глушит рык, прижавшись к моей шее под волосами.
Какое-то время мы так и стоим, не шевелясь и тяжело дыша. Затем мужчина медленно приподнимается, отпускает мои волосы, которые продолжал держать намотанными на ладонь. Целует меня в основание шеи, заставляя снова покрыться мурашками.
— Утро началось… весьма активно, — бормочет мне в спину, и я слабо фыркаю.
— Не то слово, — отлипаю от стола, и Полкан помогает мне подняться.
— Милая, подожди секунду, — он придерживает мою юбку, не давая опустить до конца. Дотягивается до салфеток, стоящих в центре стола совещаний вместе с несколькими бутылками воды.
— Что? — изворачиваюсь, чтобы посмотреть, но тут же понимаю, о чём он, и краснею.
Полкан осторожно стирает с моей кожи беловатые потёки.
— Вот уж не думал, что ты смутишься, — кидает на меня иронический взгляд, заставляя покраснеть ещё сильнее, но тут же становится серьёзным. — Малышка, прости, мы… поторопились без защиты, но я успел…
— Я понимаю, — быстро киваю, не хочу, чтобы он говорил это вслух. — Не волнуйся, у меня сейчас безопасные дни.
Мужчина, помедлив, кивает в ответ, но глаза отводит.
— Эй, — наклоняюсь вперёд, чтобы поймать его взгляд. — Ты что?
— Я… извини, я не должен был, — он качает головой.
— Полкан, некоторые вообще предохраняются именно таким, хм, способом, — пожимаю плечами.
— Всё равно, это… эгоистично с моей стороны, — мужчина притягивает меня к себе, целует в висок. — Ты ещё слишком молода, чтобы…
— Так, давай закроем тему, — обхватываю его за шею. — Не вижу смысла сейчас говорить об этом. Будет повод — вернёмся к разговору.
Надеюсь, повода не будет. Хотя в памяти тут же всплывают слова сестры: «Дети не спрашивают, когда им появляться».
— Поговорим лучше о шутках и плечах, — смотрю на него укоризненно.
— Али-ина, — тянет Полкан слегка раздражённо, — ну только я успокоился, как ты опять…
— Ты не успокоился, ты скинул напряжение, — хмыкаю, бросая взгляд на стол. — А я не хочу скандалов всякий раз, как в мою сторону посмотрит представитель мужского пола.
Он глядит на меня мрачно.
— Ты не можешь отрицать, что вокруг огромное количество мужчин, — сдерживаю улыбку, стараясь быть серьёзной. — И у всех у них есть глаза!
— У некоторых даже на затылке, — бурчит недовольно, прижимая меня сильнее.
— Ну вот, — киваю, — но посмеяться над шуткой коллеги — это нормально! А вот вторжение в личное пространство, когда какая-то шв… коллега женского пола прижимается к тебе грудью и гладит тебя по руке — это ненормально! Надеюсь, с этим ты спорить не будешь?
— Не буду, — со вздохом соглашается Полкан. — И откуда ты только взялась такая умная на мою голову.
— Если хочешь дурочку, которая будет смотреть тебе в рот и соглашаться с каждым твоим словом — это не ко мне!
— Не нужна мне дурочка, — он ведёт губами по моему виску, прихватывает кончик уха, потом мочку, заставляя волоски на коже встать дыбом. — Мне ты нужна, — отстраняется, заправляет за ухо растрепавшуюся прядь. — Ты же переедешь ко мне?
— Мы вроде бы договаривались обсудить это после работы, — улыбаюсь ему. — А рабочий день ещё только начался. Про какую информацию спрашивала эта… Инга? Мне можно как-то помочь?
— На самом деле, я именно тебя и собирался просить о помощи, — Полкан кивает, и я выворачиваюсь из его рук, чтобы не отвлекаться. — Нужно отобрать договоры, которые мы заключали с клиентами о проверке застройщиков и агентов по недвижимости. Я тебе назову компании, у нас совершенно точно было несколько похожих обращений.
— Хорошо, — задумываюсь и вспоминаю: — А ведь я уже делала что-то похожее для Павла Сергеевича… Мы с Сашей отбирали какие-то договоры.
— Ну, тем более, значит, никаких сложностей не возникнет, — Полкан отходит к своему рабочему ноутбуку. — Отправлю тебе список на почту, сделаешь выжимку основной информации и копии документов. И, Алин, я дам тебе доступ к основной внутренней базе агентства, по каждому клиенту сделай, пожалуйста, пометку — были ли найдены какие-то нарушения или косяки у тех, кого мы проверяли.