Анна Томенчук – За грехи отцов (страница 26)

Года три назад Ангела пыталась добиться от Грина интервью, караулила его около участка, даже отправилась домой. Ей чуть не вынесли судебный запрет на приближение к детективу, но в итоге историю замяли. Сейчас же она писала для «Треверберг таймс», вела колонку на городском новостном сайте и, как выяснилось, стала ведущей рубрики на радио.

Дружила с его женой. Урсулла Лотти-Карлин работала на телевидении. Где-то как-то пересеклись. Мягко говоря, Марк удивился, когда через пару месяцев после свадьбы обнаружил у себя на кухне жену с ненавистной журналисткой. Они пили вино и обсуждали мужчин. При виде Карлина Ангела расцвела, видимо, надеялась на откровенный разговор по делу, которое они тогда расследовали. Конечно, разговора не случилось, но Марк уяснил, что теперь его дом – не совсем его дом. Теперь это семейный очаг, в котором могли завестись мыши.

Ехать домой не хотелось. Пробка обещала затянуться. Обычно он возвращался позднее, но сегодня после сумасшедшего вчерашнего дня он закончил все быстрее. Он искренне сомневался, продолжить ли вечер с Кейрой или отправиться наряду с тысячами других постоять под дождем. Но девушка замкнулась, а пробивать ее защиту он не хотел. Все должно происходить естественно или не происходить вовсе.

Карлин выкрутил приемник, прибавляя звук, и откинулся на спинку кресла, в очередной раз радуясь правильному выбору автомобиля. Кресла у «Ауди» были превосходные. Эргономичные. У него не болела спина. Он смог настроить сиденье так, что за рулем почти не напрягался. Больше отдыхал.

Дурацкая тревожная музыка возвестила о начале криминальной рубрики. Марк подумал, что, наверное, надо переключить станцию и вновь погрузиться в развлекательные передачи, но что-то его остановило. Какой-то профессиональный мазохизм. Продлить рабочий день любой ценой. У тебя нет выходных и свободного времени, права на сон и отдых, пока серийный убийца орудует в городе.

– Убийство-кошмар снова произошло в нашем любимом городе, дорогие слушатели. За последние двадцать лет полиция поймала более тридцати опасных маньяков, расследования по половине из которых тут же включили в учебную программу полицейской академии и всевозможные курсы повышения квалификации по подготовке специалистов по серийным убийцам. И вот опять. Инквизитор вышел на улицы города. С вами Ангела Сарс, и мы разберемся во всем, что известно широкой публике на данный момент. Итак, ранним утром третьего октября в Старом Треверберге в особняке, который давно пора отдать под музейные нужды, случайным образом было обнаружено два трупа. Молодую девушку привязали к столбу посреди костра инквизиции и сожгли. Мужчину поставили перед ней на колени, превратив его в священника. Расследование отдали любимчику публики детективу Акселю Грину. К сожалению, он снова отказался от интервью. Аксель, если ты меня слышишь, я готова на любое время и место, только намекни, и мы сделаем с тобой лучшее интервью, которое когда-либо слышали жители этого города! Полиция быстро собрала команду. Но в своих заботах совсем забыла объявить пресс-конференцию, поэтому все, что я буду говорить дальше, либо мои личные выводы, либо собранные по крупицам со всего города сведения.

– …Ты бы лучше подумала о том, что любое неосторожное слово может его спровоцировать, – процедил сквозь зубы Карлин. – А потом уже делала себе имя на чужой крови. Как будто нам нужна плетка для хорошей работы.

– Мы имеем дело с очередным психопатом, – с придыханием продолжила Ангела после короткой отбивки. – Он убивает женщин и мужчин, инсценирует картины из далекого и мрачного прошлого славной старушки Европы и напоминает нам, что за все следует расплата. Шлюха и священник? Ведьма и священник? Почему именно такая пара? Скорее всего, мы имеем дело с типичным униженным женщиной мужчиной. Хотя можно ли такого назвать мужчиной? Он слабак и ребенок. А еще он пиромант, раз сжигает трупы…

– Господи, какая чушь, – прошептал Карлин, перестраиваясь в левый ряд, где, кажется, поток сдвинулся с мертвой точки. Или это все магия пробок? Тебе кажется, что сосед едет быстрее, но стоит только перестроиться, и все встает колом. Ну откуда пробки вечером в этом чертовом городе? Как будто сюда переехала вся Европа. Да нет, весь мир!

– …И расчленяет мужчин. Мужчинам он завидует, а женщин ненавидит. Мы имеем дело с глубоко несчастным человеком. Для того чтобы разнообразить свою болтовню, я пригласила эксперта ФБР, агента Элиаса Джаррета. Элиас, добрый вечер. Или лучше сказать – утро?

– Привет, Ангела. У меня раннее утро, да. Что, Треверберг опять сотрясается под ударами серийного убийцы?

Карлин фыркнул и выключил радио. Он встречался с Элиасом, когда проходил стажировки в ФБР. Надменный и зависимый от славы тип. Он неплохо разбирался в основах профайлинга, но вместо участия в реальных расследованиях предпочитал преподавать и выступать на ток-шоу средней руки. Нельзя сказать, что Марку нравился этот агент. Почему-то мужчина подумал о том, что правильнее самому занять свободную нишу эксперта для СМИ в своем городе. Иначе недалекие журналисты продолжат промывать мозги публике с помощью таких же недалеких экспертов, и наложить истину на это искаженное восприятие станет практически невозможно.

Впереди замаячил неприметный поворот в сторону поселка, где располагался его особняк. Он недавно закончил глобальный ремонт, который затеял, узнав, что Урсулла беременна. Расширил особняк, обустроил детскую, сделал для жены кабинет и огромную гардеробную. Как она радовалась…

Машина стремительно понеслась по совершенно пустой, покрытой свежим асфальтом дороге. Ливень хлестал по крыше и лобовому стеклу, во все стороны разлетались холодные брызги. Обновленные фары прекрасно освещали дорогу и обочину. Он чувствовал себя в безопасности. Ему было так хорошо… Выжимая из машины максимум, Карлин добрался до забора своего участка. Запоздало он подумал о том, что надо было купить цветы или бутылку вина.

Ворота открылись. Карлин въехал во двор, нажал на кнопку на радиопульте управления, чтобы закрыть их, и заглушил двигатель. Неприятное ноющее чувство в груди вытесняло надежду на мирный вечер. Его брак уже не склеить. Он может сопротивляться до последнего, держась за привычные устои.

Любил ли он ее вообще?

А она его?

Выйдя из машины, он закрыл ее и бегом пронесся по двору. Оказавшись под козырьком большой террасы, Марк вздохнул. Вздохнул – и вошел в дом.

– Тише ты, – зашипела на него Урсулла раньше, чем он ее увидел, чем успел закрыть дверь. – Я его только уложила. Орал весь день. Чего ты так рано?

Марк замер на пороге, глядя на жену, которая сидела с модным журналом на диване. Идеальный макияж, прическа и вообще внешний вид резко контрастировали с голосом. Кажется, он стал жертвой общечеловеческих заблуждений: влюбился в образ и обертку и за ними не разглядел живого человека.

– И я тебя рад видеть, Улли, – негромко сказал он, снимая пальто и вешая его на плечики.

– Забрызгаешь всю прихожую – будешь убирать сам, я отпустила домработницу до следующей недели, не хочу никого видеть.

– Тебе тесно в доме на четыреста квадратов, Улли?

– Да, мне тесно, – невозмутимо подтвердила она. – И я не хочу видеть здесь посторонних людей. Я вообще хочу побыть одна.

– Можешь отправиться в свои комнаты и побыть одна там.

– Лучше ты иди в свой кабинет и занимайся работой. Ты же больше ни на что не способен.

Карлин инстинктивно прижал пальцы ко лбу, прикрыв глаза.

– Если ты забыла, это мой дом.

– Ах, простите, всесильный граф Карлин, уже ухожу.

Она соскочила с дивана и бросилась вверх по лестнице. Марк проводил ее недоуменным взглядом. Выждал несколько минут, поднялся в спальню, чтобы переодеться. Из комнаты жены доносились приглушенные звуки музыки. Йорн спал в своей спальне, смешно прижав игрушку к груди. Что из него вырастет при таком отношении к матери? Что он, Марк, мог с этим сделать? Если только сменить няню и переподписать контракт, по которому она будет проводить здесь больше времени. Пожалуй, этим надо заняться. Ребенку нужен контакт, ему нужно общение. С матерью, конечно, но если ее фактически нет, хорошая няня тоже сойдет. К тому же Урсулла отлучила Йорна от груди еще два месяца назад. Переодевшись, Карлин сделал то, что от себя не ожидал. Он пришел в комнату жены. Коротко постучал и шагнул внутрь.

Молодая женщина лежала на постели, лениво перелистывая страницы журнала. Рядом с ней стоял магнитофон. Она подняла на мужа очень красивые и очень холодные глаза.

– Марк, что?

– Я хочу поговорить.

– Мы снова говорим о твоих желаниях?

– Что происходит?

Она села на постели, сложив стройные ноги в позе лотоса. Прижала указательный палец к губам, имитируя задумчивость. Платиновые пряди украшали лицо с тонкими чертами. Но помимо нежности и сексуальности, которые пленили его при первой встрече, Марк различил в этом некогда родном лице черты жестокости, обиды и похотливого кокетства. Она походила на суккуба из детских сказок. Того и гляди откусит голову.

– Дай-ка подумать, – нараспев произнесла жена. – Я не вижу тебя почти год. Ты даже на роды не приехал, как будто специально выбрал стажировку в это время. А ведь я просила! Я мало о чем просила, но это было важно! Чтобы в момент рождения сына муж был рядом. Но нет. Работа важнее…