Анна Томченко – Развод. Цена свободы (страница 5)

Роман медленно встал и прошёл вдоль стола ко мне. Остановился на расстоянии вытянутой руки и, улыбнувшись, дотронулся до крайнего бутона, задевая кончиками пальцев лепестки, проведя ими по кругу, имитируя движение пальцев по клитору.

По потемневшему взгляду я поняла, что намёк расценила верно.

– Это всего лишь благодарность, – я как завороженная смотрела на то, как указательным пальцем Рома задел бутон, а потом сжал его.

Я вздрогнула. А к лицу прилила краска.

Я не была такой уж благочестивой, но сами движения, сама атмосфера и низкий голос, который шевелил самые грязные мыслишки, заставили резко вспомнить, что моя сексуальная жизнь в браке была недолговечной и не сильно качественной.

– Авокадо оказался шикарным, – сказал Роман и убрал руки от цветов, дотронулся снова до нижней губы. – Мякоть таяла в моих пальцах…

– Рада, – слегка запнувшись, призналась я.

– Поэтому я решил, что надо вас отблагодарить… – и снова закушенная губа. – Поэтому просто примите цветы…

– Спасибо, но от чужих людей не принимаю подарки.

Я даже руки спрятала за спиной.

– Я настаиваю…

Роман сделал шаг ко мне, и меня окунуло в облако его аромата, в котором сегодня я уловила отчётливую ноту цитрусовых и немного чего-то древесного.

– Нет, – сказала я и шагнула к двери.

– Хорошо, – резко согласился Роман и усмехнувшись, продолжил: – Значит, завтра будут ирисы… Или лучше орхидеи?

Я покачала головой, намекая, что никаких мне цветов не надо. Я вообще-то ещё не в разводе. Я вообще-то завязала с мужчинами. Но Роман тише на тон и с другой интонацией напомнил:

– Я все равно поймаю тебя.

– Попробуйте, – мягко улыбнулась я, стараясь не выкатить чего-нибудь хамского, и вышла из кабинета.

Весь рабочий день на меня косилась Света. Не знаю, чего она от меня ждала, истерики по разводу или подробностей разговора в кабинете Романа. Я сводила брови, хлопала глазами, но не интересовалась, какую сказку ей выдать.

В обед случился момент мужской жадности.

– На вашей карте недостаточно средств, – сказала девочка за кассой. Я помянула своего мужа самыми последними словами. Дело в том, что мои деньги в браке всегда были моими. А рассчитывалась я всегда демонстративно картами мужа, все покупки оплачивал Толя, и вот сейчас этот…

– Ты решил так поступить? – прошипела я в трубку, отойдя к окну кафе.

– Вернись домой, и я разблокирую все счета… – протянул Толик, усмехнувшись.

– Да я лучше на паперть пойду с протянутой рукой, чем вернусь к тебе, предатель, – выдала я и отключила вызов. Не то чтобы у меня не было денег, были. Просто неделю назад я отправила родителей на Кипр, пожить до нового года. А до этого три месяца назад закрыла рассрочку на родительскую квартиру. Ну как родительскую… Квартира моя, просто оформила на маму. И вот как бы на моей карте осталось не больше тридцати тысяч на ближайший месяц. И тут Толя такое выкатил.

Мерзкий.

Я сжала телефон в побелевших пальцах, развернулась к столикам и чуть не сбила Романа, который протягивал мне стаканчик кофе.

– Угощаю, – улыбнулся он и пригубил глоток из своего стаканчика. – Хотя тут отвратно готовят, может быть, поедем в ресторан?

– Ну, с баром не получилось, будем экспериментировать с рестораном? – уточнила саркастично я и взяла напиток. Был латте. С клубничным сиропом.

– Почему бы и нет? – Рома показал глазами на столик в углу. – Давно от меня не бегали…

– А я давно не сбегала, – припомнила свой последний побег перед замужеством и покачала головой. Все же многое во мне сломалось за время брака, и теперь прописная истина "Хочешь забыть хахаля – прыгни в руки к принцу" со мной не работала. Никуда не хотела прыгать. Хотела просто избавиться от своего мертвого изначального брака без любви, уважения и секса.

– Если не хочешь обедать со мной, может быть, ужин? При свечах с вином и инструментальной музыкой… – Рома отодвинул мне стул, а я поняла, что он, конечно, очень колоритный и прикольный мужчина, но явно не моего формата. И поэтому лучше бы сразу расставить все точки.

– Ужина не будет. Завтрака тем более. И вообще ничего… – я посмотрела в его глаза и на миг осоловела от вспышек недовольства в голубых озёрах души. – За кофе спасибо, но мне надо работать.

Я не стала ничего больше говорить, а просто вышла из кафе и вернулась на свой этаж к работе.

Ближе к вечеру моя вредная натура взбунтовалась и напомнила, что Толя меня так-то обидел. Я залезла в телефон. Собрала все дурацкие фотки мужа: в кугуруми панды, где Толя дурачился, танцуя танец маленьких утят, в маске водолаза возле детского бассейна у его друзей на даче, в трениках и рубашке в клетку, где муж изображал бизнесмена из девяностых. Все эти фотки выделила и разослала в чаты друзей, общедомовой и коттеджного посёлка. Сразу посыпались восторженные комментарии. Кто-то хвалил актёрский талант, кто-то просил стриптиз, ну а я гаденько ухмылялась. А потом приняла вызов.

– Ну ты и коза-а-а… – восторженно протянул Толик и бросил трубку. Я засмеялась и чуть не навернулась с кресла, однако хорошее настроение улетучилось, когда я подошла вечером на парковке к своей машине.

Щёлкнув сигналкой, я заметила приближающуюся тень. Я резко обернулась и увидела мужа, который шёл от своей машины ко мне. Я сузила глаза, хотя противная мысль, что мне лучше бы не идти на конфликт, все же родилась. Родилась и сдохла в муках.

– Даже не думай опять от меня сбежать, – произнёс Толя, а я как раз успела открыть дверь машины и прыгнуть в салон. Муж покачал головой. Я завела авто. Толя что-то крикнул и взмахнул рукой. Я вырулила влево и поехала вдоль ряда. Толя ускорился и побежал слева, крича мне что-то. Я вообще старалась не обращать на него внимания, вдруг ещё упущу выезжающую машину. Но в следующий момент Толя выскочил из-за внедорожника и бросился мне под колёса. Я по инерции ударила по тормозам, но было поздно.

Муж оказался у меня на капоте.

Глава 7

Я медленно подняла глаза.

Твою мать, Толя!

Как он вообще додумался броситься ко мне под колёса?

Я нервно дёрнулась к ремню безопасности. Он полоснул меня по шее, когда сворачивался. Онемевшими пальцами я вцепилась в ручку и открыла дверь.

– Толь, – позвала я, стоя возле машины.

– Идиотка… – прохрипел муж куда-то в дворники.

– Дурак! – дрогнувшим голосом сказала я и закрыла рот ладонью, потому что губы затряслись. По щекам побежали слёзы, и я всхлипнула в голос. Толик медленно оттолкнулся ладонями от лобового стекла и сполз с капота. Тряхнул головой, проверяя, а не сотряс ли себе чего-нибудь важного.

– Какой же ты дурак! – крикнула я, подбегая к нему и ударяя в грудь кулачком. – Дурак! Псих ненормальный! Совсем безумный идиот! Ты! Ты… Дурак!

Голос сорвался, и я поняла, что Толя меня держит за плечи и ничего не говорит. Просто смотрит пристально, пытаясь понять, чего во мне больше: страха или злости.

– Дурак, – признал муж и вдруг резко прижал меня к себе. Обнял. Погладил по голове. Прошёлся ладонью по волосам и вдохнул их аромат.

Я вцепилась в его куртку пальцами, и ногти проскрипели по коричневой коже.

Я вздрагивала от слез.

Я была не здесь. Нет.

Я была в загородном доме в первое наше с Толей лето. И он работал лобзиком, отрезал брус для беседки. Нож погнулся, и лобзик вывернулся у него из руки и прошёлся по запястью. Кровь хлестала в разные стороны. Помню, как меня трясло, когда я пыталась вытряхнуть из аптечки все лекарства разом. А Толя стоял, зажимая футболкой рану, и так же говорил.

– Дурак, знаю, Лесь…

И сейчас этот чертов поворот в прошлое заставил меня ощутить всю гамму чувств. И понять, что это кончилось.

Наша с ним жизнь кончилась.

Наверно, давно, раз муж не трудился скрывать свои похождения.

– Что ты наделал, Толь? – тихо спросила я, вдавливаясь в тело мужа, чтобы через пару мгновений отойти от шока и посмотреть в глаза супругу. – Что ты наделал?

Толя не догадывался, что меня эта ситуация качнула в сторону драмы, поэтому растерялся. Он продолжил гладить меня по волосам. И смотрел, как я задыхалась слезами. От того, как я его ненавидела.

– Я же сразу все поняла… Что ты мне не был верен… – всхлипнула я, снова отстраняясь. – Но не могу понять, только… Ну что ты в них всех нашёл? Ну что?

Голос окреп, и теперь вместе со слезами я ещё кричала.

– Неужели тебе в их объятиях было так же хорошо, как со мной. Я не понимаю, что во всех них ты нашёл?

Я сделала шаг назад. Утёрла запястьем нос. Глаза жгло от смеси косметики и слез.

– Ты же смотрел на мои пропущенные, когда с ними со всеми… Ты же видел мои сотни звонков. Ну что ты нашёл в своих любовницах?

Я обняла себя за плечи и склонила голову. Прижала подбородок к груди, чтобы не орать в голос от боли.

– Я не понимаю, Толь!