Анна Томченко – После развода. Муж бывшим не бывает (страница 11)

Переведя взгляд на моего мужа, Кондратий снова протянул руку, кивнул. И пошёл в сторону комиссара.

Глеб перехватил меня за локоть, и я ойкнула от того. что меня перекосило по основанию.

— Что? Что случилось? Как так? — начал тихо спрашивать муж.

— Я не знаю, как я была не пристёгнута, пролетела на красный. Не увидела, соответственно, перекрёсток и сам понимаешь.

— Чем ударилась? — Спросил Глеб, доведя меня до эскалейта и открыв дверь пассажирского сиденья. Помог залезть внутрь. Я юркнула, сжалась в комок и, нахмурившись, заметила:

— Документы все вытащи из моей машины.

— Да подожди ты, сейчас эвакуатор вызову.

Я тяжело задышала, ощущая, как по спине собираются капельки пота.

Спустя двадцать минут мою машину эвакуатор увёз на парковочную стоянку, а Глеб занял место за рулём.

— Так, все, давай в больницу едем.

А в больнице меня тут же отправили на рентген.

— Нет, нет все хорошо, успокойтесь, это не перелом, это трещина, поболит и пройдёт. Назначим тугие повязки и обезболивающие, потом уже комплекс витаминов и минералов. — Быстро тараторил молодой очкастый врач и тут же писал назначения. Глеб качал головой, ему вся эта история не нравилась. Когда мы остались одни, он, замявшись, уточнил:

— Давай я тебя сегодня в городскую квартиру лучше перевезу.

— Не надо, я поеду домой.

— Нет Лик, давай сегодня ты переночуешь в городской квартире, если тебе так обрыгло моё общество, я, конечно, куда-нибудь исчезну. Но, по правде говоря, с тобой, черт пойми, что может произойти и до дома пока доедет скорая, вызовешь ли ты вообще сама одна скорую, ещё неясно, в городской квартире хотя бы не так напряжно все это будет.

Он говорил логичные вещи, но что-то было мне не так.

— И вообще, Лик, это немножко глупо. Ты могла выбрать любую из квартир, которая есть в городе.

— Я не знала, какую выбрать. Ты же в любой мог поселить свою девку, — заметила я едко и все-таки сползла с кушетки, а Глеб проглотил и эту колкость, и ещё спустя сорок минут мы оказались на пороге нашей квартиры.

Я заходила в неё с ощущением того, что проникаю в давно богом забытый склеп.

— Конечно, продуктов нету, но всегда можно заказать доставку.

— Не надо, — произнесла я, стягивая аккуратно с плеч пальто.

Я набрала в грудь побольше воздуха и сделала несколько шагов по коридору в сторону зала.

В этот момент у меня под ногой что-то противно пискнуло, да так, что я вздрогнула, опустив взгляд.

Я прикусила губу, разглядев детскую игрушку: резиновая звёздочка с пищалкой.

17

Я остановилась, словно бы наступила на мину.

— Что там? — Нервно выдал Глеб, видимо, услышав писк игрушки.

Мне хотелось развернуться, садануть ему ребром ладони по шее и заорать о том, что он совсем охамел, притаскивать свою девку в мою квартиру.

— Лик, у тебя там что, голова закружилась? — Нервно спросил Глеб и, подойдя, положил ладонь мне на плечи.

По движениям включились настенные бра.

Я тяжело задышала, перевела взгляд на мужа, постаралась выдавить из себя милую улыбку, но, подозревала, что у меня перекосило тройничный нерв, но все же я сказала:

— Наверное, Лера или Саша игрушку забыли.

Я не собиралась скандал устраивать здесь и сейчас, когда я еле передвигаюсь, когда у меня при резких движениях голова едет.

Глеб перевёл медленный взгляд на пол и нахмурил брови.

Он не узнавал игрушку внуков. Но я махнула рукой и качнула головой.

— Забей, надо бросить к остальным игрушкам.

— Угу, — медленно протянул Глеб, и я поняла, что у него на лице, застыла холодная маска злости.

На кого злился?

На меня, что увидела, или на неё, что оставила?

— Может быть, ты есть хочешь или ещё что-то.

— Я не знаю. — Я медленно обернулась, входя в коридор, который вёл к спальням, и пожала плечами. — Клубники хочу... — я закатила глаза, тяжело вздохнула. — Слушай, а может быть, на ужин селёдочку с отварной картошкой и зелёным лучком?

Сочетание клубники и селёдки вызвало такую гамму эмоций на лице Глеба, что я чуть было не заржала в голос.

— Селёдку?

— Да. Знаешь, чтобы не такая, которая в масле плавает, магазинная. А вот помнишь, как мы брали, её ещё надо самому чистить, и вспарываешь брюшко, а там такая икорка шикарная. И клубнику лучше садовую, наверное, сейчас в супермаркетах это стопудово есть.

Мне просто нравилось наблюдать за тем, как зеленело его лицо.

— Клубнику. И селёдку.

— Да, родной. — Едко произнесла я, пожимая плечами.

— Хорошо, я сейчас посмотрю, что по доставке.

Дойдя почти до спальни, я крикнула:

— Ты мою сумку с документами забрал?

— Да забрал, забрал.

В машине лежит, — раздраженно отозвался Глеб.

— Принеси, пожалуйста, у меня там журнал записи, надо скинуть админу.

Глеб что-то себе под нос произнес, и я услышала, как хлопнула дверью.

Дойдя до спальни, я качнулась к своей тумбочке, вытащила зарядку и поставила телефон, чтобы быть всегда на связи.

Кобелина.

Не поняла, сколько в этом состоянии провела времени, потому что в следующий момент дверь снова хлопнула и прозвучали шаги по коридору.

— Сумка, — произнёс Глеб, заходя в спальню и замирая, видя картину из меня и кровати.

Я медленно кивнула.

— Да, спасибо, положи, пожалуйста.

— Слушай, в доставке нет нормальной рыбы.

Я бросила косой взгляд на мобильник и хрипло произнесла:

— Ну, доедь до любого нормального супермаркета, я пока картошку поставлю вариться.

— Какая нахрен картошка, Лик, ты чего, с ума сошла? Ложись, отдыхай, у тебя, блин, трещина в рёбрах.

А я просто хотела уехать.