Анна Тивен – Тайны на кончиках пальцев (страница 2)

– Алиса, милая, ну почему каждый раз так? – начал он с улыбкой, усаживаясь за столик. – Ты читаешь книжки, а не ждёшь меня в предвкушении?

– Потому что я знаю, что ты снова опоздаешь, – ответила я, не поднимая глаз от книги. – И что ты снова принесешь с собой аромат какого-нибудь очередного «удачного» свидания.

– Неужели ты думаешь, что я мог бы опоздать ради какой-то женщины? – подмигнул он.

– Ты и ради кофе однажды опоздал, так что да, думаю, мог бы.

Я наконец подняла на него взгляд и едва заметно улыбнулась. Я знала его слишком хорошо, чтобы всерьез обижаться.

– Ну что, как прошла неделя? – спросила я, убирая книгу в сумку.

– О, это было феерично! Ты помнишь Светлану, ту, что танцевала фламенко на вечеринке у Михаила?

– Ту, которую ты сравнил с огненной стихией? Помню.

– Так вот, оказывается, у неё есть сестра-близнец. И угадай, с кем я вчера ужинал?

– С обеими?

– Нет, я всё-таки джентльмен. Только с сестрой. Хотя, признаюсь, мысли были… – он хитро улыбнулся, но встретил мой строгий взгляд и развел руками. – Ладно-ладно, не буду углубляться в подробности.

– Спасибо, – сухо ответила я, подзывая официанта.

– А у тебя что нового? – спросил он, пока тот ставил перед нами по чашке латте.

– Ничего. Всё по-старому. Работа, книги, немного прогулок. Я посмотрела парочку фильмов, о которых ты мне говорил.

– Ты серьёзно? Алиса, сколько можно сидеть в своей раковине? Выходи в люди! Я вот думаю, может, сходим вместе в клуб, развеешься?

– Нет, спасибо. Я не хочу идти в клуб, не хочу встречать там “замечательных людей”, смотреть как ты распустишь свой павлиний хвост и отправишься покорять очередных дев. Давай ты свою охоту оставишь без моего внимания.

Даниил громко рассмеялся, чем привлёк внимание нескольких посетителей.

– Как же я люблю тебя за твой сарказм, Алиса. Если бы мы не были друзьями…

– Если бы мы не были друзьями, ты бы даже не знал, что мне нравится сарказм, – перебила я.

– Справедливо, – кивнул он.

Продолжив беседу, как всегда, с лёгкой долей подначек и теплотой, которую понимали только мы двое, я незаметно окунулась в ностальгию. В этом маленьком кафе, в наших еженедельных встречах, было что-то постоянное, что-то родное, несмотря на контраст наших характеров и образов жизни.

Даниил был успешным адвокатом, его жизнь была похожа на реку, переполненную весенним половодьем: она стремительно несется вперед, закручивая тебя в водоворотах событий, блестя на солнце яркими брызгами и маня своей непредсказуемостью.

Ну а я работала писателем, ведь это идеальный способ зарабатывать для таких, как я, ведь мне не нужно было каждый день встречать людей и бояться случайно узнать чьи-то сокровенные тайны. В поисках вдохновения, я любила гулять по стихийным барахолкам, а также часто посещала один небольшой антикварный магазин, который назывался просто “В духе истории”.

Наши жизни были настолько не похожи друг на друга, но нам удавалось как-то найти общие точки соприкосновения. И мы всегда знали, что мы опора и поддержка друг для друга, не смотря ни на что.

После встречи в кафе, мой путь лежал через парк к антикварному магазинчику, я шла не спеша и наслаждалась редким солнечным светом. Я любила зиму за её тишину, за то, как снег скрывал под собой грубую реальность мира. Впрочем, для меня никакой снег не мог утаить прошлого, если оно оставалось запечатанным в вещах.

Я толкнула тяжелую деревянную дверь магазина, и меня встретил запах старой бумаги, пыли и едва уловимой нотки лаванды. Солнечный свет пробивался сквозь толстые стекла старинного окна, вырезая на полу причудливые узоры из теней. Колокольчик над дверью мелодично звякнул, предупреждая хозяина о посетителе.

Магазин был лабиринтом из витрин, стеллажей и маленьких столиков, заставленных всевозможными сокровищами прошлого. Каждый предмет казался живым, напоенным историями, которых никто не знал. Никто, кроме меня.

Я осторожно прошла между стеллажами, стараясь не касаться случайных вещей, чтобы не выдернуть из них спрятанные воспоминания. Запах старого дерева, пыли и времени висел в воздухе. Мой блокнот-дневник, как всегда, лежал наготове – кожаная обложка потерлась, страницы внутри пестрели чернилами и фотографиями. Этот блокнот был чем-то вроде моей карты сокровищ, но вместо золота и драгоценностей он содержал обрывки тайн, заключенных в старинных вещах.

Тайны открывались мне не сразу, не полностью. Это больше похоже на захватывающий сериал – чем дольше и чаще я держала вещь, тем больше фрагментов тайны раскрывалось мне, постепенно, по кусочкам, складываясь в одну историю.

На прилавке я заметила медный подсвечник с замысловатыми узорами. Едва мои пальцы коснулись его, сознание пронзило острое ощущение страха и боли. Перед глазами промелькнули тени:

Женщина, держащая подсвечник в руках, мужской крик, потом резкий удар.

Я поспешно убрала руку, сердце учащенно билось.

Я достала блокнот и записала первое:

“Подсвечник. Медь. Орнамент: листья дуба. Тайна: убийство или несчастный случай? Женщина в синем платье. Мужчина кричит. Год: предположительно 1890-е”.

Достав из сумки маленький старый «Полароид», я щелкнула снимок подсвечника и приклеила его к записи. Теперь он был частью моего архива.

Некоторые тайны были почти безобидны: потерянные вещи, неразделённая любовь, утаенные письма. Другие – тяжелыми, мрачными. Иногда я ловила себя на мысли, что в моем блокноте слишком много тьмы. Но отказаться от поиска я не могла. Каждая разгаданная тайна давала мне ощущение завершенности, как будто я помогала прошлому обрести покой.

Раньше я почти ненавидела свой дар, боясь любого нечаянного прикосновения, но Даниил помог мне примириться с ним, помог посмотреть на него под другим углом. Он объяснил, что с этим даром у меня каждый день могло быть новое захватывающее приключение, новая тайна, я могла помогать людям, могла получить источник вдохновения. Было только одно правило: я должна все рассказывать Даниилу, ведь только он, по его словам, способен возглавить это приключение, помочь с разгадками, ну и, конечно же, контролировать, чтобы я не попала в неприятности. И я прониклась, я стала практически одержима разгадками новых тайн, словно все внутри меня требовало: ЕЩЕ.

В дальнем углу магазина я заметила старую трость с серебряным набалдашником в форме совы. Вещь выглядела необычно, и я почувствовала необъяснимое притяжение. Протянув руку, я коснулась холодного металла. Перед глазами вспыхнуло:

Мужчина в сером костюме стоит у вокзала, вокруг холодный туман, он уходит в неизвестность, оставляя письмо под скамьей…

Запись в блокноте пополнилась:

“Трость. Серебряный набалдашник: сова. Тайна: потерянное письмо. Станция с большим часами. Конец XIX века. Чувство – сожаление и одиночество”.

Я сделала фото трости, но задерживаться в видении не стала. Эти тайны были для меня чем-то вроде квестов, которые я могла пройти до конца. Иногда я возвращалась, чтобы найти подсказки, или посещала места, связанные с вещами. И каждый раз находила ответы.

На сегодня с новыми тайнами достаточно и теперь я искала только одно. Я знала, что предмет моего поиска находится здесь, в этом магазине. Я чувствовала это, как слабое покалывание на кончиках пальцев.

– Кого я вижу? – голос старика прозвучал неожиданно, и я вздрогнула. Из-за прилавка выглядывал худощавый мужчина с седыми волосами и лукавой улыбкой – он просил называть себя Станиславом.

– Доброе утро, Станислав! Как поживаете?

– Доброе! У меня все отлично, но тебя ведь интересует не это?! Недавно был привоз новых интересных вещичек, не хочешь взглянуть? Или ты ищешь что-то конкретное?

– Я… ищу одну вещь. Думаю, я справлюсь сама, спасибо, – сказала я, внимательно изучая его лицо.

Старик кивнул, будто понимал больше, чем следовало.

– Тогда я вам не помешаю, Алиса. Только будьте осторожны. У нас тут не только прошлое… иногда и будущее мелькает.

Я не обратила внимания на странные слова, слишком поглощенная поиском, тем более, что Станислав любил говорить загадками.

Остановившись у стеллажа с фарфоровыми фигурками, я вытянула руку. Тонкие пальцы скользнули по покрытому пылью ободку зеркала в бронзовой раме.

Мгновение – и мир вокруг вспыхнул.

Я оказалась в маленькой комнате. Перед зеркалом стояла молодая женщина в старинном платье и закалывала волосы жемчужной шпилькой. Её лицо было сосредоточенным, но в глазах блестели слёзы. За дверью раздались голоса, дверь резко распахнулась, и в комнату вошёл мужчина с хищным выражением лица, в руках он держал тяжелый подсвечник. Женщина испуганно обернулась… В тот же миг зеркало рассыпалось осколками, и сцена исчезла.

Я отдернула руку, едва не потеряв равновесие. Мое сердце билось так громко, что казалось, оно перекрывает все звуки вокруг. Это я уже видела, странно, ничего нового нет. Может быть, дело в разбитом зеркале, оно больше не могло хранить дальнейшие фрагменты этой тайны.

– Нашли? – голос старика раздался у меня за спиной.

– Это зеркало… – прошептала я, не глядя на него. – Чья это вещь?

Старик молчал долго, так долго, что я наконец повернулась. Его глаза смотрели прямо на меня, и в их глубине плескалась тень тревоги.

– Это не просто зеркало. Оно хранит не только воспоминания. Оно запирает судьбы, – ответил он. – Все, что я знаю о нем, так это то, что зеркало стало свидетелем трагедии. Его привезли из поместья “Лунный берег”, где много лет назад произошла трагедия: богатая наследница была найдена мертвой вместе со своим женихом перед разбитым зеркалом.