Анна Свирская – Пропавшая книга Шелторпов (страница 38)
Нет, это был не сон. Просто странное и тревожное чувство. Как будто мир расслаивался на два: обычный и потаённый.
Айрис решила больше не читать сегодня – ей и без того уже было не по себе, – но всё равно долго не могла уснуть.
Дэвид Вентворт приехал около двенадцати утра, и почти одновременно с ним – пожилой джентльмен в сопровождении сестры и жены, очередной родственник Шелторпов. Парадные комнаты на первом этаже выглядели как никогда людными и оживлёнными – и это ещё при том, что леди Изабель увела обеих дочек Элеоноры на конюшни, пообщаться с лошадками и покататься верхом, и не все гости прибыли: к трём, когда должно было состояться чтение завещания, ожидали поверенного из Лондона, представителей колледжей, которым было что-то завещано, сэра Фрэнсиса и ещё одного друга семьи.
За обедом леди Шелторп была в хорошем расположении духа: с лица исчезло обычное недовольное выражение, а улыбка казалась искренней. Раньше даже в её улыбке Айрис видела какой-то подвох, точно леди Шелторп втайне ехидно посмеивалась.
До трёх оставалось время, и Айрис с Дэвидом ушли на прогулку. Теперь Айрис знала, что в сторону парка ходить бесполезно, и повела Дэвида в другую – по подъездной дорожке в сторону городка. Всю прогулку Айрис говорила почти не переставая – ей было чем поделиться.
Когда они возвращались, их обогнала длинная чёрная машина, которая мчалась к дому на такой скорости, словно кто-то опаздывал к отходу последнего поезда, а может, к чему-то ещё более важному. Ни Айрис, ни Дэвид не успели разглядеть, кто сидел в машине, но, не сговариваясь, ускорили шаг: им хотелось узнать, кто приехал, и у обоих эта машина – в целом самая обычная – вызывала какое-то недоброе чувство. В самой её скорости, неуместной на этой узкой дороге, ощущался намёк на вторжение.
И они угадали – это действительно было вторжение. В Клэйхит-Корт явился незваный гость.
С такого расстояния Айрис видела только, как в дом вошёл крупный мужчина в тёмном пальто и шляпе, а вот Дэвид узнал его:
– Это Доминик Томпсон, муж леди Изабель. Что ему тут нужно? Они же разводятся.
– Ещё и в такой день! – добавила Айрис.
– Он всё рассчитал – если бы он приехал вчера, его бы могли просто не пустить в дом, а сейчас, когда здесь гости, никто не захочет устраивать скандал. Он же так просто не уйдёт, начнёт колотить в двери и окна.
– Он так сделает?! – не поверила своим ушам Айрис. – Но они же могут вызвать полицию.
– Томпсон прекрасно понимает, что они это сделают только в крайнем случае. Его пустят в дом, чтобы не поднимать шума и тихонько всё уладить.
– А почему вы сразу не сказали мне, что леди Изабель его жена? – спросила Айрис. – Когда рассказывали, кто живёт в Клэйхит-Корте.
– Она скоро перестанет быть его женой. А вы как-то говорили, что терпеть его не можете. Я не хотел, чтобы вы воспринимали её как жену Томпсона.
– Я же понимаю, что жена – отдельный человек, а не приложение к мужу, – сказала Айрис, хотя подумала, что в чём-то Дэвид был прав. Скорее всего, знай она правду, то не смогла бы относиться к леди Изабель непредвзято.
Машина поехала вдоль дома дальше, к гаражу, а Селлерс, встречавший гостя, остался на крыльце, чтобы впустить в дом Айрис и Дэвида.
Когда они вошли в холл, Доминик Томпсон, уже без пальто и шляпы, громко спорил с миссис Хардвик, которая, судя по всему, с трудом удерживала полагающееся горничной из хорошего дома невозмутимое выражение лица.
– Я не собираюсь ждать ни в какой синей гостиной! Как и в жёлтой, зелёной и какие тут у вас ещё есть! Ни в какой! Слышите вы меня? Я хочу немедленно встретиться со своей женой или с хозяйкой дома. Я знаю, что она сейчас затаилась в своей комнатёнке вон там! – Томпсон ткнул пальцем в ту сторону, где как раз и располагалась личная гостиная леди Шелторп.
– Леди Шелторп сейчас не может… – твёрдо начала миссис Хардвик.
Томпсон не дал ей договорить:
– Тогда я подожду в её гостиной. А мои вещи из машины пусть отнесут в спальню. И не смейте говорить, что это невозможно. Я – член этой семьи, близкий родственник покойного графа Шелторпа!
– Я уточню у леди Шелторп. – Хардвик была вынуждена капитулировать перед таким напором, развернулась на каблуках и скрылась за одной из дверей, ведущих вглубь дома.
Доминик Томпсон довольно крякнул, воинственно вскинул голову и пошёл в сторону лестницы.
– Добрый день, мистер Томпсон, – заговорил Дэвид.
Томпсон развернул своё крупное, грузное тело так резко, словно боялся нападения со спины.
Вживую Доминик Томпсон выглядел не настолько несимпатичным, как по телевизору или на фотографиях. Судя по всему, он был из тех людей, которых камера не любит и нелицеприятно высвечивает все недостатки. А ещё он показался Айрис старше, чем она его себе представляла. В волосах было много седины, вокруг глаз собрались глубокие морщины, а щёки обвисли.
– А, это вы, Вентворт? – улыбнулся Томпсон, сверкнув ровными, крепкими зубами. – Добрый день, добрый день… А это?.. – Он перевёл взгляд на Айрис.
– Мисс Айрис Бирн, моя знакомая.
– Приятно познакомиться, мисс Бирн. – Томпсон с нарочитой вежливостью склонил голову. – Вы не родственница сэра Чарльза Бирна из Министерства финансов?
– Нет, – ответила Айрис, которая никогда не слышала о Чарльзе Бирне. – Мы не родственники.
Томпсон наморщил широкий лоб и выдал следующее предположение:
– Генерал-лейтенант Бирн?
Айрис, которая не знала никого из родственников отца, но всё равно сомневалась, что среди них могли быть знакомые Доминика Томпсона, ответила, что и генералу она не родственница. Возможно, поднапрягшись, Томпсон сумел бы вспомнить ещё одного высокопоставленного Бирна, но тут заговорил Дэвид:
– Вы приехали на оглашение завещания?
– О да, поддержать свою жену, – ответил Томпсон с участливой улыбкой.
– Она сказала, что вы уже давно не общаетесь и собираетесь развестись.
– Очень поспешное заявление! Я как раз за этим сюда и приехал. Это, знаете, дела семейные, я разберусь, но раз уж вы здесь, я хотел поговорить о деле. Я так слышал, вы планируете расширить старое производство в Нортфилде к концу шестьдесят шестого, а на март, между прочим, как раз назначены слушания по одному вопросу, который может… – Томпсон покосился на Айрис, не зная, может ли он при ней говорить такие вещи, а потом сказал: – В общем, это не минутный разговор. Можем мы пообщаться, скажем, через час?
– В это время будут зачитывать завещание, – ответил Дэвид. – И вы ведь больше не член парламента, – добавил он с колкой прямотой.
– Сегодня – да, но до марта ещё три месяца. Всё может измениться, – с многозначительной улыбкой проговорил Томпсон. – Так что подумайте, сэр Дэвид, подумайте… А меня ждёт другой важный разговор.
Томпсон сделал суровое лицо и пошёл в сторону гостиной, но почти тут же остановился, услышав, как по лестнице кто-то торопливо спускается.
– Что ты здесь делаешь?! – спросила леди Изабель с верхней площадки. Её голос звенел от злости.
– О, дорогая, рад тебя видеть… – притворно-сладко улыбнулся Томпсон, наблюдая, как леди Изабель спускается вниз. – Я подумал, что, когда вы покончите с завещанием и всеми этим делами, будет лучше, если я лично отвезу тебя в Лондон со всем комфортом.
– Спасибо за заботу, но я не собираюсь возвращаться в Лондон, Доминик.
Леди Изабель говорила холодно и твёрдо, но чувствовалось, что на самом деле она кипит от негодования и как будто немного боится. Она смотрела на мужа прямо и зло, но всё равно с опаской.
– Обстоятельства изменились.
– У меня ничего не изменилось. Подпиши наконец бумаги, и покончим с этим.
– Нет-нет, меня это не устраивает, – заявил Томпсон. – Абсолютно не устраивает. Ты нужна мне дома, рядом.
– Мы это уже обговорили.
– Говорила одна ты. Я всегда был против и старался сохранить наш брак, а теперь…
– Да что с тобой?! – Леди Изабель едва сдерживалась. – Мы же… Мне казалось, мы договорились не отравлять друг другу жизнь. А ты… Ладно, ты приехал на похороны Родерика, он не чужой тебе человек, но сейчас… Чего ты хочешь от меня сейчас?
– Я хочу, чтобы ты поехала со мной домой и вернулась к исполнению своих обязанностей.
– Ты шутишь? – Губы леди Изабель презрительно изогнулись. – Я всё решила, это окончательно. И я никуда с тобой…
Она замолчала на середине фразы, потому что одна из створок широкой двери в парадный зал распахнулась и в холл вошла леди Шелторп.
– Что вы себе позволяете, мистер Томпсон? – со своей особой уничижительной холодностью спросила она. И то, что она назвала своего пока ещё родственника «мистер Томпсон», говорило о том, что для неё этот человек уже был чужаком. – Врываетесь сюда без приглашения. Требуете встречи. На каком основании?
– Добрый день, леди Шелторп! Рад вас видеть, – вежливо поздоровался Томпсон. – Разве мне нужно особое приглашение, чтобы присоединиться к своей жене?
– Ни прикидывайтесь. – Леди Шелторп смерила его насмешливым взглядом. – Вы всё прекрасно понимаете. Леди Изабель ваша жена только на бумаге, и то уже недолго. Поэтому прошу вас покинуть мой дом и не тревожить моих гостей.
– Тем не менее пока она моя жена, я буду требовать от неё соответствующего поведения. Моё положение в обществе зависит в том числе и от неё, и я не могу допустить, чтобы моей репутации был нанесён урон.