Анна Светлова – Рожденные из пепла (страница 9)

После чего Морис Милн обратился поочередно к моему отцу и Хранительнице:

– Господин Кэнтнисс и госпожа Дафф, подтверждаете ли вы личность своей подопечной Алины Кэнтнисс.

Они оба с серьезным видом качнули головой. Подобный вопрос главный смотритель задал и отцу Селены, чтобы тот подтвердил личность своей дочери. Приняв во внимание ответы, Морис Милн продолжал:

– Выяснив все обстоятельства дела, было вынесено следующее решение: Селена Грэм признается виновной в применении боевой магии, нападении на студента Академии магии, попытке убийства и нанесении тяжкого вреда здоровью. После осмотра ее специалистами она признана утратившей здоровье и будет помещена в лечебное учреждение на острове Ривлес на ближайшие три года, где будет проходить лечение от психического расстройства, после этого на нее будут надеты Оковы Смирения до конца ее жизни.

Алина Кэнтнисс с вас снимаются все обвинения, но вы будете оставаться под наблюдением Тайной Канцелярии в течение шести месяцев. Данный приговор окончательный и вступает в силу с момента его оглашения.

После объявления решения смотрителей Тайной Канцелярии в кабинете повисло тягостное молчание. Затем раздался взрыв визгливого смеха. Все повернулись в сторону Селены. Она вся покраснела, вены на ее висках набухли синими жилами, из глаз текли слезы и лишь приступ удушливого кашля остановил ее гомерический хохот. Доктор, стоявший неподалеку, тут же подошел и сделал ей какой-то укол. После чего она стихла, на нее вновь накинули капюшон и вывели из помещения.

Следом за ней с накинутым на голову капюшоном кабинет ректора покинула я. В коридоре столпилось много студентов, все ждали решения смотрителей. Увидев меня на свободе, все кинулись ко мне с вопросами. По моим щекам текли слезы, от избытка чувств я не могла вымолвить ни слова.

– Алина, скажи, с тебя сняли обвинения? – впиваясь в меня глазами, проговорил Клаус.

Я кивнула и окончательно разрыдалась. В коридоре раздался шквал аплодисментов. Студенты громко загалдели, обсуждая сегодняшнее событие. Присутствие в Академии смотрителей многим не нравилось. А теперь можно было с уверенностью сказать, что они покинут стены учебного заведения.

Томас, растолкав всех, взял меня за руку и потянул прочь, куда-нибудь, где сможем остаться лишь мы вдвоем. В самом дальнем углу парка, где никого не было видно, он, наконец, остановился, обнял меня за плечи и прижался губами к моим волосам. На душе разливалось покой и умиротворение.

– Неужели этот кошмар закончился? – спросила я.

Томас заглянул в мои глаза и проговорил:

– Теперь у нас все будет хорошо, любимая. 

Глава 11. Встреча друзей

Отпраздновать мое успешное освобождение решили в замке Хранительницы. За огромным празднично накрытым столом собралась большая компания: Эмили с Питером Колдом, мой отец, коротышка Оран, Клаус, София, Томас и я. Не обошлось, конечно, и без моего кота. Хранительница на правах хозяйки дома попросила слово, и, встав с места, сказала:

– Я очень рада, что вы все приняли мое приглашение, и прибыли в замок. Каждый из вас мне очень дорог, но в последнее время много переживаний вызвала нелепая история с арестом Алины. Нам всем пришлось нелегко, каждый из нас очень переживал за нее. Но эта отважная девочка показала нам, какой хрупкой может быть наша жизнь. Она, не задумываясь, кинулась на защиту своих друзей и едва сама не лишалась жизни.

Ее слова смутили меня, я почувствовала на себя внимательный взгляд всех присутствующих. На какое-то время все вразумительные мысли улетучились из моей головы.

Из-за стола медленно встал Клаус, скользя взглядом поверх всех присутствующих. Подойдя ко мне, он положил руку на плечо и проговорил:

– Я благодарен судьбе, что она послала мне такого друга, как Алина. Так случилось, что эта девушка дважды спасала меня от смерти. И каждый раз сама оказывалась на грани.

Затем он добавил, обращаясь ко мне:

– Алина, я в большом долгу перед тобой, ты всегда можешь на меня рассчитывать.

Мои щеки стали пунцовыми от смущения, и я опустила голову, пытаясь скрыться от одобрительного гула и рукоплесканий.

В следующий момент встал ректор, и в комнате снова воцарилась тишина.

– Я приветствую всех, находящихся в этом зале. Для меня большая честь быть лично знакомым с каждым из вас, – начал Питер Колд, затем продолжил, глядя на моего отца. – Николай! Ты можешь гордиться собой, ты дал достойное воспитание своей подопечной.

В этот момент со своего места медленно поднялся отец и, обращаясь ко всем, произнес:

– Я должен сказать вам очень важную вещь – Алина моя настоящая дочь. Много лет назад по стечению обстоятельств, я попал в этот чужой для нас мир. В прошлой жизни у меня оставались семья – жена, дочь, родители, дом, любимая работа. Не буду рассказывать, как тяжело я переживал разлуку с родными и как мечтал вернуться. Но вот, спустя двенадцать лет здесь оказалась и моя дочь.

Большинство присутствующих от изумления онемели, быстрее всех в себя пришел Томас. Он, улыбнувшись, обратился ко мне со словами:

– Я так и знал, что с тобой что-то не так.

Взрыв смеха прокатился от одного края стола до другого.

– Выходит, вы оба иномиряне? – удивленно, спросил ректор.

– Да, – горестно вздохнул и кивнул отец, а затем продолжил. – В нашем мире нет магии, там активно развивается наука и полным ходом идет технический прогресс. Для перемещения из одной точки в другую мы пользуемся автомобилями, поездами, самолетами, а не магическими порталами. Часть работы на производствах выполняют роботы, автоматы, станки. У нас нет вампиров, оборотней, колдунов. Зато у нас есть интернет, компьютеры, телефоны, сотовая связь и многое другое. Алине и мне пришлось многому учиться, чтобы освоиться здесь. Спустя пару месяцев моя дочь нашла друзей. Ведь несмотря на разность наших миров, в главном мы схожи. И там, и здесь важными остаются такие человеческие качества, как дружба, верность, смелость, благородство души.

После этого мой отец подошел ко мне, положил руку на плечо и дрожащим голосом произнес:

– Очень жаль, дорогая, что твоя мама не дожила до этого момента. Я очень люблю вас обеих.

– Я тоже тебя люблю, папочка, – проговорила я, смахивая слезы со своего лица.

Первым от папиного признания в себя пришел Питер Колд:

– Вы не пытались вернуться?

– Я искал способ возвратиться в свой мир. Но, увы…

– Но без способностей, вы бы не смогли учиться в Академии. Значит, они проявились у вас обоих здесь? – продолжал интересоваться ректор.

– Возможно, в момент перехода ваш мир подарил каждому из нас свой магический дар, – печально проговорил отец.

– В нашей жизни все неслучайно. Марк Слэттен открыл портал, через который Алина и вы профессор попали в наш мир. Если бы сюда попал кто-то другой, возможно, он осуществил бы свой план и разрушил жизни миллионов людей. Алине удалось его остановить, – с задумчивым выражением лица сказала Хранительница.

После нее с места встал ректор и перевел свой взгляд сначала на Томаса, а затем на Софию. Он слегка им поклонился и тихо проговорил:

– Эмили рассказала мне все, что натворил мой кузен. Ваши высочества, принц Виктор, принцесса София, я был преданным другом и верным слугой вашему отцу, королю Эгроссии. И теперь, когда его нет рядом, я готов служить вам верой и правдой. Вы можете полностью на меня рассчитывать.

В зале воцарилась тишина, Томас медленно поднялся со своего места и, обращаясь к ректору, произнес:

– Господин ректор, я благодарен вам за дружбу и преданность моему отцу. И буду рад иметь такого друга, как вы.

Затем, обращаясь ко всем, он добавил:

– Друзья мои, прошу вас, как и прежде, называть меня Томасом, не используя титул. Официальные обращения необходимы при дворцовых церемониях, к тому же мое второе имя кажется мне ближе. Есть еще кое-что, что я хотел бы вам рассказать. Эмили обнаружила архив Марка Слэттена. Она поделилась со мной этой информацией, и я последние дни каждую свободную минуту посвящал изучению документов. Мне в руки попался его дневник.

Томас показал нам толстую тетрадь в темной кожаной обложке с пожелтевшими от времени страницами, а затем продолжил:

– Здесь он подробно описывал все свои дела, включая отравление моей бедной матери, заговор и организацию государственного переворота. А главное, я нашел здесь название места, куда был помещен мой отец после свержения. Я понимаю, что прошло много лет, и его, скорее всего, уже нет в живых, но в таком случае мне бы хотелось забрать его останки и похоронить рядом с могилой матери.

В зале воцарилось молчание, которое прервал ректор:

– Томас, вы должны понимать, насколько это опасно. Я думаю, даже сейчас это место находится под усиленной охраной. Мы только что освободились от внимания Тайной Канцелярии.

– Я все понимаю, господин ректор – проговорил Томас. – И поэтому никого не приглашаю с собой, а всего лишь говорю о своих планах.

– Я хочу пойти с тобой, Томас, – вставая из-за стола, произнес Клаус.

– Я тоже пойду с тобой, Томас, – негромко сказала София. – Ведь это и мой отец.

В этот момент с другого конца стола раздалось тихое бормотание коротышки.

– Спасибо тебе, Оран, я знал, что ты не бросишь своего старого друга, – улыбаясь, проговорил Томас.

– Я понимаю, что нахожусь под пристальным вниманием смотрителей Тайной Канцелярии, но тоже хочу пойти с тобой, – заявила я, глядя на Томаса.