Анна Солейн – Развод с драконом. Служанка в заброшенной усадьбе) (страница 32)
Дракон внутри тут же заворчал, и пришлось приложить усилия, чтобы не отстраниться.
Усевшись в карету, Лира защебетала:
— Этот кондитер — настоящий кошмар! Хотел предложить на выбор пять видов!
— И правда, — согласился я.
Пять! Там все-таки участвуют хрен и редька? На кой кому-то нужны пять вариантов торта? Что туда можно добавить аж в пяти вариантах? Один раз муку засыпать стоя, второй — танцуя вприсядку? Я не ел сладкое, только мед иногда. Алиса мед тоже любила, кажется.
Я фыркнул, вспомнив, как повар пришел ко мне через месяц после свадьбы и доложил, что моя новоиспеченная жена съела за месяц ложка за ложкой целую банку меда — и следует ли предлагать еще, или лучше ограничить ее, чтобы «не стала широка в талии»?
Уволив этого придурка, я попросил нового повара позаботиться о том, чтобы мед всегда был и готовить из него… Что бы там из него ни готовили. Кажется, он как раз пек торты. Или нет?
Мне особо не было дела до того, что там Алиса ест. На то, чтобы исполнять ее капризы, был повар.
— Именно! Я сказала — не менее десяти! Это же свадьба Первого советника! За кого он тебя принимает, за нищего селянина?
Фыркнув, Лира стряхнула с плеч меховое манто, и мой взгляд прикипел к вырезу ее декольте, где терялся кулон на тонкой цепочке.
— Там будет мед?
— Мед? — фыркнула Лира. — Дорогой, ты считаешь, я совершенно не забочусь о нашей свадьбе? Мед! Какая безвкусица. Конечно, его не будет! Кто сейчас вообще ест мед?
Она изящным движением отбросила на спину тяжелую копну волос, и нос защекотал тонкий запах духов.
Лира щебетала и щебетала, я углубился в бумаги, которые взял с собой: пачка прошений к королю, одно другого веселее. Что тут у нас?
Дальше…
О помиловании, о материальной помощи, о…
Это еще что за дерьмо драконье?
Какой идиот отсортировывал прошения⁈ Почему я вообще это читаю? У нового секретаря еще меньше мозгов, чем я думал, а способности сосредотачиваться — как у рыбки.
Знал бы этот крестьянин побольше про характер принцессы, притормозил бы с «лучшей из женщин».
Отказано.
Что тут еще…
Я не понял, она жалуется или хвастается?
Поставив на прошении знак вопроса для секретаря, я перевернул последнюю страницу и замер.
Женщина, которая осталась одна с ребенком, отчаянно просила о помощи и жаловалась, что ей нечего есть и что она погибнет. А провинция… Вилландрия, да. Далеко отсюда. Почему-то на меня нахлынуло облегчение. В другое время это письмо бы вовсе не дошло до меня, это не тот уровень проблем, но новый секретарь, видимо, сортировал бумаги с закрытыми глазами, и…
— Дорогой? Дорогой, ты меня слышишь? — Лира сжала ладонью мой локоть. — Я говорила о том, что нам необходимо придумать, куда мы поедем. Для предсвадебных каникул, помнишь? Это традиция, мы должны провести неделю друг с другом, чтобы проверить наши чувства. Я бы хотела… остаться с тобой… где-то, где нам никто не будет мешать. В тихом месте. Наедине.
Лира очаровательно покраснела, как будто до этого наедине она со мной не оставалась и понятия не имела, зачем мужчина и женщина могут закрываться в спальне.
Согласовав последнее прошение, я захлопнул папку с документами.
— Будет тебе тихое место, — пообещал я. — Тише некуда, одни сосны вокруг.
Лира радостно взвизгнула.
Не то чтобы мне хотелось туда возвращаться. После того, что случилось с… неважно.
Но ситуацию с Алисой нужно было решать.
Привет! Дорогие читатели, сегодня у меня визуал Гарри. Он, по моей задумке, выглядит вот так:)
Глава 19
Алиса
Длинная черная мантия давила на плечи и путалась под ногами, из-под капюшона, накинутого на лицо, ничего не было видно.
В общем, наряд был весьма неудобным, зато выглядел эффектно. Опять же — достался бесплатно: я просто сковыряла с окна на чердаке кусок черной ткани и добавила бельевую веревку, чтобы получилась зловещая накидка.
Мой образ дополняла свеча, огонек которой угрожающе подрагивал.
Я стояла на крыльце, напротив сбившихся от страха в кучку горожан. Промозглый, как по заказу, ветер, пробирал до костей, сосны скрипели, как гробовые доски. Все шло просто идеально!
— Итак, — начала я, — добро пожаловать в Мглистые сосны. Дом, который сам решает, кого впустить, а кого — нет. Дом, из которого… не каждому дано будет выйти.
Выдержав паузу, я продолжила:
— В этом поместье когда-то… произошла страшная трагедия. — Снова пауза. Так, теперь главное — напустить туману, но не переборщить. — Именно здесь погибли Амберы — могущественные драконы, чья сила казалась незыблемой. — Я замолчала, давая возможность слушателям проникнуться ситуацией. — Что же случилось на самом деле? Кто в ответе за произошедшее? И, главное… можем ли мы считать, что находимся в безопасности? Только сегодня… у вас будет возможность увидеть все. Своими глазами.
По толпе пробежал шепоток, и я с усилием потянула на себя тяжелую дверную створку, которая, умница, исключительно громко и зловеще заскрипела.
Хорошо, все-таки, что я решила не смазывать петли маслом. Сейчас вон как пригодилось.
Изнутри дома дохнуло затхлостью и холодом, в лицо ударил поток воздуха, кто-то за моей спиной вскрикнул.
Я облегченно перевела дух: кажется, все шло хорошо.
Пришлось попотеть, конечно, чтобы оживший было дом снова стал похож на мрачное заброшенное строение с призраками и монстрами внутри. Для начала — плотно закрыть дверь в кухню, чтобы оттуда не просочились аппетитные запахи. Потом — найти и открыть вентиляционный люк в стене, чтобы снова появился сквозняк.
Ну и свою работу сделали старые влажные тряпки, смоченные в растворе уксуса и шалфейного отвара, которые я спрятала по углам и присыпала пеплом из очага. Пахли они — как склеп.
Так что дом снова благоухал так, что невольно становилось жутко. А уже если учесть, что внутри было темно из-за забитых черной тканью окон…
— Прежде, чем мы пойдем дальше, — сказала я, обернувшись. — Прежде, чем дверь закроется, я хочу предупредить каждого: вы пока еще можете уйти. Уйти — и оказаться в безопасности. — По толпе пробежал шепоток, и я добавила: — Деньги за экскурсию не возвращаются.
Еще бы! Семейные секреты Амберов я оценила ни много ни мало в один золотой за одно посещение поместья. И сейчас, когда тринадцать горожан рискнули войти в «проклятый дом» и своими глазами посмотреть, что происходит внутри, у меня на руках было тринадцать золотых.
Тринадцать! Золотых!
Я заработала тринадцать золотых за один день!
Я до сих не могла в это поверить.
С тех пор, как я получила последнее письмо Кориана, прошла неделя. Сначала, держа в руках исписанный ровным почерком поверенного лист, я все никак не могла поверить в случившееся. Смотрела и смотрела на письмо, на шкатулку — и надеялась, что это все окажется глупой шуткой.
Но это оказалось реальностью.
Отправив письмо в очаг, я, как могла, успокоила сына и отдала его Марку. Малыш чувствовал, что я на взводе, и у меня в руках нервничал только сильнее. Марку я ничего не сказала, просто не смогла.
И не хотела ничего объяснять, просто физически не смогла бы заговорить с ним обо мне, о Кориане, о том… О том, как между нами все закончилось.
Поверить не могу, что когда-то его любила. Сейчас внутри все как будто умерло. Когда-то я мечтала о том, что Кориан… поймет все. Простит меня — если было, за что прощать, я до сих пор не помнила почти ничего о произошедшем. Об измене и покушении, в которых он меня обвинил. В моих фантазиях мы целовались, все снова становилось хорошо, а потом — я рассказывала ему про Кори. И видела, впервые, его улыбку.
Сейчас от собственной наивности было смешно.
Всю ночь я не сомкнула глаз, поминутно проверяла то Кори, то зверюгу (зверюга каждый раз радовалась мне, как родной), а утром — отправилась в город, чтобы попытаться найти работу. Новых объявлений на доске не появилось, и я уже раздумывала, стоит ли составлять свое, или проще просто ходить по домам и лавкам, предлагая свои услуги, как за спиной я услышала шепотки.
«Она!»