Анна Солейн – После развода с драконом. Будешь моей в 45 (страница 77)
Подняв взгляд, я замерла. Это… Это не Артур.
Этот человек… Его лицо пряталось в тени капюшона, но падающий с улицы скудный свет фонарей высвечивал шрамы на его шее, которые тянулись по груди вверх к лицу, как змеи.
Эти шрамы…
Я их уже видела.
Это тот же человек, с которым я столкнулась больше месяца назад, выходя из кабинета мэра Бигли. Это...
— Здравствуй, — низким голосом сказал человек. — Давно я тебя не видел. И все это время ты, оказывается, была так близко… Так близко… У бога есть чувство юмора, правда?
От страха меня пробрало холодным потом.
Голос тот же.
И запах… Откуда я его знаю?
— Кто вы?
Смешок, от которого внутри все сжалось.
— Ну-ну, а я-то думал, ты обманываешь Артура. А ты в самом деле все забыла.
Твою…
Твою мать!
Это…
— Помогите! Помо…
Я попыталась выскочить из кареты, но ручка не поддалась. Человек ударил по стене, карета двинулась вперед, лошади заржали.
— Разве ты не рада меня видеть? Элеонора.
Проклятье. Проклятье-проклятье-проклятье!
Только сейчас я наконец-то его узнала.
Когда этот мерзавец назвал меня по имени. Такое не забывается.
Это он.
Это был он. И сейчас, и тогда, в Брайнхолле.
Корбейн.
Череп.
Он даже кличку не удосужился сменить! Подонок.
Как он вообще выжил?! Как оказался здесь?! Он же... Ну да. Комиссар короны и мог присутствовать на балу. Он... Он осмелился прийти во дворец! Да как он...
— Выпусти меня немедленно!
— А то что? — хмыкнул Корбейн. — Освежишь мне дыхание, как в прошлый раз? Надеюсь, твой дар все еще при тебе.
— Мой дар…
Чтоб его.
Чтоб его, чтоб его, чтоб его!
Карета неслась вперед так быстро, что в окне ничего не было видно. Я снова задергала ручку.
Бесполезно.
— Очень редкий и крайне мне необходим, — с акульим аппетитом протянул Череп. — Я думал, придется тебя воровать, как в прошлый раз. А ты сама пришла ко мне в руки.
— Да ты…
— Только в этот раз твой драгоценный Гидеон слишком занят, чтобы мне помешать. Удачно, да?
— Ты…
Череп подался вперед, впечатал мне в лоб какой-то артефакт — и все исчезло.
Глава 63
Лорейн
— Не сходится, — пробормотала я, раздраженно зачеркивая очередную схему, которую успела нарисовать в своей бальной книжке. — Не сходится, ничего не сходится!
Я сжала короткий карандаш в руке так сильно, что едва не сломала.
В ушах шумел миллион голосов, скакали перед глазами прочитанные предложения, теснились в глубине могза выстроенные теории — и мне никак не удавалось сложить все вместе.
Что-то было не так. Что-то… чего-то не хватало.
А может, я просто себе это все придумала?
Очередная моя глупая идея вроде тех, когда я предлагала отцу сделать систему частичного возврата средств за билеты, или продавать что-то вроде проездных документов, или ввести обязательную страховку для каждого перемещения за небольшую доплату. Я думала, что в итоге все это принесет “Дому Ферли” больше прибыли и клиентов, потому что с нами начнут перемещаться те, кто до этого даже слышать не хотел о порталах.
Отец говорил, что это все ерунда, придурь и вообще — девушкам не стоит забивать себе этим голову.
Постепенно я забыла об этом, конечно. В самом деле — с чего я взяла, что разбираюсь в том, как работают мужские дела? Как работает "Дом Ферли" и продажи?
Сейчас я тоже сомневалась в том, что поняла все правильно.
Какой-то подслушанный разговор, какое-то мутное исследование, история двадцатилетней давности, которую я выкопала в газетах…
Если сложить все вместе, получалось, как будто я сошла с ума и в очередной раз вбила себе в голову ерунду. Дурочка Лорейн!
Так заманчиво было от этого отмахнуться — но я не могла.
Потому что, если я поняла все правильно…
Мама была в опасности.
— Мисс Ферли? — прозвучал над головой низкий мужской голос. — Разрешите пригласить вас…
— Не сейчас! — выпалила я и раздраженно почесала плечо.
Видит бог, я ненавидела органзу. Как же от нее все зудело! Как невыносимо сжимал внутренности корсет! И как же это мешало мне думать! Мне казалось — еще немного, и я точно пойму, что же упускаю.
Это просто…
В голове звучал голос мамы.
Конечно, она говорила с Тео, не со мной. Но в детстве она часто говорила мне то же самое.
А потом… Потом все как-то забылось. И…
И я ей такого наговорила — до сих пор было стыдно.