Анна Солейн – После развода с драконом. Будешь моей в 45 (страница 33)

Мы с Линой ужасно гордились каждой нашей девочкой и планировали на следующий расширяться, потому что количество заявок от родителей из других городов росло в геометрической прогрессии. Неплохо было бы подумать о том, чтобы начать принимать и мальчиков.

Пять лет назад, глядя на полуразрушенное старое здание, я не могла поверить, что мы справимся: найдем рабочих, сделаем ремонт, подыщем наставников, убедим родителей доверить нам дочерей и разрешить им учиться, воспринять это серьезно.

Когда-то это казалось несбыточным, а сейчас я шагала по коридору нашей с Линой школы, паркет поскрипывал под ногами, стук каблуков отдавался от стен, а со всех сторон неслись приветствия.

— Директриса Грей, это наставница Лина обронила! — услышала я, и в живот мне впечаталась та самая злосчастная газета.

Какой-то анекдот, эта газета ко мне вернулась, как проклятье.

Поблагодарив, я забрала газету из рук малышки Мэгги и впилась взглядом в лицо Гидеона, который на фото обнимал какую-то прелестницу.

Почти пять лет я не видела его — вживую. А вот в газетах — регулярно.

И, главное, я никогда не могла угадать, когда газету можно взять в руки, а когда лучше, выходя из дома, зажмуриться и дать возможность Лине по-тихому ее сжечь.

“Новая любовь лорда Гидеона Ферли: факты и слухи!” — снова прочитала я заголовок.

Почему вот он просто взял и не женился на своей Офелии? Через месяц после их свадьбы шумиха бы утихла, может, пару статей бы еще появилось по случаю рождения первенца. И все.

Но нет: Гидеон и тут умудрялся портить мне жизнь. Он менял девушек, как перчатки, и постоянно давал повод газетчикам обсудить его личную жизнь.

Какая-то букмекерская компания даже принимала ставки на то, объявит ли он о помолвке с очередной пассией и с кем появится в свете в следующий раз.

Уму непостижимо.

Не так должны вести себя бывшие мужья. Порядочные бывшие мужья должны умирать в день развода, я так считала.

Аккуратно сложив газету, я зашагала вперед.

Я развернула ее снова, только когда оказалась за дверями моего кабинета и тут же отругала себя за это.

Взгляд сам собой заскользил по строчкам.

“Лорд Гидеон Ферли, глава крупнейшего предприятия по производству порталов, скандально известный после обвинения директора лечебницы имени Святой Агнес в пытках и издевательствах…”

Я сглотнула. Вскоре после нашего разговора Гидеон действительно заявил в полицию о том, что в лечебнице Святой Агнес удерживают людей незаконно и пытают. Уж не знаю, как он извернулся, но показания об этом дала его мать — то есть, моя дражайшая бывшая свекровь, которая меня и предложила туда упрятать.

В итоге скандал разразился дикий, полиция разнесла лечебницу почти по камушку и… ничего не обнаружила.

Лину почему-то это успокоило, а меня…

Я не знала, что и думать.

Гидеону та шумиха, впрочем, пошла только на руку: его политический рейтинг вырос и он смог заключить предварительную сделку с короной, о которой всегда мечтал. Дальше дело почему-то не двинулось.

Нахмурившись, я принялась читать дальше.

“О романах лорда Гидеона Ферли ходят легенды, весь свет, затаив дыхание, ждет, когда же состоится помолвка самого завидного холостяка королевства”.

Я вздохнула и провела рукой по лицу. Ну конечно, затаив дыхание. Я всмотрелась в лицо Гидеона.

Он был богат, красив, лучился силой и довольством.

Я смотрела на него и поняла вдруг, что я ничего не чувствую.

Ни боли, ни сожаления.

Все… закончилось.

“Одно мы знаем точно — на приеме по случаю наступления осени его спутницей стала Селеста Делмар — дочь Ирийского посла, которая прибыла к нам вместе с отцом”.

Отлично, теперь еще и дочь посла. Местные прелестницы закончились, значит.

“Так же нашей редакции стало известно, что дата свадьбы дочери лорда Ферли, Лорейн, и младшего лорда Энтони Блауна, назначена. Но кто получит руку и сердце самого лорда Ферли? На это вы можете сделать ставку уже сейчас, сумма выигрыша не ограничена!”

Сглотнув, я провела кончиками пальцев по имени Лорейн. Все-таки свадьба с Энтони. Надеюсь, она счастлива, а ее платье будет красивым, как она всегда и мечтала. Моя девочка.

Как же я скучала по ней, по Тео. Как хотела поговорить, обнять. Но, если Тео отделывался от меня скупыми отписками, то Лорейн вовсе не ответила за пять лет ни на одно мое письмо. Я сомневалась, что она вообще их читает.

Наверное, это ее право — на меня обижаться. Наверное, ей так будет лучше. Если я не буду мешать.

Я закусила губу, и тут в дверь постучали.

— О, леди Элла, вы тут! — обрадовался мистер Гаррет, заглянув внутрь, и прикрыл рукой шрам. — А Лина?..

— Она внизу.

Он всегда о ней спрашивал. И всегда, когда она была рядом, закрывал рукой шрам, чтобы ее не пугать. Вряд ли Лина это замечала, она так, кажется, ни разу и не посмотрела ему в лицо, всегда опускала взгляд, пока он рядом.

— А… — Он опустил руку и разочарованно вздохнул. — Леди, тут такое дело… Примите вы уже меры, ну! Это ни в какие ворота не лезет! А что это у вас? — Мистер Гаррет прищурился, увидев газету. — Опять на бывшего мужа смотрите?

Главa 29

Вздрогнув, я спрятала газету за спину и выпалила:

— Нет!

Проклятие.

Судя по ехидному прищуру мистера Гаррета, мое восклицание его не обмануло.

— А я так и знал, что вас с этой газетой застану.

Откуда?! Даже я не знала. Это все просто… просто возмутительно! Что он себе позволяет?

— Вы по поводу накладных? — кивнула я на бумаги в его руках. — Оставляйте, я подпишу и сама отнесу в мэрию. У меня много дел.

Разумеется, мы выписывали продукты для школы исключительно у мистера Гаррета. За прошедшие годы его лавка здорово разрослась, он теперь покупал у фермеров не только овощи, но и сыры, и копченое мясо, и специи, и множество других нужных горожанам вещей.

Мистер Гаррет даже открыл филиал в соседнем городе — я не могла не думать о том, что работа для него в какой-то момент заменила сидр, но держала свое мнение при себе. В конце концов, сейчас ему было намного лучше, чем пять лет назад. Он лучился силой и даже начал искать общий язык с Мэгги, которую после смерти его жены воспитывали в основном наставницы и няньки.

Конечно, приятно было думать, что так сильно на него повлияла я и, может, еще немного моя аджика, которая стала хитом продаж.

Но я точно знала, что дело было в другом.

— Подождут ваши дела. Слушайте, леди…

— Я не леди.

Мистер Гаррет закатил глаза. Даже от такого крохотного движения шрам на правой стороне его лица пришел в движение, как будто был живым. Я уже знала, что мистер Гаррет получил его во время того пожара. Он пытался спасти жену, но напоролся на раскаленный гвоздь и порвал кожу на лице. Жену из огня мистер Гаррет все-таки смог вынести, но для нее было слишком поздно.

Пожар случился из-за незакрытой заслонки печи, но — это произошло в марте. Я никак не могла взять в толк, зачем жене мистера Гаррет понадобилось топить в марте, когда погода уже достаточно теплая.

— Слушайте, леди Элла, пять лет прошло. Вам пора уже жить дальше. По сторонам посмотреть. Что ж вы все как… как монашка!

— Дик, — я впервые обратилась к мистеру Гаррету, с которым у нас сложились вообще-то рабочие отношения, по имени. — Дик, мне кажется, это не ваше дело.

— Да конечно, не мое! — воскликнул он. — Но кто-то же должен вам это сказать!

Я открыла рот от удивления. И ради этого он притащился сегодня в школу?

— Я думаю, на этом наш разговор можно закончить, — своим лучшим директорским тоном сказала я и открыла дверь. — Прошу прощения, мистер Гаррет, у меня много дел.

Отвернувшись, я направилась к столу, вздернув подбородок и держа спину по-аристократически прямо.

Так-то! Все-таки есть плюсы в моем прошлом леди Ферли. Наставницы по этикету много лет назад говорили мне, что леди всегда должна быть полна достоинства, чтобы никому и в голову не пришло говорить с нею, как с прачкой.

Я надеялась, что научилась этому в совершенстве.