Анна Солейн – Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона (страница 88)

— Я только вчера понял, почему Мира не стала старостой Верхних Петушков.

Что? Какое это имеет отношение к детям и к тому, что дети сбежали? Он с ума сошел?

Но чем дольше говорил лорд Мэлори, тем сильнее у меня кровь стыла в жилах. Вот оно что. Его отец, староста, мадам Роза — все они, похоже, были связаны между собой и каждый из них был так или иначе причастен к исчезновению людей с улиц. Это в самом деле была целая сеть. Довольно прибыльная, смею предположить, даже если отбросить сомнительные особенности «Напитка живой силы».

Подозреваю, похищали, отдавали в рабство или убивали не только маленьких магов, но и необученных взрослых волшебников, и обычных детей, которые становились дорогими игрушками для «особых» клиентов мадам Розы. От отвращения меня передернуло.

Но и другие люди ведь тоже пропадали! К примеру, Руби, от которой до сих пор не было ни слуху, ни духу. Ее исчезновение как-то с этим связано?

По словам лорда Мэлори, с сегодняшнего дня это дело на личном контроле его величества и займутся им люди из тайной службы лорда Ривинга. Его величество приказал делать все осторожно, чтобы задержать как можно больше замешанных в происходящем мерзавцев и не дать им залечь на дно.

И все бы хорошо, если бы Эми, Хью и Рольфу не ударило в голову сбежать прямо льву в пасть.

— И ты думаешь, что дети… Седрик, староста ведь слышал рассуждения Эми о… об остальных детях. Он мог понять, что у нее есть дар.

То самое ясновидение, невероятно ценный талант как для того самого «Напитка живой силы», так и вообще. «В хозяйстве», как сказал бы лорд Мэлори. От страха за детей меня начало трусить.

Какие шансы, что староста что-то понял? Что дети в самом деле в опасности и мы не обнаружим всех троих дома у Миры, спокойно спящими на печи в обнимку с Ушастиком?

Вытаскивая зеркало из кармана юбки, я отчаянно надеялась услышать хорошие новости.

Мира, у которой сна не было ни в одном глазу, выглядела встревоженной.

— Постелыги-то твои как? — выпалила она сразу же, как я увидела ее лицо, освещенное скудными предрассветными лучами, в зеркале.

Внутри все оборвалось. Значит, дети до нее не добрались.

— Почему ты спрашиваешь?

— Неспокойно мне, — серьезно, без обычной насмешливой грубости, ответила Мира. — Как будто собирается что-то, крутит, темное такое, тяжелое. Хотелось бы списать все на старушечье нездоровье, но это явно не то. Кот этот, Ушастик ихний* еще запропастился куда-то… Не было мне проблем на старости лет!

Я подняла взгляд на лорда Мэлори, а потом в коридоре мигнула белая вспышка, запахло озоном. Чтоб его, моя магия по-прежнему ведет себя совершенно непредсказуемо, как бы я ни старалась ее обуздать.

— Об этом я и говорю, — ровно сказал лорд Мэлори. — Ты — необученный маг. И ты тоже в опасности. Поэтому ты остаешься здесь.

Он отодвинул меня от двери и положил ладонь на ручку.

*Да-да, правильно "их". Я знаю. И вы знаете. Все знаем. А Мира так говорит, когда волнуется.

Глава 37

— Об этом я и говорю, — ровно сказал лорд Мэлори. — Ты — необученный маг. И ты тоже в опасности. Поэтому ты остаешься здесь.

Он отодвинул меня от двери и положил ладонь на ручку.

Недолго думая, я отодвинула его в ответ.

— Элис…

— Да-да, — согласилась я, открывая дверь и шагая вперед. — Я буду сидеть здесь и ждать у моря погоды, пока ты пойдешь добывать мамонта.

— Кого?

— Неважно.

Я вышла на крыльцо, под куцый свет уличного фонаря, и лорд Мэлори тут же дернул меня назад.

— Я как-то неясно выразился?

Гидеон хрустнул орешком, и я покачала головой.

— Что ты собираешься делать?

Он прищурился, и по выражению лица я поняла, что осталось примерно секунд пять до того момента, как меня запрут в доме силой.

— Нет, я серьезно, что ты собираешься делать? У тебя есть план?

— Начну с разговора со старостой.

— А если он не захочет говорить?

Лорд Мэлори плотоядно ухмыльнулся:

— Элис. Ты даже представить не можешь, как я умею убеждать.

Это как-то связано с переломами пальцев? Ладно, допустим. Десять весомых аргументов у нас есть, а если применить фантазию и обратить взгляд ниже — то все двацдать.

Я качнула головой и попыталась собрать мысли в кучу. Итак, что мы имеем? Ничего мы не имеем. Как только все закончится, я оторву всем троим детям головы, запру их для профилактики дома на месяц, а лучше на два, а одновременно с этим займусь тем, чтобы придумать артефакт наподобие знакомого мне маячка на смартфоне, чтобы всегда иметь возможность узнать, где носит любимое чадо.

— Послушай… — начала я и замолчала.

Лорд Мэлори приложил два пальца к виску, замер, а затем ругнулся. Его глаза полыхнули драконьим огнем.

— Что…

— Мать его, чтоб он провалился. Староста куда-то пропал, нашел время, — он открыл дверь, вылетел наружу и бросил одиноко стоящему на лужайке охраннику: — Присмотри на ними.

— Да, сэр, — испуганно выпалил тот.

По коже лорда Мэлори пробежала рябь, похожая на чешую. Собирается обратиться?

Я не гордилась тем, что сделала дальше. Но я сбежала с крыльца и, собрав воедино все свое умение управлять драконьей магией, ударила его в спину. Он на секунду замер, и этой секунды мне хватило, чтобы его догнать и уронить в траву.

Нет, последнее — случайно. Но так даже лучше.

— Элис! Что ты творишь! Не то чтобы я был против того, что ты сверху…

Он скосил взгляд в сторону от моего лица — уверена, это охранник подобрался поближе.

— А что мне еще делать, если по-другому ты меня не слушаешь? — возмутилась я. — Как мимо одной из своих поклонниц прошел, мне только и остается, что слюни пускать!

— А ты пускаешь?

Я закатила глаза.

— Что ты собираешься делать? Староста пропал, больше никаких ниточек у тебя нет. Сравняешь все с землей?

— Если потребуется. А сейчас будь добра…

Он стиснул мои плечи, пытаясь скинуть, но я только сильнее сжала коленями его бедра, прижимая к земле.

— У меня есть идея получше.

— Элис…

— Седрик, — перебила я и, глубоко вдохнув, заговорила: — У нас не так много информации, и она вся — хреновая. Дети сбежали, Мира со своим даром ясновидения за них тревожится и даже забыла меня обматерить, это значит… значит…

Я не смогла договорить.

— Я вытащу их. Даже если после этого придется отстраивать всю деревню заново, а допрашивать будет некого.

— Об этом я и говорю, — медленно произнесла я. — Седрик, староста куда-то пропал — у нас не осталось ни одной ниточки, чтобы подобраться к этим уродам поближе и не наделать шума. Мы знаем только то, что они в деревне. И что у них… у них мои дети. — Которым я еще всыплю по первое число. — Что, если… что, если эти уроды поймут, что их накрыли и что-то сделают с… детьми? С Эми? Ты сам говорил, что они… они не обязательно должны быть живы…

В скудном свете лампы выражение лица Седрика почти не изменилось, только его руки на моих плечах сжались сильнее.

— Чем раньше ты с меня слезешь, тем быстрее я окажусь в деревне и…

— У меня есть идея получше, — призналась я и буквально почувствовала кожей его недоверчивый взгляд. — Дело в том… Есть кое-что, что я тебе не рассказала.