Анна Солейн – Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона (страница 59)

— Я не ваша женщина, лорд Мэлори. И становиться ею не собираюсь.

Она захлопнула дверь, но от меня все равно не укрылось то, что Элис… на меня реагировала. У драконов было тончайшее чутье, так что я отлично чувствовал, как ее дыхание сбивается, если я оказываюсь рядом, как меняется ее запах, как она вздрагивает и как приоткрываются ее губы.

Ее ко мне тянуло.

— Язва.

— Самовлюбленный болван! — прозвучало из-за двери.

Я ухмыльнулся, отлепляясь от стены, в которую она меня впечатала. Не слишком сильно, считай приласкала. Все-таки она ко мне неравнодушна, как ни крути.

Утром мое хорошее настроение растворилось без следа.

— Что значит — пропал очередной ребенок?

Грег пожал плечами. Он был начальником моей охраны уже много лет, и больше всего я ценил его за немногословность и умение быстро соображать. Вот и сейчас он не подвел.

— Мы пока не уверены, но вы сказали докладывать обо всем подозрительном — вот мы и докладываем. Утром одна женщина подняла тревогу — у нее неделю назад пропал сын. Говорит, магичил понемногу.

— Почему только через неделю?

— Так протрезвела, сэр. Могу идти?

— Иди. Отправь людей поговорить с владельцем «Сладких грез» — сегодня же. И, на всякий случай, этих, из тайной службы, одних не пускай ходить. Ты понял.

Грег кивнул, и тут дверь открылась.

— Ой! — вздрогнула Элис. — Прошу прощения, лорд Мэлори, мне сказали, вы один.

— Останься.

Я спрятал ухмылку. И правда ведь удивилась, хотя я бы скорее заподозрил хитрый трюк, чтобы отвлечь меня от дел. Но Элис явно была не из тех, кто хотел бы меня от чего бы то ни было отвлекать.

— До свидания, сэр, — наклонил голову Грег, невозмутимо поклонился Элис, умудрившись все равно обшарить ее фигуру любопытным взглядом.

Да уж. Не истинная, а событие. Я опустил взгляд — но не смог увидеть метку, потому что запястье Элис было перемотано повязкой, как и всегда.

— Лорд Мэлори, я хотела узнать, будете ли вы так любезны провести для меня урок.

Какая вежливая! Явно ведь неспроста. Подчеркивает то, что между нами ничего общего, кроме сделки.

— Позже, — качнул я головой. — Сейчас я должен съездить в школу, у меня накопились дела.

Она кивнула и нахмурилась. Я дернул головой и добавил:

— Пропал еще один мальчик. Я подумал, тебе стоит знать.

Элис вздрогнула и потянулась к карману простой темно-коричневой юбки, где носила зеркало-артефакт.

— Кто? Где?

— В столице, — ответил я, и она облегченно выдохнула.

Я не мог ее в этом обвинять.

— Мои люди выясняют детали.

Она кивнула, очевидно пытаясь успокоиться. Какая же она красивая! И, назло мне, продолжает ходить в своих рабочих вещах, простых блузках и юбках.

Как будто я не могу скупить для нее все шелка столицы и оплатить услуги лучших портних.

Вдруг на лице Элис появилось любопытное выражение.

— Ваши люди?

— Вас что-то удивляет?

— Ваши люди здесь, в Верхних Петушках, топчут грядки Миры, наверняка — еще где-то. У вас много… наемников. Вам можно иметь свои… как это правильно… вооруженные отряды? Верных только вам специально обученных людей?

Я ухмыльнулся. Зрит в корень. Как я мог принять ее за дурочку? Но ведь… клянусь, у нее даже взгляд сейчас другой, не такой, как был в нашу первую встречу.

Оставалось только смириться с тем, что я окончательно запутался в этой женщине и, похоже, плыть по течению. Ответы мне никто не собирался давать.

Но это не меняет того, что, как только я увижу того, о ком Элис так трепетно спрашивала, я сверну ему шею.

Она моя.

— Как правило, нельзя. Но мой случай немного отличается. Ты идешь со мной?

Не знаю, зачем я это предложил, на согласие уж точно не рассчитывал. Просто не хотелось выпускать Элис из поля зрения.

— Да, — неожиданно выпалила сказала она. — Любопытно, какие у вас там порядки, раз Рольф готов на все, лишь бы не возвращаться.

Я скрипнул зубами. Эта шпилька была заслуженной. Такие «порядки» меня самого не устраивали — и, как ни старался, я не мог уследить за всем. Особенно если где-то разворачивалась травля, которую кто-то из нанятых мною людей вдруг считал «чем-то нормальным».

— Буду рад узнать твое мнение. Идем.

Элис прищурилась, но я, по правде говоря, не шутил. Она умна, это мы уже выяснили. А я готов был схватиться даже за соломинку.

— Проходи.

Стоило завести этот разговор хотя бы ради того, чтобы посмотреть, как вытянулось ее лицо. Правда, приоткрытые губы еще сильнее захотелось поцеловать.

Мы вышли за порог особняка, и я с наслаждением втянул носом воздух. Элис пошатнулась и схватилась за косяк.

— Что с тобой?

— Лорд Мэлори, — выдавила она. — Вы… дело в доме? Вам достаточно из него выйти, чтобы боль перестала быть такой невыносимой? Почему вы вообще там живете?

Элис

Насколько тяжело мне было находиться в доме, я поняла, только переступив порог входной двери. Солнце ударило в глаза, я глубоко вдохнула удивительно легкий воздух и едва устояла на ногах, схватившись за косяк. Так вот, почему мне было так плохо! Вот, почему я едва не падала и чувствовала себя как после долгой болезни!

— Что с тобой?

Голос лорда Мэлори звучал обеспокоенно, он поддержал меня под локоть — и от этого по коже, несмотря на все остальное, пробежали мурашки.

Вот ведь… ситуация. Когда же я научусь спокойно реагировать на его прикосновения? А он когда научится держать руки при себе? Оба вопроса риторические.

— Лорд Мэлори, — хрипло произнесла я. — Вы… дело в доме? Вам достаточно из него выйти, чтобы боль перестала быть такой невыносимой? Почему вы вообще там живете?

Я приложила руку к груди, пытаясь втянуть в легкие побольше воздуха. Только сейчас я поняла, как мне его не хватало до сих пор!

Мне не было больно в том смысле, который обычно вкладывают в это слово. Я скорее ощущала чужие муки, как если бы кто-то близкий мне сказал, что плохо себя чувствует — и я не смогла бы не принять это близко к сердцу.

Так работала наша связь, которая вдруг решила окрепнуть, как пояснил лорд Мэлори.

Но он, мать его, не упомянул о том, что ему больно — постоянно. Фоновая боль, которую я затруднялась бы описать словами. Ощущение было таким, как будто мое тело разрывалось в разные стороны от невидимой силы, а я изо всех сил пыталась удержать ее внутри, как огромный огненный шар, который сжигал заживо все внутренности.

Я не сразу поняла, что, стоит ему переступить порог этого дома, особняка Мэлори, боль становится такой сильной, что даже меня выбивала из колеи.

А что чувствует он? Он ведь еще и живет здесь, постоянно! В прошлый раз, до того, как наша связь установилась, я такого не чувствовала…

Выражение лица лорда Мэлори было обеспокоенным — и всего то. Да он должен кричать и по полу кататься от такого! Но нет. Темные волосы, обычно зачесанные назад, сейчас были слегка встрепанными. Неизменный черный костюм-тройка, жилетка и пиджак — небрежно расстегнуты.

На острых скулах и подбородке — тень от щетины.

Должно быть, из-за утреннего разговора не успел привести себя в порядок, хотя рубашка все равно была белоснежной и кристально чистой. Не говоря уже об идеально прямой спине. Да… как⁈ Как он умудряется в таком состоянии вообще стоять⁈