Анна Солейн – Красавица и Ректор: расколдовать любой ценой (страница 32)

Все это не давало мне покоя, как будто… как будто мне было какое-то дело до ректора Стортона и до его жизни.

Нет. Я просто должна разоблачить убийцу. Во всяком случае, сделать все, что в моих силах.

Драконья земля… что за драконовы земли? Кажется, Томас говорил, что мужем мадам Кэри был дракон. Нужно узнать об этом у нее? Но как?

От злости я опять постучала себя по голове и вскочила. Я ненавидела ситуации, в которых чувствовала себя глупой. Я не знала простейших вещей, которые знали все аристократы. Например, того, что остров, где мы живем, — не единственная земля в мире.

Драконья земля… До заката, когда я должна буду подняться в кабинет ректора, оставалось совсем немного времени. Но не спрашивать же об этом у ректора Стортона?

Или спросить?..

Глава 25

Так ничего и не придумав, я направилась в кабинет ректора — пока, по крайней мере, он снова не начал меня искать по всей академии и говорить, что я «нужна ему на ночь».

— Снова вы опаздываете, Танг! — рыкнул ректор Стортон, стоило мне войти в его кабинет.

Ого! Кое-кто сегодня не в духе. Пришла я вовремя, учитывая, что ректор Стортон все еще был человеком.

— Прошу прощения, сэр, — ответила я и заслужила еще один гневный взгляд.

Видимо, поводы придираться ко мне у ректора Стортона на этом закончились, потому что он, подойдя к двери, молча подал мне руку и потянулся к шкатулке с крылоключом. В этот раз мы успели добраться до поместья намного раньше, чем зашло солнце, так что превращался в монстра ректор Стортон уже без меня — видимо, в своих покоях.

Радостный Дрангур пояснил, что «Олли всегда был стеснительным». Это ректор Стортон? Стеснительным? Да уж.

Не знаю, какая муха укусила ректора Стортона в тот день, но он почти не говорил со мной — не то чтобы я расстраивалась по этому поводу. После ужина я попросила разрешения пройти в библиотеку и ужасно обрадовалась, когда ректор Стортон сказал, что «присоединится ко мне после того, как закончит с делами».

Блаженство!

Может, в его библиотеке есть карты, и оттуда я смогу узнать, что такое эта Драконья земля? Главное — понять, как их найти.

К сожалению, мои поиски не увенчались успехом. В основном потому, что первая же случайно вытащенная мною с полки книга оказалась книгой о феях, и я уже не смогла с ней расстаться. Это были истории, которые записал кто-то из далеких предков ректора Стортона. Его звали Джо, и он объездил весь остров и описал все подробнейшим образом! Правда, я была уверена, что главу о том, как королева фей едва не отреклась от престола, чтобы стать его женой, он все-таки выдумал. Пожалуй, самовлюбленность — фамильная черта Стортонов.

— Кто разрешил вам взять книгу без спроса?

От злобного рычания, кажется, затряслись стены.

Я подпрыгнула от испуга и едва не уронила увесистый том, который держала в руках. Я так им увлеклась, что даже не удосужилась дойти до кресла — так и стояла у шкафа, переворачивая страницу за страницей.

— Вы не запрещали брать книги, кроме тех, что в дальнем шкафу. А это — обычный шкаф. Вы сказали — можно.

Ректор Стортон осекся, а затем пролетел мимо меня, злобно помахивая пушистым хвостом. Специально для него в объемной мантии из дорогой ткани была грубо прорезана дыра.

— Что вы там стоите, Танг? — раздался голос из-за стеллажей.

— Знаете что! — воскликнула я, нагоняя его и вставая у ректора на пути. Чтобы с ним разговаривать, мне пришлось запрокинуть голову. — Это недопустимо! Вы не можете так со мной обращаться!

— Из-за вас я стал чудовищем!

— А я вынуждена проводить с вами время! Это, знаете ли, не лучше!

Ректор открыл рот, который выглядел как наполненная острыми клыками звериная пасть, и тут же закрыл его. С громким клацаньем.

— Да знаете что, Танг… Да знаете… Читайте свою книгу!

— Ну и отлично. Сэр!

Прижав мемуары его предка к груди, я прошествовала к креслу у камина, села в него с идеально прямой спиной и принялась за чтение. Слова больше не скажу!

Ректор Стортон тяжело опустился в кресло напротив и скрестил на могучей груди огромные лапы. Ткань мантии угрожающе натянулась. Я хранила молчание.

— Я прошу прощения, Уннер. Это было недопустимо. Порой я бываю… невыносим.

От удивления я открыла рот. Опять извиняется? Признал, что он невыносим? Ничего себе. Я, пожалуй, теперь тоже могу написать мемуары. Что там какой-то смертный, который чуть не женился на королеве фей! Вот целых два извинения от ректора Стортона — это я понимаю, достижение.

— Интересуетесь историей? — Он кивнул на книгу. — Должен предупредить, что мемуары моего предка — не самый надежный источник.

Я пожала плечами.

— Скорее географией.

Сердце пропустило удар. Может, получится узнать о Драконьей земле у самого ректора?

— Вот как? И что же вас интересует? Какая часть острова? Мидленд? Боюсь, мой предок был не слишком внимателен и в этом вопросе. Хотя, безусловно, его истории весьма… увлекательны.

К щекам прилила краска. Я понятия не имела, что такое Мидленд. Все мои знания о географии ограничивались тем, что от столицы до моей родной деревни ехать ровно день по Малой дороге, что рядом с моей деревней есть еще четыре селения поменьше и одно — большое, почти город, где проходят ярмарки. Больше я ничего не знала. В библиотеке академии карт не было, а Ирма тоже была плохим помощником. Время от времени, читая книги, я натыкалась на названия городов и мест, но они мне ни о чем не говорили.

— Уннер? Что случилось? Я сказал что-то не то?

Я покачала головой. Снова выставлять себя идиоткой не хотелось.

Ректор Стортон дернул рукой (или передней лапой? я никак не могла решить, какое слово здесь подходит больше), потом еще раз, как будто пытался дотянуться до головы и не мог.

— Да проклятущая жабья икра, чтоб низвергнутые ее на костре жарили!

Ого!

— Что-то случилось? — морнула я.

— В этой форме, Уннер, — проворчал ректор, замирая и выпрямляясь, как положено аристократу, — мои возможности весьма ограничены. Я не могу почесать даже свое ухо. Руки просто не сгибаются под нужным углом. Да чтоб гримы это все пожрали!

Он снова дернулся и зарычал, сейчас до ужаса напоминая кота.

— Может, попробуете ногой, сэр? В смысле… задней лапой?

Кажется, именно так чешутся кошки. Задней лапой, свернувшись в клубок. Ответом мне был весьма красноречивый взгляд. Встав с кресла, я подошла к ректору Стортону и замерла.

Я об этом, конечно, пожалею, но это будет потом.

— Вот тут?

Я положила ладонь на тонкий кончик покрытого крохотными тонкими волосками уха с острым кончиком и розовой изнанкой. Ожидала, что мне станет противно, но ничего такого не случилось.

Библиотеку наполнил странный звук, вибрирующий. Это что, мурчание?

Ректор Стортон… мурчит⁈

Не успела я как следует этому удивиться, как он вскочил, схватил меня за плечи и приблизил свое лицо к моему. Синие глаза, кажется, заслонили собой весь мир.

Глава 26

Секунды текли одна за другой, никто из нас не двигался. Я смотрела в глаза ректора Стортона, рассматривала покрывающую его лицо шерсть, растрепавшуюся гриву кудрявых волос, он — тоже, наверное, что-то выискивал во мне, потому что взгляд его был жадным и каким-то яростным.

— Не прикасайтесь ко мне! — неожиданное рычание пробрало до самых костей.

Не то чтобы я ожидала услышать что-то другое, но стало обидно. Ему что, настолько неприятно? Это из-за всех этих сплетен, которые ходят обо мне в академии? Нос защипало, и я приказала себе не плакать.

— Знаете что, ректор Стортон! Мне тоже не доставляет ни малейшего удовольствия иметь с вами дело! Но лучше я помогу решить вашу… небольшую проблему, чем буду терпеть ваше дурное настроение весь вечер!

Я попыталась скрестить руки на груди, но сделать этого не вышло: ректор Стортон все еще держал меня за плечи, удивительно аккуратно, учитывая величину его лап и прилагающихся к ним когтей.

Опустив взгляд, он вздрогнул, как будто только сейчас понял, где находятся его руки.

— Можете вернуться к чтению, Танг, — сказал он, отступив на шаг и спрятав ладони за спину.

— С радостью, — церемонно кивнула я и села в кресло. — Надеюсь, вас в ухо укусит комар.

— Да чтоб вас, Танг, только что перестало чесаться! Зачем вы напомнили⁈