Анна Солейн – Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон! (страница 108)

— Мне стоило догадаться о том, что ты — это не она, еще когда я увидел твою комнату. Ивари, которая продала платья, — абсурд. — Он помолчал. — Что с ней случилось? Я не смог полюбить ее, как жену, но она не была мне безразлична. Это… Мне не хочется об этом думать, кем бы она ни была, я не желал ей зла. Она… погибла, я верно понял? Поэтому ты смогла оказаться в ее теле?

Я отстранилась.

— Ты говорил… Ты говорил, что Ивари пыталась отравиться. Это правда? Обвинял ее в этом.

Он фыркнул.

— Вряд ли отравиться. Ивари любила театральные жесты, и себя тоже любила. Скорее всего это было попыткой меня разжалобить, привлечь внимание и получить прощение.

Качнув головой, я отступила на шаг — Алан не стал мешать, и от этого, на удивление, стало спокойно. Все-таки я терпеть не могла, когда на меня пытаются давить, даже в мелочах.

— Иви?

— Я не продавала платья, — медленно сказала я. — Когда я ехала сюда, на карету напали и украли их.

— Что ты сказала?

— Меня пытались убить — кажется, я умерла бы, если бы не была неблагой, мы все-таки крепче обычных людей.

Преодолев разделяющее нас расстояние, Алан дернул меня за плечо и развернул к себе:

— Какого хрена ты говоришь мне об этом только сейчас?! Тебя пытались убить?

— Прости, как-то из головы вылетело, — повинилась я. — Что? Ну правда. К тому же… ночь, безлюдная дорога, — чего еще ждать, кроме ограбления? Но то, что ты рассказал… Ты же не просто так здесь оказался, да? Весь пораненный. На тебя напали, верно?

— Какое это имеет значение? Я генерал армии и правая рука короля. Если бы меня не пытались убить и не плели против меня заговоры, я бы счел это личным оскорблением. Я считал, что Ивари — вернее, ты, — вы этом замешана. Потому что из-за связи истинности, которая то появлялась, то исчезала, буквально сходил с ума.

Я кивнула.

— Об этом я и говорю. Возможно, она в самом деле была в этом замешана. Что, если Ивари не купила приворотное зелье — что, если его ей подсунули?

Он молчал и хмурился. В комнате было уже светло, я отлично видела задумчивое выражение его лица.

— Ты хочешь сказать, что руками Ивари меня пытались отравить?

— Именно. Причем за всем этим стоял кто-то, кто отлично знал ее, тебя и понимал, с какой стороны подойти к наивной девочке. А ее саму попытались убрать, как только попытка провалилась — чтобы не смогла разболтать тебе лишнего. Она не пыталась отравиться. Ее убили.

Алан сжал зубы.

— Твари. Это значит, что…

— Что потом Ивари попытались убрать еще раз — напав на карету. И в курсе кто-то из твоих домашних. Потому что…

— Потому что только кто-то из домашних мог знать, что ты, дорогая моя, поехала не в монастырь, а в этот дом. В чьем присутствии ты об этом говорила?

Я закусила губу.

— Всего пару человек слышало. Это… — Я задумалась, вспоминая все в подробностях, и тут снаружи раздались громкие рассерженные голоса. Мигнула вспышка магии, яркая, как молния. — Что за черт?!

Обернувшись, я уставилась в окно и обомлела.

Глава 46

— Что там? — подошел ближе Алан. — И что такое “чер…” Да мать их, они там совсем охренели?

Снова мигнула вспышка, которая на миг меня ослепила. Проморгавшись, я уставилась на небольшую толпу, собравшуюся за пределами защитного купола. В двух грузных фигурах я узнала мэра Освальда и Долорес, за их спинами взволнованно переговаривались горожане, а еще… еще рядом стояли трое человек в форме. Не похожи на полицейских. И… они что, неблагие? Почему они какими-то вспышками атакуют мой купол?

Видимо, с утра я соображала медленно, раз не могла сложить два и два. Каждая новая сверкающая атака высвечивала толпу людей, которые кричали, спорили, выясняли между собой отношения.

Что за…

— Иви, — позвал Алан. — Так кто, ты говоришь, из моих домашних слышал про то, что в монастырь ты не едешь?

Я обернулась.

— Может, мы… позже поговорим. — Очередная вспышка — и всплеск криков. Я вздрогнула. — Алан, кто это?..

— Боюсь, лучше выяснить все сейчас, — пробормотал он. — Чтобы я лучше понимал обстановку. Сможешь вспомнить?

Я совсем растерялась из-за мягкого в самом деле вопросительного тона. Он погладил меня по руке — по запястью, тому самому, где под куполом все еще пряталась метка.

Прикосновение было аккуратным и нежным.

— Я… — Я закусила губу. — Я точно знаю, что слышал кучер — это очевидно. После того ограбления он исчез. Тогда-то я и заподозрила, что все… не так просто. А еще… если честно, даже неловко как-то говорить.

Вдруг он подумает, что я вру?

— Кэтрин? — напряженно спросил Алан. — Моя сестра? Если так, то этот вариант сразу можно отбросить, потому что…

— Что? Нет! Ее рядом вообще не было. А вот дворецкий — был. Ги, кажется.

Я замолчала. Серьезно, как-то даже неловко. Убийца — дворецкий!

Но мне повезло, что Алан был не в курсе законов детективного жанра, так что даже не подумал усомниться в моих словах.

— Дворецкий, значит. Отлично. Язык у него на месте — все мне расскажет. Пойдешь со мной или подождешь здесь?

Он погладил меня по плечам.

— Куда? Алан, там… ты видишь, там…

Там люди, которые явно пытаются пробить мой защитный купол.

— Именно. Твои защитные барьеры, конечно, внушают уважение, но я думаю, трое драконов, которых притащил этот боров, рано или поздно его все-таки пробьют.

— Драк… Ах, вот оно что.

Вот, почему горожане, мэр и Долорес стояли рядом на одной стороне с теми, кто применял магию. Драконы! Ну конечно. Это не неблагие. Это же другое.

— Оставайся лучше здесь, я сейчас.

Я не успела ничего ответить, и Алан вылетел из комнаты. Я поспешила следом, на ходу проверяя платье. Застегнуто оно было слегка криво — ну и плевать.

Сонные Мелисса и Софи вышли из детской комнаты в холл, напряженный Юджин смотрел в проем открытой входной двери, из которого только что вышел Алан. Хотя, судя по походке, генерал Реннер.

— Леди Иви! — встрепенулся Юджин. — Там…

— Вижу. Смотри, чтобы дети никуда не выходили, — попросила я. — И оденьтесь, холодно!

С улицы тянуло осенним утренним морозом, трава была посеребренной — скоро зима, как ни крути. Середина осени прошла.

— Там драконы! — выпалил Юджин. — Вы видели?! Леди Иви!

— Так Алан ведь тоже дракон, — отпарировала Мелисса и обернулась к Софи. — Что? Зачем ты пихаешь меня локтем? Здесь нет младших, а остальные в курсе! Это моя пьеса их так взволновала?

— Я смотрю, ты довольна? — краем глаза ухмыльнулась я.

У Мелиссы хватило совести опустить глаза и приняться смущенно теребить кончик черной косы.

В этот момент мой защитный купол в очередной раз пошел рябью, вспыхнул — и стало не до шуток. Что им нужно? Зачем они ломятся к дому?

Прибью! Хоть кто-то обидит моих детей — создам огромный и твердый защитный купол, а потом запихаю прямо в задницы так глубоко, что до самых гланд достанет! И…

— Мать твою! — ругнулась я, споткнувшись на пороге.

— А леди Иви ругается! — восхитилась Мелисса.

Она невыносима.