Анна Снегова – Одержимость Фенрира (страница 11)
Аннотация:
Валькириям запрещено касаться земных мужчин. Валькириям запрещено любить. Лишь тяжесть копья в руке, лишь пепел и кровь – их удел. Но повинуясь велению древней богини, одна из них приходит в наш мир с особым заданием. И находит то, что становится для неё дороже крыльев.
Читать книгу можно ВОТ ЗДЕСЬ!
4) Последний двоедушник - 25.12 и 26.12 скидка -29%, за 99 рублей!
Аннотация:
Двоедушники... Из глубин тысячелетий донесла до наших дней древняя славянская легенда весть об этих бессмертных существах, притаившихся в ночи. Чтобы выжить, ему мало своей души - нужна ещё одна. Быть может, твоя?.. Ты не спрячешься от него, когда в городе погаснет свет и тьма убаюкает твои сны. Лунное мерцание твоих белокурых волос, рассыпавшихся по подушке - маяк для него. Трепет ресниц и сонное дыхание - его любимая музыка. Он не хочет причинять тебе вред - он просто хочет жить. А значит, с каждой ночью новая капля твоей души будет перетекать в него... пока от тебя не останется лишь пустая оболочка. Если ты не проснёшься. Если не найдёшь единственное оружие, способное ранить его собственную душу.
Читать книгу можно ВОТ ЗДЕСЬ!
5) Реки, текущие вспять - 25.12 и 26.12 скидка -25%, за 89 рублей!
Аннотация:
Их разделяло больше чем время. Они просто не должны были встретиться. Потомственная волхва из тех веков, когда сказка была явью, и парень из детдома, который давно не верит в сказки. Но может в этот раз их пути пересекутся - когда на перекрёстках миров остановятся часы. Когда реки потекут вспять…
Читать книгу можно ВОТ ЗДЕСЬ!
Глава 10
Глава 10
Я проснулась и неподвижно смотрела в распахнутое окно, за которым темнела тихая ночь, пока не поняла, что же не так.
Впервые за долгое время я не слышала вой этого волка во сне.
Рывком села в постели. Привычно уже поговорила с сердцем, усмиряя его бешеный бег, который отдавался пульсирующими уколами где-то под рёбра.
Что бы это всё значило? Мне больше не будут сниться эти сны? Что-то… изменилось?
Я откинула одеяло и встала. Спать больше не хотелось. Зажгла свечи и села перед мольбертом. Окунула кисть в краску… и выпала из реальности. Дальше моей рукой словно вело что-то, что было выше меня. Мазки ложились на холст ровно, чётко, быстро.
Я рисовала и рисовала… в одной ночной сорочке, даже не одеваясь… боясь потратить время даже на то, чтобы глотнуть воды… как одержимая.
До самого рассвета.
А на рассвете, потирая уставшие, покрасневшие глаза, с удивлением смотрела на то, что вышло из-под моих рук. Как будто не я это сделала. Свечи оплыли до самого краешка, растеклись по бронзовой подставке восковыми слезами.
Большой лохматый белый волк поднимал к луне свою морду. Его мех казался таким настоящим, что мне хотелось запустить в него пальцы.
Отложив кисть, я уперла локти в колени и уронила подбородок в ладони. Пальцы были перепачканы краской, но мне было всё равно. Я чувствовала такое счастье, какого не испытывала уже давно.
Моя картина была готова.
И это совершенно точно, лучшее из того, что я написала.
Но я по-прежнему не хотела никому её показывать. Этот волк – только мой.
***
До сих пор эхом в голове слова отца. Он говорит так тихо и через силу, что я вижу, каким трудом ему это даётся. Поэтому конечно же, отвечаю, что мне и самой не очень-то хотелось. Я не люблю чужих и боюсь толпы. Мне хорошо дома. Отец делает вид, что верит. Я знаю, что боль за меня станет отравлять ему праздник.
Сегодня свадьба Фрейи. Вечером, под голубой луной, друид обвенчает их с моим братом в священной роще. Потом начнётся пир в долине до самого утра, на который приглашён, кажется, весь Таарн. Все, кроме меня. Но я не в обиде. Правда. Я не стану расстраиваться. Совсем. Вот ни капельки.
И всё же, когда весь дом оживает, взбудораженный до предела, по коридорам туда-сюда носятся мои братья и сестра, все начинают собираться, чтобы уйти на праздник, Фрейя в ослепительно прекрасном белом платье принимается нервничать из-за того, не завянут ли у неё живые фрезии в волосах… понимаю.
Что я всё бы отдала, чтоб хоть на минуту стать частью общего праздника и общего веселья.
Мне так хочется сегодня ночью быть там.
***
Всё труднее становится переставлять лапы, но я упрямо бегу вперёд.
Рассвет четвёртого дня встречаю где-то неподалёку от того места, где сдохла Асура. У меня ещё целый день в запасе. Вождь Таарна писал, что церемония начнётся по таарнским обычаям, когда взойдёт луна. Весь вопрос – успею или не успею.
Я почти не спал и отвлекался только на то, чтобы глотнуть снега или поймать какую-нибудь не слишком расторопную куропатку. Когда преодолел границу вечной зимы, резко и подозрительно быстро попал обратно в лето. В который раз убедился, что холод и снег на землях вокруг Гримгоста, да и в самих Вечных горах, имеют всё же магическую природу.
По зелёным землям дело пошло быстрее.
Конечно, основательно напугал всех встречных-поперечных местных жителей, а они чем дальше на юг, тем попадались чаще. Земли вокруг Таарна вообще довольно густо заселены.
В Долину ванов не забегал, не тратил время. Но когда мой путь пролегал мимо того места, где едва не схлестнулись в битве два наших народа, невольно притормозил. Многие не вернулись бы домой, если бы сумасшедшую старуху тогда не остановили.
Иногда я думаю, как бы сложилась моя судьба, будь Асура на троне. Ведь старая карга могла бы править ещё бесконечно долго. Она подпитывала себя волшебной водой из источника Мимира, и это позволяло её жизни длиться и длиться, а мерзкой душонке продолжать держаться в сморщенном теле, даже когда весь Гримгост уже считал дни до момента, когда уже она откинет копыта.
Она ушла на тот свет сама, когда её низложили собственные подданные и объявили королём меня.
Не выдержала такого унижения. Говорят, удар приключился с каргой, я сам не видел. И хорошо, что не видел. Нехорошо радоваться смерти. А я вряд ли сумел бы слишком правдоподобно грустить.
И вот странная прихоть судьбы привела меня – того, кто был всего лишь псом на цепи, - на трон бывшей хозяйки. Она небось в гробу переворачивается от злобы.
Я усмехнулся про себя. И ускорил бег.
Долину ванов огибала неширокая, но быстрая река. Искать брод было долго, и я бросился с разбегу прямиком в тёмные воды.
Чуть не поплатился за свою самонадеянность.
Течение подхватило меня, швырнуло о камни. Боль обожгла левое плечо. Я оттолкнулся лапами и выплыл, яростно глотая воздух.