Анна Ситникова – Девочка, с которой случилась жизнь. Книга 2 (страница 69)

– Тогда просто выше нос. Раз тебе это важно.

– Угу. Сай…

– Что?

– У нас все в порядке? – Наконец-то я осмелилась поднять глаза на парня.

– Вот завтра и узнаем. – Он слегка улыбнулся, сунул мне в руку жвачку, чмокнул меня в висок и, закурив, пошел в сторону другого школьного корпуса.

Отлично, моя жизнь и так пошла коту под хвост, так от меня еще и воняет, как от форменной алкоголички.

Как я дожила до дома, мне лично непонятно. Как я доживу до завтра, когда узнаю всю правду, мне тоже непонятно. Как я вообще живу с тем, что случилось – вообще вопрос на миллион. То, что мы целовались с Саймоном, должно было взорвать мой мозг, но ничего. Я будто была готова к этому уже давно. Да, в последние дни я слишком часто об этом думала, но это не значит, что раньше мне этого не хотелось. Почему же я такое чудовище? Грег просил ставить себя на его место, а я растоптала все его просьбы, надежды и планы на меня. Я просто чудовище. Как мне теперь с этим жить?

Когда я пришла домой, Саманта уже бегала по кухне в костюме мумии, перепачканной кровью (на эту кровь она извела всю мою красную акриловую краску, хотя я и уверяла ее, что кровь для мумии – явно лишнее).

– Энн! Ты же пойдешь со мной плосить угощения? Мама сегодня не может.

– Да, заяц, конечно.

– А где твой костюм?

– На мне, – буркнула я, усаживась на лестницу.

– И кто же ты?

– Самый гнусный предатель из всех существующих.

– Это как? – Саманта перестала носиться и теперь рассматривала меня с ног до головы.

– Забей, Сэм. Сейчас я переоденусь и спущусь.

В прошлом году школьный Хэллоуин был для меня настоящим праздником. Мы с подругами так долго выбирали мой первый наряд для бала, которым я поразила всех. В том числе и Грега. В этом году Анджелина предложила всем из редакции черные балахоны и маски из фильма «Крик», на что я согласилась без раздумий. Отличный костюм под мое настроение – затянуться во что-то черное и бесформенное и страдать.

Сэм было всего шесть, так что ее саму и ее подруг еще должны были сопровождать взрослые. В этом году эта честь выпала мне и чьей-то маме. По итогу эта чья-то неизвестная мне мама не смогла прийти, и таскаться за малышней пришлось только мне. Наблюдая, как семеро малышей в разномастных костюмах бегают по домам и выпрашивают конфеты, я старалась натянуть на лицо довольную улыбку. Тогда как на самом деле в душе скреблись кошки. Много кошек. Целая стая сварливых пушистиков с когтями.

Я то и дело оглядывалась по сторонам, в надежде увидеть идущего к нам Саймона. Он знал, по каким улицам мы будем попрошайничать конфеты, так что нашел бы нас без проблем. Но его не было. И я не могла быть на все сто процентов уверенной, что дело только в его занятости из-за желания Кристин прогнать еще раз все их песни для вечеринки. Вот и получилось, что из-за своей тупости я испортила свои отношения с Саймоном (иначе почему он как будто похолодел ко мне?) и растоптала отношения с Грегом. Стоило мне только представить, как я остаюсь одна, без Саймона, без Грега, как на меня накатывала такая тоска, что сил не было даже просто жить. Хотелось залезть в шкаф, закрыться там навсегда и реветь, постепенно умирая от голода и тоски. В конце концов, большего я и не заслужила.

Вечеринка была в самом разгаре. В этом году актовый зал был украшен в стиле пещеры монстров. Из каждого угла на нас смотрели ростовые куклы оборотней, йети, вампиров, Франкенштейна и еще кого-то. То тут, то там валялись муляжи разорванных человеческих тел. Комиссия по украшению бала даже не поскупилась на пенопластовые декорации каменных стен и устрашающую подсветку. Столы с напитками и угощениями стояли на небольшой платформе, окруженной наверное сотней сверкающих огненными глазами тыкв.

В принципе, я была очень рада, что сегодня мне не нужно изображать веселье, которого я не чувствую. Спрятаться за фотоаппаратом было гораздо проще. Поэтому вооружившись выносной вспышкой и камерой, которая весила килограммов пять вместе со здоровенным объективом, свой вечер я проводила, лавируя между танцующих и снимая, как счастливы все вокруг. Часто мой взгляд падал на Саймона – он, как и в прошлом году, вместе с «PoF» развлекал толпу зажигательными песнями. Не смотреть на него было пыткой. А не знать, что происходит у него в голове, было чем-то похуже пытки.

Подруги пару раз пытались вытащить меня танцевать, но я, прикрываясь работой, отказывалась. В середине вечера меня нашел Крейг в костюме то ли Зорро, то ли налетчика с Дикого Запада (а это ни одно и то же?) и попытался шутить, выспрашивать что-то про Рокси, поднять мне настроение. Но его пыл быстро угас после того, как он увидел мое лицо, выражающее, судя по всему, что-то очень говорящее.

Наконец, в перерыве между песнями, меня нашел Саймон. Как и в прошлом году, он пригласил меня выйти на задний двор. Год назад он исполнил для меня песню, из-за которой они с братом позже чуть не подрались. В этом же году я испортила все это. И его песню, и отношение Грега ко мне.

– Держи. – Саймон протянул мне стакан, усаживаясь на скамейку. – Безалкогольный.

Я чуть не рассмеялась, но вовремя сдержалась.

– После вечеринки проводишь меня домой? Останешься на ночь?

– Проводить – конечно. А насчет ночевки… Не думаю, что это хорошая идея. Давай подождем до завтра, хорошо?

Боже, он боится, что ты снова на него набросишься? Значит, он все же не готов к тому, что ты себе напридумывала! Значит, своими дурацкими поцелуями я его только оттолкнула?

Мое сердце бешено заколотилось в груди, в животе, в пятках. Я старалась не показывать виду, что сейчас задохнусь от нехватки кислорода. Если я своими пьяными поцелуями похоронила нашу дружбу и мои отношения с Грегом, мне останется только одно – наглотаться таблеток и умереть. Желательно в мучениях. Потому что жить без Саймона я не собираюсь.

– Хорошо. – Нужно сдержать слезы. Нужно сдержать.

– Эй, не хмурься. У нас все в порядке. Честно.

– Угу…

– Энни, да брось. – Он притянул меня к себе. – Все в порядке. Давай доживем до завтра.

Не бросай меня! Только не ты! – вопил мой внутренний голос. В реальности же я просто молча прижималась к Саймону, стараясь дышать им и не показывать виду, что мое сердце выбивает сто пятьдесят ударов в минуту. Если это последние наши с ним дни, я должна надышаться им. Хоть это и нереально.

– Угу.

– Так, девушка, кончай хандрить. Мне это совсем не нравится. Можешь ты, в конце концов, подождать до завтра или же нет? – Саймон говорил с улыбкой, подшучивая, но мне казалось, что сегодня все это наиграно. Я действительно напугала его своими приставаниями.

Как я вообще на это решилась!?

Дожить до окончания этой веселой вакханалии мне помогло только чудо. Стыдливо я не стала дожидаться Саймона, закинула фотоаппарат в рюкзак и сбежала. Просто сбежала подальше от самого родного для меня человека. Было почти физически больно от страха, что я натворила и что уже ничего не исправишь. Дома, кое-как стянув балахон, я прочитала смс от Саймона:

«Это глупо, Энни. Я хотел тебя проводить. Не стоило сбегать. Жду тебя завтра вечером»

Я уже готова была разреветься и серьезно продумывала вероятность выкрасть бабушкины таблетки, когда в комнате заиграла музыка моего звонка. Мне стало безумно страшно, что это звонит Грег. Но, слава Богу, это был всего лишь Ник.

– У нас с тобой сегодня годовщина знакомства, ты не забыла? – Его счастливый голос в трубке будто издевался над моей растоптанной жизнью.

– Нет, не забыла. Привет.

– Что-то случилось? Голос пришибленный.

– Я уничтожила свою жизнь.

– Правда или это женская любовь к преувеличению?

– Расскажу, как только ты приедешь в гости.

– Уверена, что мне не стоит сорваться прямо сейчас? Час, и я буду у тебя.

– Нет, спасибо. Действительно, все вполне терпит.

– Саймон с тобой?

– Нет.

– Он оставил тебя в праздничную ночь одну?

– Ник, пожалуйста, давай не будем. – Устало я опустилась на кровать. – Давай сменим тему. Эм… когда мы в следующий раз будем встречаться с твоими родителями? Наверное, нам нужно придумать для них что-то новенькое, чтобы они не думали, что твои отношения жуткая скукота.

– Уже не нужно.

– То есть?

– Прости, но, кажется, я тебя бросил.

– Это просто ужасно, мог бы хоть смску написать, – с улыбкой в голосе сказала я, расслабляясь. Слава Богу, мне больше не придется участвовать в спектакле для родителей Ника. – И что же у нас случилось?

– Во-первых, должен тебя уведомить, что мы расстались друзьями.

– В этом я и не сомневалась.

– Ага. Во-вторых, причина простая – мы не сошлись характерами. Ты слишком любишь азиатскую кухню, а я полностью, всей душой человек европейских взглядов.

– Что ж, это веская причина для расставания. Но теперь твои родители опять расстроились? И опять будут мучить тебя вопросами, когда же ты уже встретишь кого-нибудь?

– Неа, не будут.

– Почему? Они резко перехотели для тебя счастливого будущего?

– Нет, конечно. Просто… они познакомились с моей новой девушкой.

– Серьезно?

– Более чем. Ее зовут Фиона.