Анна Ситникова – Девочка, с которой случилась жизнь. Книга 1 (страница 59)

***

Запись от 19 октября, 2007

Вчерашний кошмар никак не хотел заканчиваться. Я видел, как Грег прогуливается (ПРОГУЛИВАЕТСЯ!!!) с Энн. Она держала его под руку, и они мило беседовали! Поэтому я и сорвался, наорав на нее. Она что, слепая? Она мазохистка? Она святая? Я завел ее в кладовку и пытался выяснить ответы на эти вопросы. Хотел узнать, почему она не прислушалась к крику моей души в туалете и не послала Грега куда подальше?

«Я его люблю. И буду любить дальше, пока смерть не разлучит нас» – примерно такой ответ я от нее получил. Отлично. Просто потрясающе. Грег делает ей больно, а она, несмотря на его тупость, приносит себя в жертву. Это было выше моего понимания, я наорал на нее (хоть и не собирался, хоть и не привык так яро проявлять эмоции), психанул и оставил в одиночестве. Это было ужасно – чувствовать внутри такую бурю эмоций. Не хочу повторения.

Дома я долго не мог прийти в себя, уговаривал себя успокоиться, но не получалось. А потом до меня дошло – это же просто издержки воспитания. Энн воспитали слишком доброй и… до занудства правильной. Ее романтическая натура верит в любовь на всю жизнь. Кто в 16 лет верит в любовь на всю жизнь? Блин… все верят, или не так? И кто в этом виноват? Ее мать? Дурацкие мелодрамы? Сестры Бронте 27 ? И как мне теперь ее переубеждать? Что делать?

Надеюсь, дурацкий плюшевый медведь извинится за меня. Она уже должна была его найти (я закинул его в окно). Думает ли она сейчас обо мне? Если бы я был уверен, что смогу держать себя в руках, я бы прямо сейчас направился бы к ней. Хотя бы ради того, чтобы быть с ней рядом. В любом статусе. Просто хочу смотреть на нее и верить, что она не безнадежна.

Запись от 21 октября, 2007

Было здорово провести эти выходные в мужской компании. Никаких мыслей (я старался гнать их, убегал от них, как от чумы) о девушках (точнее, об одной девушке), никаких разочарований.

Субботу я убил на автосервис (спасибо Богу, что он, автосервис, и Билли, как и Кристин, есть в моей жизни), а после работы мы выпивали (я следил за количеством пива и не перегибал планку… ведь дом Энн так близко к моему) в компании друзей Билли, которые завалились к нему прямо в мастерскую. Расположились среди запчастей на протертых диванах, обсуждали какие-то нелепые истории и пили. Это было прекрасно. Это была свобода для моей головы. Билли, раз уж он возомнил меня своим сыном, постоянно интересуется, как у меня дела с подбором девушки, на что я обычно только машу рукой, но в этот раз я добродушно послал его, чем вызвал общий смех всей компании. Но, как мне показалось, Билли что-то заподозрил. Только этого мне не хватало.

Зато с Тимом сегодня все прошло удачно. Мы играли в баскетбол на нашем заднем дворе, и он ни разу не заподозрил меня в том, что я схожу с ума из-за его сестры. Кстати, у нас получилась ничья. В баскетболе он меня точно не победит.

Завтра снова в школу. Завтра я снова увижу Энн, которая будет… как она поведет себя? Будет ли разговаривать со мной?..

Она прислала мне подарок. Только что. Точно так же, как и я – через окно. Я развернул коробку и увидел там волшебную палочку. И записку. Очень трогательную записку, если честно. Как она умудрилась раздобыть палочку так быстро? Блин, все это неважно, ведь ее подарок означает то, что она на меня не злится. Хорошая новость! Ну вот, опять все те мысли, от которых я с трудом прятался все выходные, у меня в голове.

Я обожаю эту волшебную девушку. Нет, не так – Я ОБОЖАЮ ЭТУ ВОЛШЕБНУЮ ДЕВУШКУ!

11. ЧТО-ТО ОСОБОЕ.

1

Понедельник – день тяжелый, так гласит народная мудрость. Для меня он был тяжелым не только потому, что пришлось тащить в школу три толстенных справочника по алгебре (я брала их домой из библиотеки, чтобы выписать формулы и сделать очередную попытку не погрязнуть в пучине непонимания), но и потому, что я жутко нервничала. Как Саймон отреагировал на мой подарок? Может, просто посмеялся над такой ерундой, да еще и сделанной своими руками? Теперь идея с волшебной палочкой не казалась мне такой уж замечательной. И, действительно, это же так по-детски, даже по-идиотски. Не могла придумать ничего получше? Если такой подарок понравился бы тебе, окончательно подвинувшейся на волшебном мире, это еще не значит, что он понравится взрослому здравомыслящему парню. Парню! Они вообще не любят такую ерунду. Особенно Саймон. Он любит… Боже, я даже не знаю, что он любит. Как бы то ни было, что сделано, то сделано, уже ничего не изменишь.

В школу я почти бежала, хотела, как бы нечаянно, встретиться с Саймоном перед занятиями. Наконец-то кончился дождь, и на небе светило солнце, пусть слабое, но все-таки солнце. Наверное, из-за этого перед школой опять было полно народу. В такой толпе Саймона не заметишь, но, может быть, он уже в классе? Но в классе его тоже не оказалось. Что ж, пришлось успокоиться и усесться за парту. Скоро подошли девчонки и начали болтать о новой программе выступлений. Я слушала их только краем уха, потому что не сводила взгляда с двери, и каждый раз вздрагивала, когда кто-нибудь заходил.

Когда к нашей компании подошла Анджелина, я от напряжения уже сгрызла половину карандаша.

– Привет всем, – пропела она, улыбаясь нашей компании. – Энн, у меня к тебе дело.

– Эм, что?

– Дело, Энн. Очень важное.

– Да, я слушаю.

– Те фотографии, что ты принесла мне после игры. Ты видела, что мы использовали их в нашем журнале?

– Нет, я не успела посмотреть.

– Очень зря. – Кажется, девушка разочаровалась в моей незаинтересованности. – Собственно, я решила тебе сказать, что фотографии нам очень понравились, и я, как редактор журнала, хотела бы предложить тебе работу. Станешь нашим штатным фотографом?

– Я?

Блин, я же совсем забыла, что хотела попасть на собеседование в редакцию!

– Если тебе это интересно, конечно. Настоятельно рекомендую заинтересоваться, так как нам очень нужен фотограф. Плюс это отличные рекомендации для колледжа.

– Ой, да, точно, мне очень интересно. – С трудом, но я все же отвлеклась от своих переживаний по поводу Саймона и посмотрела на Анджелину. – Я была бы рада присоединиться к вашей команде.

– Отлично. Тогда завтра после уроков я жду тебя в редакции. Мне нужно будет выдать тебе технику и объяснить все условия.

– Спасибо, я обязательно буду.

Девчонки, которые все слышали, стали поздравлять меня с таким успехом, но я не могла сейчас в полной мере оценить всю прелесть поступившего мне предложения. Невероятно, но Саймона не было. Прозвенел звонок, все расселись за парты, уже пришла миссис Стокс, а его место все пустовало. Уж не упал ли он и не проткнул себе что-нибудь этой дурацкой палочкой?

– Всем доброе утро. – Миссис Стокс направилась к доске. – Запишем нашу сегодняшнюю тему: вычисление предела функции в точке и на бесконечности.

Ну вот, опять разочарование. Я так надеялась увидеть, как Саймон мне улыбнется (это, конечно, при условии, что мой никудышный подарок ему понравился), а он даже не появился. Только и оставалось, что со скукой взяться за записи. Хотя уже через пару минут писать мне, как обычно, будет лень, а значит, я опять буду украдкой посматривать на Грега. Он сегодня опять такой счастливый…

И что Кудряшка с ним делает, что он так светится? Явно что-то с рейтингом 18+.

В тишине заскрипели ручки, все перечерчивали в свои тетради графики, которые с невероятной скоростью появлялись на доске. Уже чувствовалось, как по воздуху расползается дремота, охватывает еще не проснувшиеся умы и снова уводит их в страну сна.

Вдруг распахнулась дверь, и в класс буквально вплыл огромный букет красных роз. Все, кто был в классе, уставились на него. Миссис Стокс от неожиданности выронила из рук маркер, которым писала на доске. Кто-то из девчонок ахнул. За букетом в классе появился Саймон. Еще никогда я не видела его таким красивым. Он не успел снять коричневую кожаную куртку, и на его щеках красовался румянец, будто он только что бежал, волосы растрепались. Но самое главное – это то, что на его лице была такая довольная улыбка, что у меня в очередной раз по телу пронесся табун мурашек. Это была не просто довольная улыбка, это была счастливая улыбка. Не сравнить с той, что была в спортзале, в сто раз прекраснее. Я так пожалела, что у меня не было фотоаппарата, потому что словами не передать и сотой части того, чему весь класс стал свидетелем.

Саймон не остановился, чтобы извиниться за опоздание. Он, ничего не говоря и давя в себе желание рассмеяться (это было очевидно), направился к моей парте.

– Мистер Джейкобс, что вы себе позволяете? – Миссис Стокс, кажется, отошла от шока. – Немедленно прекратите. Что вы…

Он смотрел прямо на меня, а у меня ноги отнялись, и глаза наверняка стали такими огромными-огромными от неожиданности. Мне казалось, что все происходит как в замедленном фильме. Будто Саймон шел медленно, и так долго я не могла перестать смотреть в его зеленые глаза. Наконец он остановился передо мной, положил цветы на парту, подмигнул и снова, будто медленно, развернулся в обратную сторону. Я как завороженная смотрела на букет, вдыхала запах роз и запах свежести, принесенный с улицы.

– Простите, миссис Стокс. – Среагировав на голос Саймона, я резко перевела взгляд с цветов на него и только сейчас заметила, что у него остался еще один букетик поменьше из сиреневых ирисов. – Я опоздал и помешал занятию. Еще раз извините. Больше такого не повторится. Скорее всего. – Он вручил цветы преподавателю и, все еще улыбаясь, сел за парту. Снял куртку, повесил ее на спинку стула, достал тетрадь, ручку и принялся срисовывать графики с доски, как ни в чем не бывало.