Анна Ситникова – Девочка, с которой случилась жизнь. Книга 1 (страница 46)
–
По пути в парк Грег заглянул в пиццерию и заказал круг на вынос. Мы удобно расположились на скамейке в парке и, дружно заглатывая остывающие кусочки, болтали без остановки. Когда Грег захотел посмотреть фотографии (фотоаппарат все еще висел у меня на шее), я дико обрадовалось. Ведь пришлось сесть к нему поближе, чтобы он мог видеть экран.
От Грега исходил восхитительный аромат. Это было странно, ведь я не видела, что бы он принимал душ после игры. Но тем не менее вокруг него витал только запах его дезодоранта и парфюма. Потрясающий запах.
Я чуть не заплакала, когда Грег подвел меня к моему дому. Мне не хотелось расставаться с ним. В голове уже созрела целая сотня тем, на которые мы не успели поговорить.
– Чудесный вечер, – немного наклонившись в мою сторону, произнес Грег.
– Да, еще раз поздравляю с победой. Ты играл лучше всех.
– Футбол – командная игра.
– Ну и пусть. Я лишь высказываю свое субъективное мнение.
– Спасибо за твою субъективность, – улыбнулся он совсем рядом с моим лицом. – Мне пора, Энн. Было здорово с тобой сегодня поболтать. Ты хорошо слушаешь. Думаю, на днях нам обязательно нужно будет выбраться куда-нибудь и продолжить.
– Конечно. Сейчас ты будешь немного посвободнее… какое-то время. В общем, только свистни.
– Договорились. – Грег чмокнул меня в щеку. – Спокойной ночи.
– И тебе. – Я все еще дышу.
Он уже повернулся спиной, как вдруг остановился и опять посмотрел на меня. Сердце ушло в пятки.
– И не назначай никому другому свиданий, – он даже подмигнул. – Ты сегодня потрясающе выглядишь.
– Хорошо, буду отбиваться от ухажеров гантелями Тима.
– Тогда я спокоен.
– Увидимся.
Он вздернул руку вверх, отсалютовал мне и направился к своему дому.
Уже через несколько минут я, наспех поделившись новостями о победе с мамой, заперлась в своей комнате и валялась на кровати, тяжело дыша, как после бега. Дыхание сбивалось только от одной мысли о Греге. О том, что все движется…
Я не стала записывать сегодняшний день в личный дневник, отложив это важное дело на менее эмоциональное время. Никакого анализа сейчас. Вместо этого я молилась. Благодарила Бога за предоставленную мне возможность изменить что-то в своей жизни. За возможность иметь счастье.
Меня будут обнимать. Будут целовать, гладить по волосам и держать за руку. Обо мне будут заботиться…
И пусть это не совсем скромно, но мне кажется, что я этого заслужила.
***
Запись от 10 октября, 2007
День не задался с самого утра. Мне снилась мама. Опять. Обожаю и одновременно ненавижу такие сны. Она была совсем рядом. Кажется, я даже чувствовал, как она гладит мою руку. Я что-то просил у нее… Кажется, просил поговорить со мной. Но она только улыбалась. ПОЧЕМУ ЕЙ БЫЛО СЛОЖНО ХОТЬ ЧТО-ТО МНЕ СКАЗАТЬ? Я бы смог вспомнить ее голос. А, может быть, она молчит именно поэтому? Потому что из детских воспоминаний ее голос для меня не сохранился? Господи… Я так ее люблю. Так ужасно, что она не рядом.
Мне нужно было взять себя в руки. Ненавижу сны с ней, потому что после них я чувствую себя слабым. Настоящей размазней… Черт!
«Что, если я скажу, что очень хочу быть твоим другом?» – кажется, так я сказал Энни сегодня в столовой. Вот оно что – оказывается, я очень хочу быть ее другом. Новость ли это для меня? Большая новость. Сто процентов.
Но эта девчонка… Черт, я отказываюсь верить в то, что я…
Сегодня она буквально заставила меня улыбнуться. И, черт, как мне было приятно – улыбаться для нее. Видеть, как она довольна собой, как буквально ликует от своей маленькой победы, как улыбается мне в ответ. Меня самого накрыло ее хорошим настроением, и все – полвечера провел с улыбкой чеширского кота во всю физиономию. Короче, улыбался как придурок и кайфовал от этого.
Теперь мы с Энн, как любит выражаться мой папочка, официально друзья.
Боже, что происходит? Это не входило в мои планы. Я мечтал прожить эти два года, которые остались до окончания школы, спокойно. Без лишних нервотрепок. Влюбленность никак нельзя отнести к понятию «спокойное состояние». Нет, я не люблю ее. Глупо отрицать, что она мне нравится. Глупо отрицать и то, что я хочу размозжить Грегу голову каждый раз, когда вижу, как он с ней разговаривает. Но тут ведь не только в ней дело, да? Я просто ненавижу Грега. Да. Хоть это осталось неизменным.
Я превращаюсь в психа. Я знал, что на сегодняшнюю игру Энн пойдет из дома в одиночестве. И… поджидал ее у окна. Жесть.
Так удачно, что наши дома находятся на одной улице, и Энн, чтобы добраться до школы, обязательно нужно проходить мимо нашего дома. Я увидел ее в окно и пулей вылетел на улицу. Она такая смешная в фирменной бейсболке «Ураганов», которая ей совсем не идет.
Она спросила, почему я не могу обойтись без сигарет. Я промолчал. Мог бы ответить, что сигареты – это единственное, что помогает мне держать себя в руках, хоть как-то успокаиваться, а не ходить по улицам и бить людям морды. Но если бы я так ей ответил, она бы наверняка спросила о том, что заставляет меня… нервничать. И что бы я ей на это сказал? Я бы сказал
Кстати, выступили мы прилично. Кристин не выронила палочки из рук (чего так боялась), Эрик не забыл слова, я спел без заиканий. Правда, большую часть песни я провел с закрытыми глазами, чтобы не смотреть на Энн, которая была хоть и далековато, но все же почти рядом. Она постоянно смотрела на меня с каким-то невероятным удивлением и восторгом на лице. Черт и еще раз черт! Господи, почему-то в тот момент я подумал, что ошибся – бейсболка будто для нее сшита и так выгодно подчеркивает достоинства ее лица.
Все, это уже какая-то навязчивая идея. Пора завязывать.
У девчонки просто проблемы с сосудами на лице. Пошло все!
Но, черт побери, как же мне не хотелось разжимать руки и выпускать ее…
9. И ВСЕ-ТАКИ ОН УЛЫБАЕТСЯ.
1
Утром я проснулась совершенно другим человеком. Прекраснее утра у меня еще не было. А ведь это еще совсем не предел. Грег явно хочет сделать меня самой счастливой девушкой в мире. Так что в школу я сегодня не шла, а плыла, предвкушая дальнейшее развитие событий.
Я выискивала Грега глазами в толпе школьников, но заметила Саймона. Он стоял, прислонившись к стене, и курил с закрытыми глазами. Мгновенно мои мысли сразу же переключились на этого высокого и немного нескладного красавца в кожаной коричневой куртке с торчащим воротничком рубашки. Как некрасиво я вчера поступила, отвергнув его предложение.
– Саймон, доброе утро.
– Утро не бывает добрым. – Саймон открыл глаза и, засунув сигарету в зубы, поднял ворот куртки. – Привет, Энн.
– Я хотела извиниться, что так невежливо бросила тебя вчера.
– Брось. Наверняка тебе вчера нашлось чем заняться и без меня.
– Нет, я…
– Забей. Я прекрасно провел время в компании мутантов-людоедов.
– «Поворот не туда»? «У холмов есть глаза»?
– «Поворот не туда». Сразу в точку.
– Надеюсь, это была первая часть?
Мне показалось, или по лицу Саймона пробежала тень улыбки?
– Конечно. Все остальные бредовые. Я не тащусь тупо от вида крови и человеческих внутренностей.
– Да, я тоже. А еще эти блондинки на красных «феррари».
– Это был «мустанг», детка.
– О Боже, как я могла так ошибиться? – я рассмеялась, чувствуя себя вполне спокойно.
– Короче, классика жанра для идиотов. – Саймон прикончил первую сигарету и тут же прикурил вторую.
– Точно. Всегда на подобных моментах хочется закрыть глаза, цокнуть языком и выкрикнуть вслух что-нибудь…
– …что-нибудь про то, каким кретином надо быть, чтобы так себя вести?
– Да, верно.