Анна Симон – Сказания о Суседке - уральском Добродеде (страница 2)

Так вот летней дорогой и приехали торговцы Петр и Тарас за медом с Ивановой пасеки. Для забродинских жителей - целое событие! Старушки - веселушки стол для гостей собрали. И чего только на том столе не было: и грибы, и ягоды, и дичь разная, рыба, солонина, хлеб из русской печи, сыр, медовуха да взвары разные на редких травах. Изобильный был стол! Загрузили торговые люди телегу бочками с медом, да и за стол сели со всей деревней. Бабки наперебой небылицы рассказывали и легенды старинные, дед байки травил да пытался гостей про житье-бытье в больших городах: не обижают ли крестьян да рабочий люд, не идет ли войной вражина какая иноземная... Только солдатская вдова сидела и вздыхала тоскливо. Заприметил ее один из закупщиков, что Тарасом звать и стал расспрашивать, чего это она такая невеселая? А Дуняша молчит да слезы украдкой вытирает. Вот уж дело к вечеру, захмелел дед Фадей и начал рассказ: " Что вы все к Дуняше пристаете? Тоскует она, сердце вдовье у нее не на месте. Был у нее единственный сын - одна отрада солдатской жене. Но вот уж почти десять лет, как ушел он на заработки в город на медный завод и нет вестей от него. Вовсе сгинул, может..." Стали торговцы Дуняшу успокаивать и жалеть. Она еще пуще расстроилась и вовсе с пирушки ушла, а в скором времени и остальные разошлись. Тут и ночь наступила, а дед не унимался, никак не наговорился. Сел дед с торговцами по самокрутке выкурить и говорит: «Есть в наших краях в лесу заветное место, кто его найдет, тот может любое прошение оставить, и оно обязательно исполнится. Но только место это под охраной духа лесного. Если найдете вы место это, то обязательно дух появится и загадки начнет загадывать, а коли ответите вы правильно на его вопросы и духом чисты, то исполнит он желание заветное».

Тут торговцы и спросили:

-А как дух - то выглядит? Как узнаем его, если встретим?

-Да он всем по - разному видится: кому в виде девушки - молодушки, кому в виде старика, кому лисой, а кому птицей лесной. Но, если увидите его, сразу узнаете. Зовут его Олыся.

Поговорили, да и разошлись собеседники спать, так как за полночь уже далеко было. А наутро только последняя звезда на небе потухла, торговцы запрягли лошадь в телегу и поехали домой. Сколько ехали уже и не вспомнить, только вот сбились они с дороги и заплутали маленько. Смотрят: большой камень на опушке лесной и ключ рядом прямо из травы пробивается и пропадет сразу. Очень уж похоже на то место, о котором дед Фадей за полночь рассказывал. Тут и время подошло отдохнуть маленько, больно уж путников дороги лесные измотали. Решили воды из ключа испить, как вдруг из-за камня старик выходит: точь- в- точь - Олыся. С бородой белой окладистой, в рубахе чистой, кушаком подвязанной, в штанах посконных да лаптях, а в руке посох чудной с медвежьей головой…

-К слову сказать, Олыся не кто иной, как брат мой, - обмолвился дед.

-Ну и хитер ты, старый!!! Про себя рассказываешь, причем тут брат твой?! Брат твой другой посох себе вырезал: оленья у него голова, не медвежья… Ну да ладно, бреши дальше!

Суседко в бороду усмехнулся и продолжил…

- Что это вы, добры люди, в глуши такой делаете? Потеряли чего? Или не с добром вы здесь? Может, зверя али птицу без надобности бьете?

- Нет, дедушка! Путники мы, с дороги сбились.

-Ой,не верю я вам, братцы. Много здесь люда худого бродит, вся вера пропала.

И тут поняли закупщики, что это он и есть - дух лесной.

-Отгадайте-ка загадки мои, потешите деда и отпущу вас с миром! Ответите, помогу дорогу найти. Может, и награжу- ка, а не ответите - закружу, в глушь заведу и на лютую погибель от зверя дикого оставлю.

Делать нечего, стали отвечать на его вопросы нехитрые.

-А первый мой вопрос таков, - молвил дед:

-Меня бьют, колотят, режут, ворочают; я всё терплю и всем добром плачу. И

чем больше в меня вкладывать, тем больше я отдам.

-Земля-матушка родимая! – с улыбкой отвечает Тарас.

-А вот мой второй вопрос:

-Что под ногами мешает, землю застилает, хоть и от семи болезней помогает?

Тут Петр и отвечает:

-А не черемша ли это?

- Она! – говорит дед.

-Третья загадка:

-Ее не видно, не слышно, а заговоришь - она исчезнет?

Призадумались тут мужички. Что только не называли, старик все отвечает, что неправильно.

Вот уж и варианты закончились. Замолчали Петр с Тарасом. Вдруг Тарас засмеялся и выкрикнул:

-Тишина это, дедушка!

- Ну вот и ответили вы мне на третью загадку. Что еще - то у вас спросить?

А у самого только хитрые искорки из - под пушистых бровей. Вот вроде у меня и вопросы закончились. А, может, у вас вопросы какие? Либо какое желание заветное?

Петр и отвечает:

- Больно хочется мне свое доходное дело открыть, а все как - то не получается...

- А тебе что требуется? - спросил дед у второго.

Отвечает Иван:

- Уж больно помочь мне хочется женщине одной. Весточки от сына она ждет, от горя сгорает: жив ли? здоров ли? А самому мне ничего и не надо.

- Будь по-вашему! - сказал дед и вдруг как сквозь землю провалился.

В скором времени выбрались путники на прямую дорогу и уже без приключений до дома добрались. Привезли мед с забродинской пасеки на ярмарку. В тот год в других местах меда не было почти и весь свой товар распродали по очень хорошей цене. Да на эти барыши решили свою лавку открыть, и дело у них как по маслу пошло. Поехали как- то Петр с Тарасом покупать новые бочки в другой город, смотрят, солдат по дороге хромает, решили подвезти. Сел он к ним, а дорога длинная, разговорились. Поведал он им о том, что служил в армии почти десять лет и очень переживал за мать. Боялся он рассказать, что решил по стопам отца солдатом стать и десять лет ни весточки домой не слал. Что писать - не знал, а врать не хотелось. А сейчас после ранения отправили его домой, и как он матери правду расскажет и сам не знает.

Вдруг Тарас у солдатика и спросил:

- А ты случайно не из Заброд?

- Из них родимых! А как вы узнали? ...

Развернули они телегу и поехали в Заброды. Как раз и погода, подходящая для дороги, была. Добрались скоро. А прямо у края деревеньки встречает их дед Фадей. Увидел солдатского сына и, как молодой, к Дуняше побежал с доброй вестью. В скором времени женился закупщик Тарас на солдатской вдове. А в деревеньке Заброды новый сказ появился.

-Как-то так, жена! Ну что? Готов отвар с медом уральским?

-Несу уже!

Как - то раз засобирался Суседко в тайгу места потаенные проверить. Погода на редкость стояла прекрасная, и деду дома не сиделось. Бабка хозяйством занималась и возяханье деда ее страсть как раздражало.

- Хочешь?!!! Иди. Я же не против. И друга своего прихвати. А то всю малину в округе съел. Надо на зиму сушить, а собрать нечего.

Пяти минут не прошло, как дед с медведем уже мелькал между соснами…

Мох под ногами приятно пружинил. Повсюду из мха торчали шляпки боровиков. Дошли до Лешачьей реки. Прозрачная вода была ледяной. В перекатах потоки играли цветными камешками. И журчание воды настраивало Суседку на разговор.

-Ты знаешь, Потапыч, есть на севере Пермского края недалеко от того места, где мы сейчас, поселок Велс. Основным занятием в поселке издавна бывали рыбалка, собирательство и лес. Места здесь очень красивые: тайга бескрайняя, горы Чувал и Юбрышка, две реки Вишера и Велс, чистые, как слеза, и полные рыбы, просторы необъятные. В тех местах люди живут суровые и справедливые, не избалованные прогрессом. Живут те люди так, как еще их предки испокон веков жили. Есть там удивительное место - Велсовская пещера. Находится она близ северо-восточной окраины поселка Велс выше слияния рек Велсы и Вишеры в скалистой водораздельной возвышенности. И много легенд и поверий ходят об этом месте. Главный вход в пещеру расположен на правом склоне долины Велса, на выгоне, в карстовой воронке. Есть и второй вход, что на левом склоне долины Вишеры, в основании скального обнажения доломитов и известняков. Велсовская пещера не что иное, как просторный тоннель с неровным полом, покрытым обломками пород, глиной и сводчатым потолком. Есть в ней и слепые ответвления. В северной части пещеры расположено озеро, застывающее в холодное время года. По преданиям приходит туда сила нечистая в озере искупаться, набраться сил в колдовской воде. Стены, потолок и пол в некоторых местах покрыты кальцитовыми натеками - сталактитами, сталагмитами, покровами. Старожилы рассказывают, (а им их деды и прадеды рассказывали), что в давние времена заблудились ратники в непроходимой тайге, а несли те ратники, добытые в походе золото и драгоценные камни. Встретился им в лесу старик, и стали они над ним насмехаться, оскорблять и грозить смертью от удали дурной. Забрали они у старика нехитрый его скарб. Была то сума из домотканого полотна со склянками разными и травами сушеными, нож охотничий да посох из коряги, весь изрезанный письменами на языке непонятном. Поиздевались над стариком и дальше пошли. А старик - то непростой был, а тун - чародей местный. Обидели они смертно старика, и проклял он их в сердцах. Накликал он им смерть вдали от родного дома в странном месте и в муках страшных. И не найдут их кости люди добрые, чтоб по законам православным земле предать, так как тела их звери дикие по тайге растащат. Пошли те ратники дальше. Да недалеко удалось им уйти от того места, где издевались они над стариком. Сначала стихло все, птица не чирикнет. Вдруг началась буря страшная. Дождь ледяной стеной, а деревья до земли ветром гнет. Нашли ратники в холме, заросшем углубление настолько большое, что можно было им пятерым укрыться, и стали бурю пережидать. Когда же буря кончилась, тучи черные еще по небу ходили, вечереть стало. А в плохую погоду у нас на Урале темнеет быстро. Стали они место для ночлега искать. Долго кругами ходили, уж из сил выбились, еще и груз тяжелый. Смотрят: у реки в горе пещера и добраться до нее можно. Решили они добытые сокровища в той пещере схоронить. Почему дальше побоялись нести, уже и неведомо. Может, устали, может, людей худых в местах диких испугались. Может, раздор между собой. Только решили лошадей в какой - ни будь деревеньке добыть и вернутся за добычей. Как решили, так и сделали. Залезли в пещеру, развели костер да трапезничали. Из пихтовых веток соорудили какие-никакие постели. Поставили часового у входа, как заведено у них было. И спать легли. Но не шел к уставшим ратникам сон. Стали они обсуждать случай с чародеем да успокаивать сами себя, что ничего плохого не случится с ними за то, что обидели человека безвинного. Так за разговором и уснули один за одним. Часовой тоже задремал. И вот, когда видели уставшие путники уже не первый сон, послышалось у входа какое - то странное шевеление. Осветился полумрак пещеры холодными искрами огней. Забегали они по сводам пещеры и по спящим ратникам, как будто в поисках чего-то. И разом исчезли. Потемнел вход, будто прошел кто-то огромный, и повеяло в пещеру нездешним холодом. Зябко стало. Стали путники просыпаться. Потух костер, и что-то черное, липкое и холодное ворвалось в пещеру, стало рвать и ломать все, что попадалось на его пути. Краткие эти мгновения, показалось, длились вечность. В пещере не осталось в живых никого. Только ратник, что на часах стоял, остался в живых, но повредился рассудком и бродил по лесу, ничего не узнавая, пока не подобрали его охотники из местных жителей. Привели они его, истощенного, с диким блуждающим взглядом в поселок, но сколько бы ни расспрашивали, как он в лесу очутился и что случилось с ним, так и не смог он ни слова связать. Поселили его у бабки одинокой, что согласилась за ним ухаживать. Да в скором времени умер бедолага от непонятной хвори. Долго ли коротко ли - неведомо, да приехали из губернского города люди пропавших ратников искать. Только, сколько ни искали, так и не нашли. Но слухи пошли по поселку, что искали они ни столько людей, сколько сокровища с ними пропавшие. Стали люди в тайгу похаживать, искать потерянные сокровища, а где искать - никто и не знал. Однажды бабка, у которой ратник жил, холодным зимним вечером за вышиванием с подругами разговорилась. И поведала о том, что постоялец в бреду, по ночам про пещеру какую-то говорил и кричал, что видел расправу кровавую, а потом плакал, что ничем не мог помочь товарищам своим. А расправу ту учинил великан огромный с мохнатыми ушами. Рожа у него страшная была: ни бровей, ни ресниц... Заохали тут бабки и запричитали, что больно похоже чудовище на лешего, которого местные Ворсом именовали. В лесу он хозяйничал. Бывало, и обращались к нему люди в затруднительных случаях. Но редко обижал Ворса людей без надобности. Значит, небезвинно пострадали ратники Ворса: так покарать он мог убийц и воров.