Анна Силкина – И снег будет падать на крышу (страница 19)
– Давай сами к ней зайдём, спросим!
Евдокия Максимовна была дома. При виде Серёги она изобразила такую радость, что её саму можно было бы запросто принять в ГИТИС.
– А, Серёжа-мастер пришёл! Сейчас покажу моего горемыку. Утюг я на него уронила. Возьмёшься?
И она вытащила из гостиной резной стул, у которого действительно была сломана перекладина в спинке.
– Возьмусь, – со значением сказал Серёга, осмотрев место поломки.
– Когда придёшь?
– Да хоть се…
– Евдокия Максимовна! – Послышалось из глубины квартиры.
Серёга замер и так побледнел – я даже испугалась, что он упадёт в обморок.
– Я сейчас вернусь, – сказала Евдокия Максимовна. – Помощница зовёт, наверно, с мужем нехорошо.
Мы остались в прихожей вдвоём. Серёга помялся и сказал:
– Наверно, лучше не сегодня, если там деду плохо.
– Конечно, лучше не сегодня, – сказала я.
Серёга как бы невзначай отошёл в тень вешалки и оттуда стал с деланным равнодушием разглядывать прихожую.
– Хороша картина, – сказал он.
В прихожей на стене висела уменьшенная копия «Золотой осени» Левитана.
– Очень хороша, – согласилась я.
Послышался шорох тапочек. Серёга вздрогнул и прислонился к стене, но это оказалась Евдокия Максимовна.
– Извините, ребята. Сегодня ремонта не получится. Ты, Сергей, когда теперь сможешь прийти?
– А когда можно, чтоб помощнице не мешать?
– А кроме понедельника и четверга – как удобно.
– Я в среду приду, – сказал Серёга.
– В среду самое то. Спасибо вам, ребята!
Серёга дошёл со мной до моего подъезда. Я поднялась к подъездному окну, дождалась, пока он выйдет со двора, и побежала обратно.
– Евдокия Максимовна, я у вас зонтик забыла! – Сказала я громко, чтоб слышала Зоя Ивановна.
– Конечно, Марта, смотри. Под вешалкой нету?
Я наклонилась к вешалке. Евдокия Максимовна тоже нагнулась и шепнула:
– Ты заметила то же, что и я?
Я кивнула:
– Он знает Зою Ивановну. И очень её боится.
***
В среду, тридцатого числа, я приехала в библиотеку и сразу заметила, что с Ларисой что-то происходит. Она совсем не могла работать, всё валилось у неё из рук. Правда, следить за моей работой у неё тоже не было сил, и я могла бы все свои законные четыре часа потихоньку пить чай и листать журналы, но…
Но я сама была слишком взволнована предстоящим ремонтом стула. И тем, что могло случиться во время него.
За первые три часа мы не списали ни одной книги. В полдень к нам заглянула Клавдия Петровна – и рассердилась:
– Что лоботрясничаем, девушки?
Я молча положила перед собой залитую то ли сладким кофе, то ли какао книгу Маршака и начала заполнять акт списания. А Лариса посмотрела на Клавдию Петровну долгим-долгим взглядом – и вдруг уронила голову на сложенные руки и завыла горестным сельским воем, какого я с целинных времён не слышала…
– Лара! – Клавдия Петровна всплеснула руками и бросилась к ней.
– Клавдия Петро-о-о-овна-а-а-а!!!
– Лара, не при ребёнке!
– Вы знаете, какой сегодня день?! Знаете?!
– Лара, не при ребёнке, я говорю! Марта, ступай в читальный зал, помоги там Нине Константиновне.
В читальном зале было почти безлюдно, только один маленький серьёзный мальчик, лет шести, читал детскую энциклопедию. Старенькая Нина Константиновна взглянула на меня из-под очков:
– Ты чего тут?
– Клавдия Петровна направила.
– У Ларисы работы нет?
– Ларисе плохо. Она там плачет и говорит, что сегодня день какой-то особенный.
– А! – Нина Константиновна совсем не удивилась. – Так слухи ходили, что сегодня чего-то там в защиту политических заключённых затевается! А у Ларисы отец в лагере погиб. Ещё при Сталине. Его реабилитировали потом, но этим разве сильно утешишь? Лариса всю жизнь на этот счёт как контуженая…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.