Анна Сил – Избранница зверя. Его проклятие (страница 2)

Обижаться на ее замечание не было сил, и я благодарно улыбнулась. Она махнула мне рукой, предлагая идти следом, и я послушно поплелась, с трудом передвигая натруженные ноги.

Мы обошли роскошные княжеские хоромы с резными ставнями и округлыми куполами на крыше, свернули на задний двор, по которому гордо расхаживали куры и индюки, и вошли в длинный бревенчатый барак, разделенный на крохотные комнатки тонкими перегородками.

– Здесь у нас жилье для прислуги. Располагайся, Забава. Попрошу тебе чистую рубаху принести и гребень. Князь за невестой уехал, так что сегодня можешь отдохнуть, а завтра нас всех ждет много работы. Будем к свадьбе готовиться.

Я растерянно кивнула, не предав ее словам особого значения. В тот момент все мои мысли были прикованы к набитому соломой тюфяку, что манил склонить на него голову. Что я и сделала, едва женщина вышла за дверь. Рухнула на подушку, закрыла глаза и проспала до следующего утра, пропустив все самое интересное.

Утро встретило меня пением петухов во дворе и громким урчанием голодного желудка. На стуле рядом лежали чистые вещи. Я с удовольствием поменяла свое разорванное платье на простую рубаху, достающую мне почти до пят, подвязала ее кушаком и принялась расчесывать волосы, заплетая в тяжелую косу.

Когда выскочила во двор, там уже сновали слуги. Я в растерянности смотрела по сторонам, не зная к кому обратиться.

– Проснулась? – подошла ко мне Зареслава, вынырнув из хозяйского дома. – Пойдем, покормлю и введу в курс дела.

Она проводила меня на кухню, где усадила за длинный деревянный стол с простыми лавками. Передо мной поставили миску с еще дымящейся кашей, и я с трудом сдержалась, чтобы тут же не кинуться орудовать ложкой. Женщина заметила мой горящий взгляд и с насмешкой произнесла.

– Ты ешь. Небось, несколько дней голодной ходишь. Вижу, жизнь тебя изрядно потрепала.

Это было не совсем правдой, но истинные обстоятельства я не планировала раскрывать. Схватила ложку, и все мое внимание поглотила каша. Когда первый голод прошел и в желудке появилась приятная сытость, я подняла на женщину вопросительный взгляд.

– Что случилось? Почему во дворе так тихо? Разве не на сегодня запланирована свадьба? – выдала я, с удивлением замечая царящую вокруг безрадостную атмосферу.

– Князь вернулся ночью. Один. Постарайся не попадаться ему на глаза, особенно сейчас, когда он рвет и мечет, – проговорила Зареслава задумчиво.

– Девушка ему отказала? – удивленно протянула я, не представляя, как проходит сватовство у подобных людей.

– Это не наше дело. Имей в виду, я сплетен среди слуг не терплю, – произнесла она строго, и я опустила глаза в тарелку, боясь сболтнуть лишнего.

– И запомни еще вот что: по ночам из своей комнаты ни ногой, что бы ни случилось. Поняла?

Я кивнула. Напутствие показалось мне странным, но разгуливать ночью по двору в мои планы и так не входило.

День пролетел быстро. Я выполняла мелкие поручения на кухне, знакомясь с кухарками и остальной прислугой. Женщины поглядывали на меня настороженно, не спеша завязывать дружбу.

– Руки нежные, как у какой-нибудь княжны, – пробурчала немолодая повариха за моей спиной.

– Перестань, Богдана. Девочка старается. Что ты на нее взъелась? – встала на мою сторону служанка помоложе.

С ней я и попробовала завязать разговор, когда в обед за общим столом мы сели рядом. Ратиша оказалась девушкой общительной и приятной.

– Давно ты здесь работаешь? – спросила я, помогая ей дотянуться до хлеба.

– Да уж два года скоро исполниться, – гордо ответила она. – Не переживай, тебе здесь понравится. Зареслава у нас хоть и строгая, но справедливая. Никогда зазря наказывать не станет. Главное, хозяину на глаза не попадайся.

Следовать последнему совету было несложно, мои обязанности ограничивались задним двором, где я и провела целый день. Затушив чадящую лучину, я пораньше легла спать.

Проснулась среди ночи в холодном поту. Мне снился зверь. Сверкая белоснежными клыками, волк наступал на меня, с каждой минутой подбираясь все ближе. Я вытерла ладонью проступившую на лбу испарину и вздрогнула, услышав протяжный волчий вой. Он раздавался так близко, словно животное сидело в соседнем дворе. Я испуганно задрожала.

Вокруг высокий частокол, ворота закрыты. Никто не проникнет сюда ночью.

Волк взвыл еще громче. В этом звуке было столько тоски и боли, что у меня невольно сжалось сердце. Я натянула выше свое простенькое одеяло и свернулась в клубок. Вой продолжался всю ночь, и только с первыми лучами, наконец, стало тихо.

Улучив удачный момент, когда вокруг никого не было, я спросила у Ратиши:

– Ты слышала ночью волка?

Она испуганно заозиралась и, поднеся палец к губам, прошептала:

– Никому не говори об этом.

– Да он выл на всю округу. Было невозможно уснуть, – с легким раздражением заметила я. Какая из этого тайна?!

Но Ратиша на меня зашипела.

– Никогда. Слышишь, никогда не упоминай в этом доме волков. Иначе быстро потеряешь работу.

Последнее замечание мигом привело меня в чувства. Я кивнула и вернулась к своим делам, решив, что еще успею все выяснить.

Так прошло несколько дней. По ночам невозможно было спать. Душераздирающий волчий вой разносился по округе, заставляя сердце испуганно сжиматься. А днем все делали вид, будто ничего не происходит. Я уже начала сомневаться, не сошла ли я с ума. Возможно, этот вой был только плодом моего воображения. Но случайно подслушанный разговор развеял мои сомнения.

– Когда же он успокоится?! – вздохнула одна из кухарок. – Я все время хочу спать, скоро буду дремать стоя, как лошадь.

– И не говори. Молва уверяет, что волки однолюбы, – закончить женщина не успела, заметив меня за спиной.

– Ты что здесь бродишь, Забава, – с раздражением обратилась она ко мне. – Отнеси вот лучше похлебку Степану на конюшню.

Я послушно взяла дымящуюся миску из ее рук и направилась в сторону низкой постройки в конце двора, аккуратно глядя под ноги.

Степан сидел на пеньке, занимаясь ремонтом повозки. Заметив меня, мужчина поднял голову и приветливо улыбнулся.

– Спасибо тебе, Забава, – забирая миску из рук, поблагодарил он.

Внутри здания заржала лошадь, и мне захотелось посмотреть на красивых животных.

– Можно войти? – несмело попросила я мужчину.

Он утвердительно кивнул.

– Недолго.

Внутри пахло лошадьми и сеном. Я сделала два шага и остановилась, позволяя глазам привыкнуть к темноте помещения. Рядом заржала лошадь, я погладила ее по темной голове, жалея, что не прихватила с собой яблоко.

– Ты кто? – прозвучал рядом незнакомый голос, словно появился из пустоты. – Я тебя не знаю.

Я повернула к нему голову, собираясь представиться, но замерла, потрясенная красотой собеседника. Он был молод, широк в плечах и выше меня на голову. В ореховых, почти желтых глазах плескалась насмешка. Темные волосы падали на лоб волнистыми прядями.

– Язык проглотила? – поинтересовался он, подходя ближе.

Я попятилась, но наткнулась на изгородь и остановилась в нерешительности, не зная, как лучше поступить: ответить на издевку или сразу убежать.

– Забава, – еле слышно прошептала я, чувствуя, как язык прилипает к небу.

– Что ты здесь делаешь, Забава? – придвигаясь еще ближе и подозрительно втягивая ноздрями воздух около моей головы, спросил он.

– Обед Степану принесла, – пролепетала я испуганно и выскочила на воздух, припустив обратно в сторону кухни. Даже не поворачивая головы, я знала, что он смотрит вслед. Так остро ощущала настойчивый взгляд между лопаток.

До самого вечера незнакомец не шел у меня из головы. И за ужином я не удержалась, спросила у Ратиши:

– Что это за помощник у нашего конюха? Почему он никогда с нами не ест?

– Помощник, у Степана?! – девушка звонко рассмеялась. – Зачем ему? На конюшне и так заправляет хозяин. Он у нас любитель лошадей и побольше Степана о них знает.

– А ты почему спрашиваешь, – с подозрением уточнила она.

– Да так. Показалось, что там еще кто-то есть, – ответила я, отводя глаза в сторону.

Вот он оказывается какой. Наш князь. Мое воображение рисовало зрелого статного мужчину с вкраплением седых волос и тяжелым взглядом. А этот молодой и красивый. Какая девушка стала бы ему отказывать в браке?!

Я тяжело вздохнула, вспоминая о собственном женихе. Отец был против моего выбора. Говорил, что Славомир мне не пара. Обнищавшая, утратившая все земли семья, мы все же были из княжеского рода. Происхождение – единственное приданое, что я могла дать жениху. Для Славомира это не имело значения. Его родня была богаче многих князей, а отец безудержно жаждал власти. Но Славомир оказался не таким. Он покорил меня открытой улыбкой и трепетными ухаживаниями. Ни разу он не позволил себе лишнего или грубого слова в мой адрес. С ним я была бы счастлива, а наша семья получила бы так необходимые деньги. Теперь этим мечтам не осталось места.

Метка лишила меня всего: дома, семьи, будущего.

– Забава, – позвала меня Зареслава.

На лице женщины было написано раздражение. Губы недовольно поджаты. Брови сдвинуты.

– Разве я не просила тебя не попадаться хозяину на глаза? – прошипела она злобно, когда мы отошли дальше от общего стола.

– Но я…, – попробовала я оправдаться.