Анна Шульгина – Уравнение с несколькими неизвестными (СИ) (страница 58)
Но этот момент, когда она немного зажалась, все-таки уловил.
— Не бойся, в этот раз все будет совсем не так, — его рука спускалась все ниже, а такая поза не давала ей стиснуть ноги, поэтому он, отвлекая поцелуями, уделяя равное количество внимания её губам, соскам и чувствительной шее, осторожно поглаживал и ласкал уже влажное тело. И все равно Инна чуть дрогнула и напряглась, почувствовав его пальцы в себе. — Ещё больно?
— Немного, — это даже трудно было назвать болью, скорее, некоторый дискомфорт, но вполне терпимый. Что ж, если эти самые неприятные ощущения на этом закончатся, то тогда она была согласна попробовать.
— Сейчас все пройдет, — понимая, что терпение уже на исходе, Сергей чуть отодвинул рыжую и на ощупь нашел в ящике тумбочки презерватив. И хотя можно из этого было бы устроить что-то вроде урока, но он прекрасно понимал, что от его намерения «медленно и осторожно» тогда ничего не останется.
Продолжая целовать его шею и ерошить пальцами волосы на затылке, Инна зажмурилась и попыталась расслабиться. Сейчас она ему доверяла полностью, прекрасно понимая, что Сережа только на некоторое время дал ей власть, но постоянно контролировал каждое движение. Мысли постоянно путались, потому что временами разум вообще отключался под натиском эмоций, от которых она только тихо постанывала и тяжело, сквозь зубы дышала. И ощутив давление его плоти, ещё плотнее стиснула пальцы на его шее, чтобы сдержаться, если вдруг станет больно. Хотя это оказалось излишне — было непривычно, странно, и ещё как-то, что и слова-то подобрать не получалось, но точно не больно.
— Все хорошо? — Инна не стала отвечать, поерзав, чтобы устроиться удобнее и крепче обхватывая его талию бедрами. — Да что ж ты делаешь…
Последнее прозвучало не, как вопрос или укор, а, скорее, восхищение, смешанное с досадой. Помогая ей двигаться, он старался не спешить, не сжимать слишком крепко, не целовать до синяков и снова ничего не получалось. От этой неопытной страсти у Сергея просто срывало крышу. Какие там планы соблазна, вроде «не напугать и не давить»… Она в смысле совращения кому угодно может составить конкуренцию.
Инна не понимала, что хрипловатые вскрики и стоны её собственные, пока не прижалась губами к его плечу, кусая от слишком острых ощущений, которые её тело уже не могло уместить. Кусая сильно, до крови, пытаясь как-то справиться с этим шквалом эмоций и чувств. Даже слова Сережи, который касался губами её уха, произнося что-то гортанным шепотом, не доходили до её сознания, только от самого этого голоса становилось ещё жарче и напряженнее.
— Давай, моя хорошая, — это она как раз разобрала даже через звон в ушах и стук пульса, грохочущего в висках. Что именно он просил, она тоже не понимала, но послушно изгибалась в его руках, откликаясь на каждое движение и ласку.
И закричала, пусть и приглушенно, потому что в тот момент Сергей поймал её губы, зажимая рот горячим поцелуем, чувствуя, как и он застонал, сжимая руки настолько сильно, что ей должно было стать больно. Но ни боли, ни каких-то других ощущений не было, наверное, её мозг просто отказывался воспринимать что-то, кроме обжигающих и, в то же время, ледяных волн, пробегающих по каждому нерву и кровеносному сосуду…
Инна попыталась встать с груди Сергея, но сил хватило только приподнять голову. Ладно, уже прогресс. Первыми из органов чувств прорезался слух, и теперь она внимательно ловила каждый звук его сердца, тяжело, как-то надрывно стучащему прямо под её ухом.
— Ин… Ты как?
— Пока не поняла…
— Это хорошо или плохо? — скорее всего, он рассмеялся. Ну, или как вариант, его снова тряхнуло током, потому что мышцы под ней чуть затряслись.
— Наверное, хорошо, — Инна зевнула и попыталась комфортнее разместиться на жестком теле. Теперь снова со страшной силой захотелось спать. Так, что глаза сами собой начали закрываться. — Я тебе утром точнее скажу.
— Ладно, будем проводить следственный эксперимент, чтобы ты поняла наверняка…
Глава 22
В следующий раз она проснулась не первой, о чем свидетельствовали непривычные, но приятные ощущения от того, что кто-то медленно и осторожно целовал ноющее запястье. Спросонья Инна не совсем поняла, откуда эти болезненные ощущения в кисти, а потом вспомнила, как «ласково» Сергей вел её в машину. Но возмутиться по этому поводу не успела, когда в памяти вслед за этим всплыли и события этой ночи. Господи, она что, в самом деле..?
Девушка едва сдержалась от стона досады. Это же надо было так нагло приставать к спящему, что Тихонов проснулся! Ужас какой… Вот не зря думала, что утром придется краснеть.
— Я знаю, что ты не спишь, — теплые губы мягко коснулись её локтя, заглаживая и зализывая оставленные синяки.
— Откуда? — сил хватило только на тихий писк, но глаза она упорно не открывала.
— Спящие так не краснеют, — а вот голос Сергея был подозрительно довольным, с протяжными рокочущими нотками. Видимо, ему как раз понравилось быть жертвой домогательств. — Посмотри на меня.
Инна чуть втянула голову в плечи и отрицательно ею покачала. Ну, не могла она пока встретить его взгляд.
— Ладно, пойдем другим путем.
Какую именно дорогу выберет Сергей, она поняла, когда её бережно, но настойчиво начали освобождать из кокона одеяла, в которое она замоталась во сне.
— Ты опять оставила меня мерзнуть, — не похоже, что он был сильно расстроен по этому поводу, но прижавшееся к ней обнаженное тело было, и в самом деле, ощутимо прохладнее её собственного. И что на это ответить? Взял бы себе другое? Или нужно активнее двигаться, тогда и согреешься? Последняя мысль была несколько неприличной, отчего Инку пробило на хихиканье. — Угу, давай, посмейся ещё.
Медленное влажное движение его языка по чувствительной коже под грудью сразу отодвинуло на неизвестно какой план эту смущенную веселость, оставив только сбившееся дыхание и желание попросить мужчину усилить нажим губ.
Пока он был занят усердным изучением её прелестей, Инна все-таки открыла глаза, хотя взгляд теперь заторможено скользил по предметам, не узнавая их. Единственное, что она отметила — уже утро, если судить по ещё немного мутному серому свету, льющемуся из окна. Наверное, ему пора на работу… Но и это тоже прошло как-то мимо сознания, все ещё дремлющего под медленными, почти осторожными ласками. И снова девушка отметила, что Сергей, сместив губы на шею, едва касаясь, целует засос чуть ниже мочки. Не сразу, но до неё дошло — он так пытается загладить свою грубость. Ну, конечно, особого удовольствия от насильственного водворения в автомобиль она не получила, но вот все остальное… Может, это первые признаки просыпающегося мазохизма, но Инна была бы не прочь заиметь ещё несколько таких следов. Только на менее видных местах — все-таки, ей хватило вчерашнего допроса, устроенного братом.
— Ой! — вот теперь она проснулась окончательно и даже попыталась отодвинуть Сергея, уже полностью переместившегося на неё, но так ненавязчиво и аккуратно, что девушка почти не чувствовала тяжести прижимающего её тела. — А Женька вчера приходил?
— Ты прямо сейчас хочешь об этом поговорить? — не то, чтобы он был откровенно недоволен, но что-то такое в тоне появилось.
— А ты против?
— Вредина, — Сергей несильно куснул её за плечо. — Я обещал тебе эксперимент утром, помнишь?
Что-то такое смутно припоминалось, но сдаваться Инна не собиралась, несмотря на собственное все нарастающее возбуждение.
— Ответь на вопрос и можешь проводить свои опыты, — странно, а ведь в том, чтобы посмотреть ему в глаза, не было ничего пугающего или неудобного. Или это она просто настолько осмелела?
— Приходил. На вопрос я ответил, так что теперь — цыц! Хотя, ладно, можешь стонать и кричать, — в последний момент передумал Тихонов, наклоняясь к её губам.
— Спасибо, что разрешил, но… — что именно шло после «но», они так и не узнали — Сергей не услышал, а Инна просто забыла, растворяясь в горячем, чуть агрессивном поцелуе. Вполне возможно, что она бы и стонала, и кричала, и царапалась, но мерзкий звонок будильника нарушил такую уютную интимную атмосферу.
— Блин, я его об стенку швырну, — в голосе мужчины было поровну обещания и досады, потому, вполне возможно, что именно это с несчастным аппаратом и произошло бы, но тут проснулся Инкин телефон. Вот только у неё это был входящий вызов, а не электронный побудчик. Немного повоевав за обретение личной свободы, девушка все-таки смогла ужиком выползти из-под Сергея и, перевернувшись на живот, дотянулась до мобильника кончиками пальцев.
Коварный Тихонов воспользовался этим, чтобы усесться ей на ноги и начать покрывать поцелуями плечи и затылок рыжей.
В таких непривычных условиях она даже не глянула на номер домогающегося её абонента.
— Да? — попытка отбрыкаться ни к чему не привела — размаху не хватало, и она только смогла несильно стукнуть Сергея по спине пяткой. На это агрессор ответил легким шлепком по попе и уже намного более активным изучением её лопаток.
— Инна Викторовна? — голос Эрмидиса произвел ничуть не менее отрезвляющее действие, чем ушат ледяной воды, вылитой на голову. Инна даже перестала ерзать и вырываться, что Тихонова сначала удивило, а потом насторожило. Но больше никаких признаков тревоги она не проявила, и он продолжил разрушительную деятельность по подрыву самоконтроля некоей рыжей девицы. — Прошу прощения, что так рано, но тут возникли кое-какие вопросы относительно вашей учебы.