Анна Шульгина – Пересекающиеся параллели (страница 10)
- Ульяна, я понимаю, но вы сами видите, какая у нас неразбериха. Не можем же мы отправить туда первокурсников, тем более, иногородних, потеряются ведь… - судя по тому, что в замурзанную записку дама и не заглянула, ситуацией она владела, и теперь осталось только смириться и терпеливо преодолевать пробки. Потому как, если соединить точки, обозначив ими пункты назначения, получится правильные равнобедренный треугольник со вписанным в него городом. О приличной окружной дороге, а уж тем более, маршрутках, по ней курсирующих, мечтало не только их поколение студентов, но несколько предыдущих. Такая вот нерадостная картина. В конце речи Марья Николаевна развела руками, показывая свое бессилие пред ликом неизбежности.
Не то, чтобы Уля надеялась в корне поменять ситуацию, но о том, что донести до учебной части недовольство данными обстоятельствами, тоже была уверена. А то так сразу не возмутишься, придется весь оставшийся семестр мотаться по всему городу только потому, что кому-то лень подумать, нельзя ли перенести занятия в более подходящую аудиторию.
Пока ученая дама сочувствовала и всячески намекала, что тут и терпеть всего ничего – до сессии уже рукой подать, всего-то четыре месяца, Ульяна, придерживая вибрирующий в кармане мобильник, кляла звонящего и себя. Ибо, когда идешь что-то требовать, телефон лучше отключать.
- Хорошо, спасибо и на том, я к вам забегу в конце недели, может, что-то поменяется, - девушка встала, чувствуя, как прилипший к голым ногам потрескавшийся дерматин обивки стула неохотно расстается с её кожей. В следующий раз только брюки…
- Конечно-конечно, - уже сейчас по выражению лица Марьи Николаевны можно было с уверенностью сказать, что ничего не измениться.
Но ведь вода камень точит – на первом курсе им поставили занятия по физкультуре только в зале. Это при том, что преподаватель пытался заставить их там сдавать нормативы по лыжному кроссу. Ведь добилась же своего, пусть было и страшновато, и неудобно идти требовать, так что все познается в сравнении.
Вырвавшись в коридор, который сразу показался благословенным местом по сравнению с духотой учебной части, девушка сразу полезла смотреть, кто там её хотел. Может, Игорь? Она до этого балбеса не могла дозвониться ни вчера, ни сегодня, что уже начало настораживать. Да, бывали случаи, когда он и на неделю внезапно пропадал, но тогда его и она, и его семья чуть не придушили, так что больше подобных эскапад не повторялось.
К сожалению, это оказался не Игорь, а кто-то совсем другой, во всяком случае, номер, хоть и определился, но Ульяне был неизвестен. Правила хорошего тона требовали тут же перезвонить, а вот девичья память, благодаря которой кое-кто забыл вчера пополнить счет, настойчиво предлагала не торопиться – если она кому-то сильно нужна, найдут сами.
Решить Ефремова не успела, потому что мобильник снова ожил, и абонент тот же самый. Наверное, кто-то из одногруппников сменил оператора. Или же постоянный клиент жаждет получить её почти профессиональную помощь…
- Да? – Уля обогнула кучкующихся первокурсников, которых всегда безошибочно определяла по смеси восторга и предвкушения во взгляде. Чем старше курс, тем меньше там всего этого оставалось, сменяясь легким презрением к молоди и утомленностью учебным процессом.
- Ульяна Ефремова?
Мужской голос был ей смутно знаком, но кто это, сразу не поняла.
- Совершенно верно. Что вы хотели? – протиснувшись через «вертушку» на выходе и нагло обогнув свежеустановленную рамку металлодетектора, за что удостоилась недовольного взгляда дежурящего рядом охранника, Уля оказалась на улице.
- Это Андрей Лебедев. У меня есть к вам разговор.
Вот теперь она поняла, откуда знаком этот голос. Да и вообще испытала ощущение дежа вю. Помнится, пару лет назад, он уже звонил ей, и даже слова были те же самые…
- Здравствуйте, Андрей Иванович, - девушка передернулась, как от озноба, хотя и успела выйти на улицу, оказавшись на самом солнцепеке. – Если этот разговор касается того же вопроса, что и прошлый раз, мой ответ не изменился. Прошу прощения, мне пора.
Не давая возможности ответить, Уля разорвала соединение, с такой силой нажав на «Отбой», что даже палец заболел.
Козел.
Правда, породистый, этого не отнять. Можно сказать, с клеймом. От этого и все проблемы, потому что паршивую хоть и не овцу, а козу в стадо принимать не хотели.
Вообще-то Ульяне было на это откровенно плевать, но именно такое отношение и заставило принять довольно необычное предложение Игоря.
Поморщившись от неприятных воспоминаний, девушка, лавируя между студентами, почти бегом спустилась по ступенькам к расположенным в тени каштанов лавочкам. Круглые шипастые шары уже потихоньку лопались, обнажая глянцевые темно-коричневые плоды, которые вот-вот начнут падать, ставя под угрозу припаркованные рядом машины.
Чтоб этому парнокопытному несколько таких на капот приземлилось.
Не то, чтобы старший брат Игоря вызывал в Уле совсем уж ненависть, но и до элементарного вежливого равнодушия там ещё пахать и пахать. Хотя причин она другу и не называла, но и тот тоже совсем не идиот, наверное, догадался, что кто-то между его братом и девушкой пробежал. И даже не один раз…
Почему-то одногруппников на условном месте не оказалось, поэтому Уля завертелась, пытаясь рассмотреть, куда убрела её отара. Но в таком столпотворении увидеть что-то было довольно затруднительно. Пришлось даже пойти на вандализм, вскарабкавшись на спинку лавочки, но и так она никого не углядела. Зато снова очнулся мобильник.
Ульяне захотелось досадливо сплюнуть, потому что это снова был Андрей Лебедев. И чего пристал, спрашивается? Решил ещё раз пройтись по тем фактам её биографии, которые не устраивают его семейство? Так ей на их недовольство глубоко начхать, пусть как-то сами справляются со своими закидонами.
Брать трубку не хотелось совершенно, но вызывающий был очень настойчив, а отключать неразумно – скоро у мамы обеденный перерыв, и она обязательно позвонит, чтобы узнать, как у ребенка прошел первый день нового учебного года. О чем начнет думать родительница, если не сможет поговорить с дочерью сразу, можно только представить, но явно ничего хорошего в мыслях не будет.
Поэтому пришлось все-таки ответить, несмотря на все свое нежелание.
- Послушайте, мне неинтересны ваши предложения, и вообще…
- Нет, это ты меня послушай. И не смей бросать трубку, когда я с тобой разговариваю. Через пять минут подойдешь к стеле перед входом в главный корпус, я уже на подъезде. Если тебя там не будет или оборвешь сейчас вызов, уже завтра вылетишь из универа без права на восстановление.
- Эээ…
- Все понятно?
- Да.
- Тогда у тебя осталось четыре минуты.
Ульяна в полной прострации посмотрела на коротко пищащий мобильник.
Это что вообще такое?
Какого черта он тут такими словами бросается?!
Хотя, как раз в том, что Лебедев может добиться её отчисления, и не сомневалась, хватит и возможностей, и пакостности натуры, но чтобы он вот так поставил это самоцелью…
Забив на то, что группа убрела куда-то без неё, Ефремова галопом помчалась к скульптурной композиции, которая должна была ассоциироваться с тягой к знаниям. Хотя больше похоже на скрюченного от непосильных нагрузок рахитичного ребенка, погребенного под книгами.
Кто-то даже поставил у подножья стелы цветы. Четыре гвоздики в бутылке из-под пива с маркировкой местного производителя. Сплошной символизм и жизнеутверждение.
Уля повертела головой, пытаясь рассмотреть машину Лебедева, когда до неё дошло, что она вообще не знает, на чем он ездит. И Игорь, как назло, до сих пор недоступен. Жаловаться ему на хамство брата она, скорее всего, не стала бы, но насчет психического состояния здоровья спросить нелишне.
Пока она вертелась, не обращая внимания на косые взгляды, бросаемые окружающими, рядом с тротуаром, в десятке метров, от неё притормозил темный внедорожник.
- Ульяна!
Крутанувшись так, что короткая юбка в духе японских школьниц, хотя и более целомудренной длины, поднялась на почти неприличную высоту, практически полностью обнажив длинные ноги, девушка повернулась к окликнувшему.
- Садись, - выйти из авто он не потрудился, просто перегнувшись через пассажирское сиденье и открыв дверь. – Быстрее давай.
Прикусив язык, чтобы не ответить ему коротко, но емко, Уля приблизилась к машине, но внутрь залезать не спешила.
- Что вы хотели? – она подошла, потому что не собиралась повышать голос, но и вступать в непосредственный контакт не торопилась.
- Мы хотели, чтобы вы сели в машину, - Андрей растянул губы в недоброй улыбке.
- Скажите то, что собирались, и вам больше не придется терпеть моё общество, - девушка сжала повлажневшие ладони на ручке сумки, изо всех сил стараясь не показать, что он её пугает. Может, и не специально, но даже если не считать крайне натянутых отношений (если их общение можно так назвать), Андрей Ульяну настораживал. Хотя в его внешности не было ничего отталкивающего – в отличие от тех же манер и снобизма – Ефремовой он был неприятен. И скрывать этот факт она не особо старалась.
- В том и дело, что придется, - похоже, до него дошло, что он изначально неправильно выбрал слова и эмоциональную окраску разговора. – Не бросай трубку, когда с тобой говорят. Особенно, если собеседник старше тебя.